Последыш (СИ) - "Терния" - Страница 51

— И мама бы была жива… — прошептала Ника.

— Да, — кивнул Матай. — Если бы ее вовремя доставили в больницу, она была бы жива. Как и остальные ваши женщины.

Ника закрыла глаза, чтобы не заплакать.

— Значит, со мной ничего не случится? Ты не будешь заставлять меня рожать?

— Нет, конечно, обещаю. Мы заведем щенков, когда ты перестанешь бояться и будешь готова. Первый помет будет из одного — первые роды самые сложные. Потом — сколько сама решишь.

— Ясно.

Горе выбило вчера Нику из колеи, ей казалось, время после исчезновения сестры пролетело, как один миг, но альфа успел кого-то отправить на проверку, найти стаю…

— Ты знаешь, где наша деревня? — прошептала Ника.

— Да. Все знают. Просто никому не было интересно, что там происходит, стая и стая. Пару среди них никто не чувствовал, как и я, дружбу тоже не водили. Олимпу удавалось оставаться в тени.

— Ты его убьешь?

Матай усмехнулся, снова галантно взял ее руку и поцеловал.

— Я убью его, волчонок. И того общипанного петуха, который на тебя облизывался, тоже.

— Крауфранца? — Ника покраснела, вспомнив, как показала ему, что наслаждается сексом с альфой.

— Его. Что вас связывает?

— Он хотел взять меня замуж.

— А ты?

Глаза альфы опасно прищурились.

— Меня не спрашивали!

— Отвечай, ты хотела, чтобы он тебя трахнул? — раздался резкий рык. — Когда вы жили рядом и он смотрел своими маслянистыми глазками? Хотела его?

— Ты дурак! — разозлилась и крикнула Ника в ярости, выдирая свою руку.

Она отвернулась к окну и надула щеки, но злость не находила выхода. Надо же, что придумать — она хотела Крауфранца! Ника зло покосилась на альфу, но тот улыбался.

Опять, что ли, специально доводит, подумала Ника? Впрочем, какая разница? Она подалась к нему, залезла на колени, судорожно обнимая за талию и крепко прижимаясь к груди.

— Я люблю тебя. — Прошептала Ника. — Я люблю тебя.

— Ты моя? Только моя?

— Да, я твоя, — безропотно согласилась Ника. — Только твоя. А ты?

— Я твой с того самого момента, когда поднес к носу злосчастный образец, присланный Берестовскими. И я ревнив.

— Я тоже, мой альфа, — шептала Ника, елозя и скользя щекой по его пиджаку. — Ты будешь делать эти вещи только со мной, слышишь? Все, что ты делал за последние дни, будешь делать только со мной.

— Эти? — Матай схватил ее за ягодицы, приподнимая, и Ника кивнула.

— Да.

— Да уж, без тебя их делать не так интересно.

Он обхватил ее губы своими, почти целиком засасывая в свой рот. Ника вступила в бой и отняла свои губы, а потом захватила его. В процессе слегка оцарапала язык о его клык и отдала ему пожалеть.

Машина тем временем припарковалась у огромного торгового комплекса, сверкающего разноцветной рекламой и обвешанного красивыми картинками людей и предметов.

Альфа нехотя прервал поцелуй.

— Пошли, там ждет Мария. Пообщаетесь перед отъездом.

Ника обрадовалась, нужно лично убедиться, что сестра не слишком сильно испугалась и не пострадала.

Торговый центр украшали огромные люстры из разноцветных прозрачных шаров и зеркальный пол. Это был настоящий дворец, правда, многолюдно, но пахнет приятно. Вдоль центрального коридора по стенам располагались стеклянные витрины магазинов. Ника никогда раньше не была в таком месте.

— Поднимаемся выше.

Матай отвез ее на эскалаторе на третий этаж и привел в ресторан с белыми деревянными столиками. За одним из них уже сидела Мария. Ника села рядом, схватила сестру за руку. Рука немного дрожала, но все в порядке, Мария выглядела терпимо.

— Как ты?

— Перепугалась жутко, — тихо призналась сестра. — До сих пор трясет. Мы в парке с щенками заигрались до темноты. Потом они ушли, а я еще решила пробежаться по границе, на всякий случай, изучить, где, что. А там, у забора как почувствовала Олимпа, лапы отказали, только сидела и скулила, не смогла заставить себя даже с места сойти. Они меня за шкирку — и за собой потащили. Потом в машину сунули, я думала все, конец. Всю дорогу лапали, руки везде совали, меня чуть не стошнило. — Она побледнела. — У меня грудь вся синяя.

