Двенадцатая Дверь (СИ) - Кросс Фрейлейн - Страница 48

Сейчас ей казалось странным то, что Рэй чего-то опасался с ее стороны, ведь она никак не проявила ни гнева, ни разочарования. Возможно, он хранил тайну слишком долго и не знал, как вести себя теперь.

— Для меня всегда было удивительным то чувство, которое я испытывала рядом с тобой, — сказала она негромко. Рэй поднял голову и посмотрел на нее. — Будто мы связаны. Будто я всегда знала тебя. По крайней мере, теперь все обретает смысл. Значит, мы играли вместе, когда были детьми?

Он улыбнулся, но ничего не ответил. Она попыталась представить его маленьким ребенком, но не смогла. Воспоминания о жизни в Кине были для нее такими далекими, словно они вовсе не принадлежали ей.

— Ты сразу узнал меня? — спросила она.

Рэй покачал головой.

— Когда я увидел медальон, который ты обронила в моем саду, в моей памяти словно что-то шевельнулось. Но Орден Розы, семья Вестфилд уже отдалились от моего клана, когда я начал обучение. И я никогда не придавал значения побочной ветви рода Блэкторнов. Я смутно помнил Ивви, которую любил как сестру, и фамилию которой давно позабыл. Все эти воспоминания остались в счастливом детстве, в котором была моя мать. Возвращаться к ним я не видел смысла. А потом ты появилась.

Его улыбка стала печальной, и он вновь опустил голову.

— Когда я увидел твое лицо в ту ночь, я растерялся. Я тебя не узнал, все-таки прошло больше десяти лет, и все же я чувствовал, что знаю тебя. Замечу, я вовсе не собирался сближаться с тобой. Кто знал, может, тебя послали враги, чтобы заманить меня в ловушку? Однако тебе все же удалось разжечь мое любопытство. И те дни, которые мы провели вместе, стали точно озарением для меня. Когда я вернулся в Кину, я поднял нужные архивы. Я смог найти обрывки информации об Ордене Розы и о последних знатных его представителях. Я вспомнил Ивви, но поверить в то, что ею оказалась ты, для меня было невероятно. Впрочем, когда я увидел тебя снова, на балу королевы, все сомнения исчезли.

— Ты вспомнил, как я выглядела в детстве? — сказала Лина.

— Не совсем. Просто в восемнадцать лет ты стала копией своей матери, Аннабель, а ее портреты были в архивных записях, и я их видел.

Руки Лины задрожали. Мысль о родителях повергала ее в настоящее отчаяние, теперь она была уверена в том, что с ними случилось что-то плохое. Шарлотта тоже так считала, и даже тетушка Вильгельмина не скрывала своего мрачного настроя.

— Додумать остальное было просто, — сказал Рэй. — Только важная причина могла заставить представителей знатного рода уйти в добровольное изгнание. Я, конечно, не знал, кем была тетя Лотти на самом деле. Признаться, я и сейчас не могу в это поверить. Но я догадывался, что что-то было нечисто с исчезновением Вестфилдов. И я планировал все разузнать, не привлекая внимания, однако события стали развиваться слишком стремительно.

— Это точно, — усмехнулась Лина. — Кто-то хотел настроить Веронику против Привратников и указал ей на меня…

— Думаю, никто наверняка не знал, кто именно стал Привратником Двенадцатой Двери. Благодаря этому ты прожила все свое детство в относительной безопасности. Но, когда Вероника узнала, что кто-то все еще может открыть портал в мир змея, она решила действовать. Характер ее не позволил бы ей сидеть сложа руки. Я даже готов предположить, что наша свергнутая королева верила в то, что защищает свой народ таким образом. Ее план был не самым блестящим, все равно что пальба по воробьям из пушки, однако он на удивление хорошо сработал.

— Ее план?

— Королевский бал. Не просто так она всех волшебников собрала. Ей нужно было лицо на проекции.

— Когда я вошла в зал светоча… — сказала Лина медленно.

— Верно. Магия — сложное искусство, но даже она подчиняется закону притяжения. Будучи Привратницей, ты должна была почувствовать зов портала, оказавшись так близко к нему.

— Я просто заблудилась.

