Пособие для начинающего попаданца, или Осторожно, российский спецназ (СИ) - "_Sucsesseful_" - Страница 41

“Я и не ставил вам в упрек ваш вид!” - открестился Дёма поспешно. - “Как вы нашли меня, Рарэль?”

В жилах Сына Ветра течёт моя кровь, а значит, я чувствую его и его истинного. Стая нашла тебя, едва живого, на берегу реки. Я выходила тебя, двуногий. Ты обязан мне жизнью.

“Конечно, я понимаю. Но мне нужно… Нужно спасти Иана, он в опасности…”

Умерший однажды уже не умрёт.

“Вы не понимаете. Он там заколдованный!”

Сыну Ветра понадобится несколько часов, чтобы избавиться от воздействия на разум. И он далеко не идиот, если ты об этом, двуногий. Мой сын - это мой сын. Он спасется. А ты не торопись. Мне нужно многое рассказать тебе, двуногий. Однажды я уже общалась с двуногим из твоего мира, и, думаю, ты тоже захочешь задать мне несколько вопросов. Вы, дети иного мира, пытаетесь изменить нашу родную Эрху, сломать всё то, что строилось тысячелетиями. Я должна убедить тебя в том, что наш мир не нужно менять. Волки знают всё об Эрхе, волки мудры.

Дёма не торопился покидать тёплый бок волчицы. Ему было уютно и спокойно, хотя сонливость и уступила холодной рассудительности.

“Вы называете себя волками, но все же говорят «ввархи», разве нет?”

Эрха - улучшенная копия вашей Земли. Люди, за редким исключением, обладают магией, которая помогает им ни в чем не знать нужды. Волки, или ввархи - какая разница? Каэ, лейте - большая пропасть? Ты, двуногий из другого мира, ничего, ровным счётом, так и не понял. Не почувствовал мелодию Эрхи. Её Песнь давно забыта, но всё ещё в сердцах моей стаи, а мелодия до сих пор звучит. Попробуй услышать её, Демьян, она прекрасна. Мелодия растопит твоё сердце.

“Мне не нужна мокрая лужица вместо жизненно важного органа,” - фыркнул Кемеев. - “Я всем доволен”.

Глупый двуногий.

В голосе Рарэль послышалась снисходительная улыбка. Капитан никогда раньше не слышал улыбок в голосах. Всё когда-то бывает в первый раз.

Расскажи мне, чем ты занимался и что ты любил в том мире, муж моего сына.

“Ну, что тут рассказывать? Людей убивал, воевал…”

Против кого?

Волчица снова вклинилась неожиданно, и Дёма вздрогнул. Он не знал, как та догадалась, но ведь действительно ударила своими словами по самому больному.

“Против себя. Боролся с собой,” - признался Кемеев, как на исповеди.

Что тебя беспокоило? Ты же сам выбрал свой путь.

Голова с мягкой белой шерстью легла прямо возле головы Демьяна. Красные глаза смотрели испытующе.

“Да в том-то и дело, что не сам. Сначала отец, потом государство, а потом… Не скажу, что страстно желал воевать после армии. Думал - вернусь и всё будет хорошо, всё как всегда. Рисовать буду, ну, по-серьезному. А вышло всё как всегда, через задний проход. Я не смог… отказаться”.

Кемеев не надеялся, что с таким косноязычием его поймут.

Невозможность отказаться от прошлого - это ужасно, я знаю.

Рарэль закрыла глаза.

Но ты должен, двуногий. У тебя есть шанс забыть. Здесь у тебя нет прошлого. Здесь ты абсолютно свободен.

Дёме стало легче.

***

…– Надеюсь, вы добрались без проблем, каэ Виттори. Мне очень не хотелось причинять вам неудобства, но всё дело в том, что нам не сообщили о вашем… положении, - деликатности принцу было не занимать. Он по-прежнему сидел на своём троне и разговаривал со всеми, как с психбольными. Это действовало на нервы.

– Без проблем? - желчи в Расмэ было слишком много, чтобы держать её в себе. Он готов был плеваться ядом куда угодно, лишь бы плеваться. Мало того, что его обманули, вырубили самым варварским способом - ударом по затылку - так ещё и связали! Какого Вечного это было нужно? Боялись, что он уползет? Идиоты. – Конечно, без проблем. Без, ебанный в рот, проблем!

Принц был шокирован.

Выглядящий вполне безобидным и хрупким в бессознательном состоянии, каэ был довольно остер на язык.

Впрочем, не стоило надеяться, что Эратсэ полюбит простого, как монетку, парнишку с огромными блюдцами вместо глаз.

