Тени над Эрдеросом. Рука со шрамом (СИ) - Рейман Андрей - Страница 45

- Они такие же люди, как и мы с тобой и выполняют свой долг. Сам понимаешь.

- Ни черта подобного! У этих ублюдков по долгу службы никакой совести быть не может. Они стирают самое грязное белье короля. Их вымуштровывают, чтобы делали все, что он только ни прикажет. Сдадимся сегодня - завтра с нас снимут кожу и вытянут на дыбе.

- Но я...

- Только потому, что твое слово имеет большой вес в городе. И все. Окажешься на их пути еще хоть раз - замнут. И даже глазом не моргнут. Брат.

- Жить тебе надоело, Кейн. Крыша на старости лет поехала. - Сказал Преподобный.

- Я умираю, мой друг, - Кейн печально улыбнулся показал кровь на рукаве, - Два понедельника, не больше и я отправлюсь в ад. Так, на мой взгляд, лучше уж умереть за идею, защищая свою честь и честь своих друзей, чем просто сдохнуть на улице как паршивый пес. Черные цвета меня совсем не пугают. Сколько раз перейдут мне дорогу - столько раз их и убью.

- И все же они тебя оставили. Задумайся. Это все, о чем я могу тебя просить, - развел руками Преподобный, тщась переспорить Кейна, и отошел к оставшимся возле могилы  родственникам Селиверста.

К Кейну подошла Данель. С ней был и мальчик с тележкой.

- Кейн, пожалуйста, забери его. Я не могу на него смотреть, - со слезами произнесла Данель и сняла тряпку с тележки. В ней лежал кузнечный молот Селиверста - с большим бойком и  несколько короткой, но толстой рукояткой.

- Зачем он мне? - хмыкнул Кейн и взял молот в руки. Он на удивление удобно лег в ладонь, и у Кейна возникло сильное желание им что-нибудь разбить. Например, черепа тех «черных».

- Спасибо, - произнес он, - Думаю, я найду ему применение.

- Тебе спасибо, - ответила Данель, вытирая нос платком.

- Мы с Йорвином скоро уйдем из Гвантана. Думаю, что насовсем. Прощай Данель, - Вдова заключила Кейна в объятья, чего он от нее никак не ожидал.

- До свиданья, Кейн. Благослови тебя Илтрис. - сказала она почти шепотом, затем погладила мальчика по голове, и вместе они ушли. Этот мальчик был ее внуком. Его звали Палвин. Когда-нибудь весь мир о нем услышит.

[1]  Астиан - служитель илтрисианской церкви первой, низшей ступени священничества.

Глава XIV

- Берегись, выливаю! - закричала женщина из распахнутого окна. Вместе со словами на мостовую полилось зловонное содержимое ночного горшка. Проходившие в тот момент под окнами Йорвин с Кейном едва успели увернуться.

- Мать, ты что, дура? - немедленно отреагировал Кейн.

- Это тебе не мешало бы ухи прочистить. Совсем оглох, старый. Я сказала, что выливаю.

- Мымра! - плюнул Кейн, но окно уже закрылось. - Йорв, скажи, этот город не действует тебе на нервы?

- Ну как тебе сказать...  - задумался Йорвин, вдыхая не слишком благоухающий воздух, - Могло быть и получше.

- Ишь, как ты о нем лестно. Этот город шлюх и барыг давно пора встрясти каким-нибудь военным переворотом. А лучше эпидемией. Чумой какой-нибудь. Как сто лет назад в Небельфлеке. Хорошенько так пошерстить, понимаешь. Эх, и все-таки я люблю этот город, черт его дери. Здесь никто не замечает твоих странностей. Потому, что здесь странный тот, у кого их нет. То есть ты, к примеру.

- Я? - поднял брови Йорвин.

- Хотя нет, эти шмотки твои... Нет, все нормально, - Йорвин предпочел промолчать. Переспорить Кейна было нереально. Однако выражение лица Йорвина его немало рассмешило. Кейн расхохотался во весь рот, по-дружески пихнув Йорвина локтем.

- Ты лучше скажи, кто такой твой Дилио, что столько знает? - поправил капюшон Йорвин.

- Он этот, Курва... Стукачок.  В прошлом он сделал себе имя своими шевелящимися ушами и языком-помелом. И денег немало срубил. А потом вышла одна вонючая история... В ней еще и Селиверст был замешан и еще кое-кто. В общем, познакомился я с ним, когда тот сидел за решеткой. Его собирались повесить. Якобы за пособничество в ограблении века. Правда это иль нет - не знаю, только был мне тогда нужен такой... ну, жучара.  Мы с парнями организовали ему побег, и тут представляешь, все карты раскрылись. Все дерьмо как-то само собой разгреблось и Дилио стал мне не нужен. С тех пор он все еще мой должник.

