Куклу зовут Рейзл - Матлин Владимир - Страница 45

— Именно, — подхватил Пак, — любым способом.

— Две бутылки — и они не смогут открыть свою выставку, — прошептал Эсмат.

— Бутылки? — переспросил Джефф.

— Он имеет в виду коктейль Молотова, — пояснил Пак. — Не знаешь? Это бутылка с бензином или другим горючим, в неё вставлен фитиль. Поджигаешь и бросаешь. Бутылка разбивается, жидкость разливается, вспыхивает пожар. Молотов был лидером русской революции, он и Николай Ульянов. Молотов создал и возглавил Красную Армию. Вооружённая бутылками Красная Армия разгромила белых, которых сионисты снабдили танками.

Рамил поднял руку, и все замолчали. Он сказал, обращаясь к Джеффу:

— Я хочу, чтоб ты понял главное: мы не против того, чтобы выставка состоялась. Мы хотим только, чтобы всё было честно, чтобы и мы смогли подготовить свои материалы — листовки, брошюры, — созвать митинг и всё такое. Понимаешь, наши требования самые демократические: равные возможности для всех. Сейчас наша задача: задержать открытие выставки.

— При помощи этого… Молотова? — спросил Джефф.

— Небольшой пожар в выставочном зале задержит их на несколько дней, а мы в это время развернём свою кампанию.

— А в чём моя помощь?

Рамил потрепал его по плечу:

— Мы не хотим устраивать большой пожар, мы бросим бутылку в зал — и всё. Но мы не знаем, где окна выставочного зала, вот в чём проблема. Там в сад выходит десяток окон и все завешаны одинаковыми шторами. Мы не можем и не хотим бросать в каждое. Ты нам покажи, какие именно…

До Джеффа с трудом доходила логика его рассуждений. Ничего себе, ему предлагают участвовать в нападении на хилель…

— Ты понимаешь, что благодаря твоей помощи удастся предотвратить гораздо больший пожар? — вступил Сэм. — А если ты откажешься, мы всё равно выполним своё намерение, но тебя придётся… Что мы сделаем с ним?

— Перестань! — крикнула Фариза. — Ничего с ним не надо делать — он пойдёт с нами. Верно, Джефф? — И понизив голос, жалобно: — Прошу тебя, Джефф. Ну ради… ради…

По её щекам текли слезы.

Командовал Рамил. Для непосредственного выполнения операции он назначил троих: Эсмата, Пака и Джеффа. Сам он пойдёт с ними. (Он называл мероприятие «операцией», слово «поджог» не произносилось.) Остальные должны находиться подальше от хилеля и обязательно в общественном месте, чтобы их видели другие студенты. У каждого на всякий случай должно быть хорошее алиби. Когда в кампусе начнётся общая паника, можно прибежать со всеми к месту пожара, обязательно со всеми, в толпе. Именно поэтому операцию нужно провести не слишком поздно — до того как кампус опустеет.

Четверо исполнителей встречаются в половине одиннадцатого в проезде, куда выходит задняя стена здания. Забор там невысокий, вдоль забора по обе стороны растут кусты, перелезть будет нетрудно. Между кустами и зданием имеется лужайка, футов пятьдесят шириной. По ней в темноте можно подойти под самые окна и… Уходить надо врассыпную, а потом незаметно присоединиться к толпе.

Первая накладка обнаружилась, когда они вчетвером встретились в тёмном проезде. Принести бутылки с горючей смесью было поручено Эсмату, и он принёс их в своей спортивной сумке.

— Ты что-нибудь соображаешь? — напустился на него Рамил. — Что ты потом сделаешь с этой чёртовой сумкой? С собой будешь таскать? От неё бензином разит за версту!..

— Брошу в кустах, — несмело предложил Эсмат.

— Чтобы тебя полиция нашла по сумке? Тебя с этой сумкой видели сотни людей. Совсем ничего не соображаешь!

Джефф никогда не видел Рамила таким возбуждённым и грубым.

Через забор они перелезли без труда, но там выяснилось, что лужайка перед зданием ярко освещена. Выйти на лужайку — всё равно как на сцену в свете софитов, и если изнутри ведётся наблюдение… Этого Рамил не предвидел, когда осматривал здание днем. Но кричать на него было некому, здесь командир был он.

— Вот что, — сказал он смущённо, — рисковать не будем… я имею в виду, выходить на свет. Бросать придётся отсюда, из кустов.