— Скоты. Забудь их, больше они нас не получат!

— Да. Когда нас остановили, я даже говорить от страха не могла, только скулила. Торчинский альфа в машину заглянул и говорит: а ну, выходите. А за ним несколько громил стоит, все смотрят. Спрашивают меня — хочешь с ними ехать или хочешь к сестре вернуться? И я поняла тогда, что если не смогу ответить, все, пропаду. Я никогда так не боролась, страх не дает ни звука произнести, а нужно. Ты не представляешь, чудом удалось заставить себя ответить, что хочу уйди. Олимп мне затрещину сразу врезал, а альфа Торчинский его хвать за шею и как давай рычать. В общем, не знаю, как до драки не дошло, но когда дверцу открыли, я быстро выбралась и от Олимпа как рванула! — Мария с трудом перевела дыхание.

— Я так рада, что они ничего не успели.

— Да. И я.

— А сейчас что? Матай сказал, тебе с нами пока нельзя. Но не бойся, Барс за тобой присмотрит, ему можно доверять!

— Я не боюсь.

Ника запнулась.

— Да?

— Он сказал, — еле слышно произнесла Мария, — что ему нужна помощь.

— Да? — повторила Ника уже растеряно. — Когда?

— Когда сюда ехали. Он сказал, так вышло, что у него дома двое щенков, мальчик и девочка, их мать на днях погибла и они остались без присмотра. Какие-то его дальние родственники. Щенкам всего по три года. — Призналась Мария. — Им очень нужна мама.

Ах, хитрый Барс. Ника сжала губы, чтобы не ляпнуть лишнего. Совпадение? Не верит она в совпадения. Но как он понял, как просек, чем можно купить Марию? Даже Ника не знала до последнего времени, как сильно та хочет щенков. А тут — сироты, без мамы, как они сами когда-то.

— Мы сейчас поедем с ними знакомиться, — быстро выдохнула сестра и покраснела. — Ты не обидишься? Там просто няня незнакомая, Барс ей не доверяет, не хочет надолго их оставлять.

— Хорошо. А я отдам тебе свой телефон и ты будешь мне звонить! На телефон Матая! — нашлась Ника. Она зашарила по карманам своей джинсовой куртки и стала оглядываться. Матая поблизости не было.

— А где… — спросила она двух охранников, сидящих через несколько столиков. Когда и куда ушел альфа она не заметила, увлекалась разговором с сестрой.

— Матай занят, когда освободится, вернется домой, — пробурчал один из охранников. — Мы тебя отвезем.

Ника вскочила, сообразив. Занят?

— Он поехал драться с Олимпом?

Охранники промолчали.

— Отвезите меня туда!

— Нет. Альфа запретил.

Ника затравлено посмотрела на сестру, а та пожала плечами. Никто не может ослушаться альфу, а Ника вдобавок не знает, где находится. Куда она отсюда денется?

— Барс! — Мария вскочила.

Блондин в потертой куртке подошел и оказался высоким, выше Матая, хотя и не таким крепким. Если бы не лицо человека, который легко и сильно дает сдачи, его тонкое телосложение могло бы обмануть. Он спокойно посмотрел на Нику сверху вниз и повернулся к Марии.

— Нам пора.

— Где Матай? — спросила Ника.

— И тебе привет.

Ника жалко улыбнулась.

— Матай занят делом. Езжай домой и жди. — Ответил Барс.

— Но…

Барс усмехнулся своими острыми белоснежными зубами, сказал, не вынимая рук из карманов.

— Послушай, детка. Тебе повезло, что ты пара альфы, но он не волчонок, который станет отпрашиваться у своей самки перед тем, как пойти и наказать того, кто ее обидел. Ему не нужно твое разрешение. Не советую ему мешать. Если альфа решил сделать так, как решил, тебе остается просто принять его приказ к исполнению.

Ника склонила голову.

— И насчет сестры не волнуйся. Я куплю Марии телефон, она тебе позвонит.

Они переглянулись, задержав друг на друге глаза чуть дольше, чем требовалось, но Ника не заметила. Попрощавшись с обоими, она поплелась за охранниками.

Дорога домой прошла быстро, в доме было пусто, Тополис где-то гулял, оставив в столовой накрытый стол. Ника едва прикоснулась к пище. Раньше она переживала только за сестру и появление нового объекта переживаний не радовало. Конечно, Матай сам способен за себя постоять, но Олимп подл и будет использовать подлые приемы.