— Но ты вышла прямиком к светочу и даже использовала магию против собственной воли. Вероника получила то, что хотела. Благодаря защитным заклинаниям во дворце, твое лицо тотчас отразилось на проекции, а остальное было проще простого. Имитировать нападение на королеву, сообщить о похищении светоча и объявить на тебя охоту. Вероника собиралась уничтожить портал, значит, ее смогли убедить в том, что с твоей помощью она это сможет.

— Это невозможно, — сказала Лина, вспомнив свой последний визит в коридор миров. — Портал нельзя разрушить.

— Разумеется, нет. Думаешь, Крэссида не пожертвовала бы жизнью, если бы это помогло закрыть Двенадцатую Дверь навсегда? Нет, те, кто управляли королевой из тени, вовсе не собирались уничтожать портал. Скорее вновь открыть его.

Лина нахмурилась.

— Ты думаешь, за этим стоят те, кто выпустил вирма семьдесят лет назад?

— Почти уверен. Это адепты Огненного Дракона. Похоже, Вероника своей поспешной топорной работой немного спутала их планы, однако… По какой-то причине они чувствуют себя почти неуязвимыми. И если исчезновение наших родителей — это их рук дело, никто из нас не в безопасности.

— И все же они прячутся, — пробормотала Лина. — Не вступают в открытое противостояние.

— Верно. Однако не стоит думать, что маги, избегающие открытых битв, слабы. Порой они попросту слишком умны и намерены исключить любые риски. А вот мы себя обнаружили.

Рэй выдохнул и мрачно договорил:

— Я должен защитить орден и принять наконец титул магистра. На возвращение отца я больше не могу рассчитывать.

Теперь был черед Лины сжать его руку. Браслет на ее запястье вновь царапнул кожу.

— Долго я буду это носить? — спросила она, указав на браслет.

Рэй сардонически улыбнулся, но в его глазах мелькнуло что-то, похожее на смущение.

— До дня нашей свадьбы. Потом получишь колечко и вот его ты уже никогда не снимешь.

— Очень смешно, — буркнула Лина. — Зачем ты это сделал?

— Чтобы дать тебе защиту, конечно.

Лин театрально ахнула.

— А я так надеялась на признание в бессмертной любви! Выходит, ты просто заботишься о девочке, с которой когда-то играл.

Рэй улыбнулся. Он поднес руку Лины к губам и поцеловал ее запястье.

— Я был привязан к Ивви, — сказал он просто. — Как к младшей сестре. Но ты уже давно не она. И влюбился я в Лину.

У нее перехватило дыхание, когда Рэй взглянул в ее глаза.

— Лина, которая была такой храброй, что пришла ночью в сад, который пугал ее. Такая добрая, что подружилась с наследником клана, который все ненавидели. Ты всегда так искренне всему радовалась, всегда была такой веселой. Вилл тебе правду сказал, я влюблен в тебя. Всем своим сердцем. И я знаю, что ты пока не чувствуешь ко мне того же.

Лина открыла рот, чтобы возразить, но не осмелилась. Она подумала об Эрике. Ее увлечение им было таким сильным, однако теперь от прежней влюбленности не осталось и следа. Но Рэй… Ведь с ним все было иначе. И все же она не могла с уверенностью сказать, где заканчивались клановые узы, которые объединяли их, и начинались узы любви.

Ее сердце сжалось, а лицо омрачилось, и тем сильнее было ее удивление, когда она увидела добрую улыбку на лице Рэя.

— Я люблю тебя, Лина. И сделаю все, чтобы однажды ты тоже меня полюбила. Я буду твоим лучшим другом и спутником, я никогда не оставлю тебя одну. Это я тебе обещаю.

Его губы коснулись ее губ, и Лина взяла лицо Рэя в свои ладони. Что бы он ни говорил, ей казалось, что любовь уже давно проснулась в ее сердце. И все же ей показалось особенно трогательным намерение Рэя не торопить ее.

Когда он отстранился, она улыбнулась ему и мягко провела пальцами по его виску.

— Что же мы теперь будем делать, Рэй? Ты обещал вернуть Веронику на престол.

— Вовсе нет. Я обещал покарать преступников, и я это сделаю. Но Вероника не удержится на троне. Ее династия принесла только беды. Привратники совершили ошибку, когда поддержали притязания ее предков на престол. Я только надеюсь, что исправить эту ошибку не поздно.

— О чем ты говоришь?