- Интересно послушать всю историю, - сказал Йорвин.

- Не сейчас, мы почти пришли.

- Осторожнее будь, - попросил Йорвин.

- Осторожнее? Да я всегда осторожен. Не беспокойся за меня, дружище.

- Вообще-то я твоего связного имел в виду. Чур, без членовредительства.

- На это я пойтить не могу,  - странно ухмыльнулся Кейн, поглаживая молот за поясом. - Сведения, которые мы хотим получить, стоят немало. Тогда эта история коснулась всех и неизвестно, кто имеет выгоду от того, что она замалчивается. Наверняка он попробует накормить нас лживой баландой, а нам этой бурды не надо. У нас и так уже несварение. Но убивать, так и быть, не буду.

- Открывай, стервь! - застучал кулаком Кейн. Дверь в домик Дилио сразу же открылась, но открыл не Дилио. Вместо него на пороге стоял широкоплечий детина в кольчуге, при кинжале, с лицом, словно высеченным из куска горной породы. Увидев пришельцев, он по-хозяйски облокотился на косяк.

- Чего надо? - промычал бык. Кейн не растерялся.

- Нам - войти, а тебе - сдрыснуть с глаз долой, пока башка не в форме жопы! - на странного «привратника» слова Кейна не произвели никакого впечатления. Он только переводил взгляд с Кейна на Йорвина и обратно.

- Ну? Ты нас пустишь, или так и будешь таращиться, свинячья рожа? - Кейн опустил ладонь на боек молота.

- Калип, отойди, это наши гости, - произнес чей-то сухой и властный голос изнутри дома. Громила поспешил посторониться.

Йорвин с Кейном зашли внутрь. Кейн вызывающе задел Калипа плечом, но тот не отреагировал. В лачуге Дилио царил бардак; стулья опрокинуты, вещи валялись где попало. По всему полу был раскидан всяческий мусор, крошки и кости, вперемешку с мокрой грязью и многочисленными следами сапог. Йорвин краем глаза заметил пробежавшую по полу крысу. Самого хозяина видно не было, зато вместо него на гостей с нескрываемым недружелюбием смотрели восемь крепких мужчин, облаченных в кольчуги и вооруженных до зубов вороненой сталью и сногсшибательным запахом. У каждого на руке была черная повязка и изображенной красным оскаленной медвежьей пастью.  Один из них сидел на ветхой драной софе, закинув ногу на ногу. Он был лыс, гладко выбрит. Из растительности на лице были лишь длинные, до подбородка, русые усы. Это был их командир. Весь его вид говорил об абсолютной уверенности в себе и своих людях. Рассмотрев вошедших получше, он достал из-за пазухи мятый листок и сличил изображенные на ней портреты с теми, кого видел перед собой.

- Похожи, - кивнул командир. - Йорвин и Кейн, я прав?

- Извиняй, уважаемый, я не совсем уверен, что вы не ошиблись домом. У нас назначена встреча с другим человеком, - сказал Кейн.

- Нет, напротив. Я пришел, куда надо, и очень даже вовремя, - лениво ответил командир, поигрывая бумажкой. - А ваш человечек здесь, только поговорить с вами пока не может. Сперва, мы с вами потолкуем.

- О чем главнюку наемников говорить с гробовщиком и монахом? Хе-хе. Разве что о стоимости ритуальных услуг, - оскалился Кейн. Йорвин внимательно оглядел собравшихся. Он насчитал девятерых против их двоих. И все были умелые бойцы. Как ни крути, превосходство было не на их стороне. Дилио тоже был здесь. Прятался в тени, за спинами двоих молодцов.

- Кейн, смотри - вон он, - показал Йорвин.

- Дилио, дружище! Что ты там спрятался? Выходи сюда. Вливайся, так сказать, - нарочито вежливо помахал рукой Кейн. Дилио осторожно выглянул из-за своих «телохранителей».

- Стой, где стоишь и пасть не раскрывай! - велел командир.

- Уолдер, мать твою, мы же вроде договорились? Они пришли, как я и сказал. Заплати уже и я пойду. Почему ты меня тут держишь, как заложника?

- Ах ты, слюнявый мерзоплюй! - рявкнул побагровевший Кейн, - Ну погоди, доберусь до тебя!