Рамил оценивающим взглядом оглядел сначала Пака, затем Эсмата.

— Да, ребята, на вас надежда плохая, вам не докинуть. Ты, Джефф… ведь ты бейсболист, я слыхал, питчер хороший. Вся надежда на тебя. Где окна выставочного зала?

Джефф ответил не сразу, словно через силу:

— Вон те, третье, четвёртое и пятое справа.

Оставаясь в тени кустов, они придвинулись к окнам, насколько было возможно. «Футов пятьдесят», — прикинул Джефф.

— Попадёшь? — спросил Рамил. Джефф не ответил. Что он чувствовал в эту минуту? Напряжение, волнение, возбуждение, но не сомнения. Сомнений больше не было, он был целиком поглощён происходящим.

Рамил кивнул Эсмату, тот достал из сумки бутылку, запалил зажигалкой тряпку-фитиль и протянул Джеффу: «Давай!» Джефф широко размахнулся, в точности как питчер, и метнул бутылку. Почти по прямой траектории она влетела в окно, третье справа, и внутри вспыхнуло пламя. «Есть!» — крикнул восторженно Пак, а Эсмат достал вторую бутыль и поджёг фитиль.

— Не надо, хватит одной, — сказал Джефф.

— Давай! В другое окно! — приказал Рамил.

— Бросай, а то взорвётся! — завопил Эсмат.

Джефф размахнулся и бросил бутылку во второе окно.

Пламя распространилось мгновенно. Сразу сгорели шторы, но внутри ничего не было видно — только пламя и дым.

— Всё! Расходимся! — скомандовал Рамил и потянул Джеффа за рубашку. Но Джефф словно прирос к месту. Он напряжённо всматривался в пылающие окна. В одном из них, как ему показалось, двигалось на фоне пламени что-то еле видимое.

— Бежим, бежим! — дёргал его Рамил.

И тут Джефф различил в огне человеческую фигуру. Женщина пыталась подняться на подоконник, но каждый раз срывалась и падала внутрь горящего дома.

— Лея! — заорал Джефф отчаянным голосом. — Лея!!!

Он рванулся было вперёд, но сзади его крепко держал

Рамил.

— Стой! Стой, тебе говорю!

Джефф обернулся и со всей силы ударил Рамила кулаком в лицо. Тот вскрикнул и опустился на траву. Джефф бросился к пылающим окнам. Он видел, как Лея пытается влезть на подоконник, но хромая нога не выдерживает нагрузки… Он попытался влезть в окно снаружи — не получилось, слишком высоко. Тогда он кинулся к входу в здание.

— Назад! Стой, сволочь!

Наперерез ему бежал Эсмат, поспешно доставая из кармана… нож! Джефф разглядел лезвие. Но успел раньше — с разбегу толкнул Эсмата двумя руками в грудь, и тот повалился навзничь в кусты.

В вестибюле клубами стелился дым. Бледная дежурная что-то кричала в телефонную трубку. Стена, отделяющая коридор от зала, горела от пола до потолка. Дверь в зал была открыта, но тоже окутана пламенем. Не помня себя, Джефф с разбегу вбежал в зал через горящую дверь. «Лея! Лея!» — кричал он, рёв пламени перекрывал его голос. Разглядеть что-либо в дыму было невозможно. Через какие-то железные рамы и прутья он пробрался к окну. Лея лежала на полу под подоконником. Он схватил её за руки и притянул к себе. Она была в сознании, но совершенно без сил. Поднять её на подоконник в таком состоянии он и не пытался. Видно было, что она сдалась, смирилась со своей гибелью.

Оставалась одна возможность: проскочить через горящую дверь. Джефф с трудом поднял её с пола, обхватил правой рукой и потянул к двери. Одежда на них обоих дымилась. Он сорвал с себя рубашку и попытался обмотать Лее голову. С неожиданной силой она оттолкнула его руку:

— Оставь, сам спасайся. Меня они всё-таки достали…

Он обхватил её ещё крепче и потянул к двери. В этот момент с грохотом обрушилось перекрытие, накрыв их столбом пламени…

Пожарные машины прибыли через десять минут. Здание хилеля спасти не удалось, оно сгорело дотла. В пожаре погибли два человека: сотрудница хилеля Лея Амрон, израильская гражданка, и пытавшийся спасти её студент по имени Джеффри Купер. Причину пожара установили сразу — поджог, но виновных в поджоге не нашли.

Куклу зовут Рейзл