У Расмэ были снежно-белые, как и у всех из рода Виттори, волосы длиной чуть ниже плеч, прозрачно-серые глаза и чувственные губы.

Он идеально подошёл бы на роль его, принца, фаворита, если бы был здоров и чуть менее умен. А лучше - чтобы вообще “не стучите, я открою”.

Но судьба, видимо, решила иначе.

– Ну что вы, мы никогда не посмели бы причинять вред фавориту Его Императорского Величества!

– Высочества, - прорычал Рас, тряхнув головой так, чтобы волосы не лезли в рот.

– Вы разве не знаете, что Эратсэ лейте Фент’аллэр шесть дней назад стал императором Эрхи? - с наигранным испугом спросил мужчина, прижав руку к сердцу. – Единый, как мне неловко, я, право, не знал.

Расмэ застыл, не в силах даже простейшим образом пошевелиться. Стал императором? Но…

– Кажется, вы шокированы, каэ, - глухо рассмеялся принц. – Марис, отведи нашего гостя к лейте Юнмэ и Мариэту…

Услышав знакомые имена, Расмэ тут же встрепенулся. Если Элуш здесь, то и Демис… А Демис поможет, всё объяснит и решит. Потому что… Ну, это же каэ Шайэт.

– Где Демисаррэ? - вскинулся воздушник. – Где каэ Мариэт? Могу я увидеть его тоже?

– Мне жаль, - коротко ответил мужчина, чуть помрачнев.

– Он… вы же не?… - Виттори подумал, что если бы у него из-под ног ушла земля, он не был бы так ошарашен.

Если Демис мёртв, то?…

Мага вздернули на ноги, аккуратно закинув его руки на чьи-то широкие и крепкие плечи. Он продолжал смотреть себе под ноги, пока черноволосый парень, идущий рядом, не заговорил.

– Мы не желали смерти каэ. Он пытался сбежать, и мы были вынуждены…

– Вы нашли труп? - флегматично спросил Рас, улыбаясь лишь уголками губ и отдавая всё внимание своей обуви.

– Нет, но…

– Тогда разве можно говорить о том, что он мёртв? Не думаю. Куда вы меня там вели? Вот и ведите. Я без ног, но не без головы, слава Единому.

Виттори почти верил в то, что Демисаррэ мёртв. Почти. Но он заставил твёрдо уверенного в этом Столли серьёзно задуматься.

Расмэ продолжал с упорством тонущей крысы хвататься за плавающий хворост.

***

…В лесу Стаи не водилось птиц и было тихо, как в склепе. Сначала Дёма не придавал этому факту значения. Но после трёх дней пребывания под тёплым боком Рарэль это начинало слегка нервировать.

Они уже не вели частые беседы. Кемеев чувствовал, как медленно затягиваются его раны на спине. Заживление, как ни странно, проходило без жуткой чесотки. На третий день Демьян с уверенностью мог сказать, что выздоровел достаточно, готов уходить.

Волчица молчала, и лишь её взгляд, полный тоски, заставлял капитана возвращаться в плен тёплой мягкой шерсти.

В лесу Стаи было спокойно, и если бы Дёма не имел перед собой чёткой цели, на выполнение которой, кстати, у него с каждым днём оставалось всё меньше времени, то с радостью остался бы в обители ввархов.

Других волков, кроме Рарэль, Кемеев не видел, но чувствовал их присутствие, их любопытные взгляды, всегда направленные на него, на Дёму.

Судя по рассказам белой волчицы, она была парой Вожака, и к её мнению прислушивались - только по этой причине двуногому позволили остаться в лесу.

“Ты второй двуногий за последние несколько тысяч лет, кто выжил в нашем лесу,” - поделилась радужной статистикой Рарэль в первый же день. Первым был Иан.

“Не будь ты истинным моего сына, я не помогла бы тебе,” - нокаутировала капитана волчица тогда же.

Демьян от приёма был просто в восторге. Впрочем, жаловаться в такой ситуации, да и жаловаться в общем, было не в характере Дёмы.

На четвёртый день Рарэль сказала:

Пора.

Кемеев лишь кивнул, поднимаясь на ноги. Он был готов. Давно готов.

Я выведу тебя к поместью, где живёт Сын Ветра, двуногий. Дальше разберешься сам. И помни, сын иного мира, я слежу за тобой. Просто подумай о том, чтобы причинить боль моему сыну, и я тут же вцеплюсь тебе в глотку. Моя месть будет не в пример жестокой.

“Понимаю. Но я… люблю вашего сына, Рарэль. И скорее сам умру, чем подвергну его опасности,” - уверял волчицу капитан, следуя за ней по пятам.