Информационное общество и международные отношения - Васильева Н. - Страница 24

Таким образом, можно констатировать ряд серьезных проблем в современном политическом управлении:

• эксперты, создающие на основе компьютерных моделей практические рекомендации по основным направлениям политики государства, абсолютно не учитывают в своих оценках и рекомендациях нравственные и иные ценностные гуманистические критерии как не подлежащие компьютерной обработке, а значит, не имеющие практического смысла;

• компьютеризированные решения полностью детерминированы машинной рациональностью, а значит, с экспертов и политиков снимается ответственность за эти решения, что ведет к социальной бесконтрольности государственной машины;

• информационная технология служит средством для формирования власти элиты, где знания и власть можно рассмотреть как пирамиды: чем выше уровень знания, тем меньшее число людей должно владеть им: «Властное знание (знание с высокой социальной ценностью) включено в комплекс символических систем (специальный профессиональный язык и кнопочные коды), интерпретировать которые может лишь тот, кто их изобрел» [Knowledge, Skill and Artificial Intelligence, 1988, p. 97].

Таким образом, идет процесс формирования «датократии», т. е. круга лиц, обладающих привилегированным доступом к особо важным информационным данным и знаниям. Хотя результаты политологических исследований и указывают на то, что в подавляющем числе случаев профессионалы в области компьютерной информации имеют мало власти, однако их огромное влияние достаточно для того, чтобы говорить о датократии. Датократы не являются пассивными источниками информации. Ее необходимо определить, отобрать, получить и организовать в пригодную для данной информационной системы форму. Они также ответственны за идентификацию и отбор допустимых альтернатив, оценку их последствий и т. д. Эта деятельность вплотную подводит к принятию решений.

В связи с этим важно подчеркнуть, что от экспертов все в большей степени зависят политики, которые, не обладая должными объемами знаний, призваны руководить высоко компьютеризированным обществом, а потому вынуждены доверяться экспертам во все большей степени. Так, «правительство США регулярно оказывается под властью "думающих голов", поскольку использует купленные у них рекомендации и решения» [Clarke, Pavlov, 1985, p. 268].

Информация и контроль над ней становятся главными рычагами власти, а потому основной характеристикой датократии является контроль над банками данных и практически монопольное владение экспертными знаниями в силу высокой степени сложности получения экспертного знания и необходимости сохранения тайны как государственной, так и корпоративной. Власть датократии неизбежно будет возрастать в связи с большим усложнением управленческих процессов. Решения по военным или производственным проектам связаны с риском стохастических последствий, что грозит техногенными катастрофами. Поэтому ряд ученых (У. Роув, Дж. Уайнстэйн) считают, что властные полномочия должны распространяться на независимую экспертизу высокопрофессиональных научно-технических специалистов, которые и обязаны принимать решения. Этот «серый кардинал» фактически представляет собой элиту, которая имеет широкую социальную базу благодаря бурному развитию информационной экономики.

Таким образом, проблема зависимости политики от технократии является одним из важнейших вопросов выживания демократии в информационном обществе. Именно владение и распоряжение информацией становится ключевым вопросом распределения властных полномочий в условиях современных демократических государств. В связи с этим возможности представительной формы власти в условиях информационных технологий можно оценить двояко. По мнению ряда политологов (например, Э. Тоффлера), превращение депутатов в «политиков на витрине» становится непреложным фактом, что в перспективе может привести к исчезновению этой формы власти под давлением датократии, с одной стороны, и гражданского общества, самостоятельно вырабатывающего политические решения, с другой.

Выводы

Информация пронизывает процессы живой и неживой природы. Она является предметом изучения в различных областях научного знания. Особое значение приобретает социальная информация, циркуляция которой в национальных и международных масштабах служит одной из основополагающих предпосылок существования и развития мира и человека.

Информация, связанная с жизнедеятельностью человека, имеет свои отличительные черты, одной из которых является ее знаковый характер. Благодаря работе человеческого сознания различные знаковые образования обретают значение и наполняются личностным смыслом.

При этом особенно следует подчеркнуть, что в жизни современного человека огромную роль играют не просто знаки, а знаки, объединенные в систему текста, метатекста и дискурса. Человек с момента его превращения в человека производящего – Homo faber – живет в мире артефактов, в том числе имеющих знаковое наполнение. Мир познается сквозь призму информации, которую несут в себе эти артефакты, прежде всего тексты, метатексты и дискурсы. В современных условиях возникает ощущение, что именно они и есть этот мир. Маленький пример: после технологического переоснащения английских СМИ журналисты перестали выезжать на место события, предпочитая обращаться к информации, которую они могли почерпнуть из Интернета. Мы тоже часто принимаем отражение за отражаемое, не видя в них существенной разницы. Потому осмысление феномена текста чрезвычайно важно не только в теоретическом, но и в общежитейском плане.

Информация и знание – явления, тесно связанные между собой. Существует мнение, что информация – это востребованное знание. Не случайно наше время называют и «веком информации», и «веком знания».

Информация и коммуникация не только находятся в постоянном взаимодействии, но и не могут существовать друг без друга. Любые виды коммуникации связаны с процессами передачи и получения информации. Особый характер приобретает массовая коммуникация, которая занимает существенное место в общественной жизни и обладает как огромным позитивным потенциалом, так и не менее значительными возможностями манипулятивного воздействия как на внутреннем, так и на международном уровнях.

Несмотря на то, что признаки глобализации проявляются практически во всех сферах – экономике, культуре, политике, социальной жизни, коммуникации, именно информационная составляющая выступает в качестве сущностной характеристики глобализации, обусловливая качественное своеобразие каждого из этапов ее развертывания. Подчас ставится знак равенства между глобализацией и продвижением человечества в сторону информационного общества.

В соответствии со стандартами ЮНЕСКО информационная технология включает в себя вычислительную технику, программно-математическое обеспечение, разработку машинных языков, создание искусственного интеллекта. Вопрос о социальных изменениях, порождаемых быстрым развитием и внедрением новой информационной технологии, широко дискутируется специалистами-политологами. В последнее время волна однозначно оптимистических оценок (З. Бжезинский, М. Маклюэн) сменилась достаточно широкой волной критических оценок (Ш. Эллюль, Т. Роззак, Э. Фромм); одновременно с этим все больший авторитет приобретают технологические концепции общесоциального плана, базирующиеся на изучении конкретных социально-экономических проявлений информационной технологии (Э. Тоффлер, Д. Белл, Й. Масуда, Д. Робертсон).

Проблема формирования единого информационного пространства на глобальном уровне пока остается нерешенной. Наличие единого информационного пространства означает, что в любой его точке каждый человек может получить минимально необходимые сведения для того, чтобы быть достаточно информированным.

Технократические идеи управления обществом стали активно входить в политическую практику в условиях индустриального общества и приобрели свою наиболее развитую форму в эпоху компьютеризированной власти, когда все более и более усложняющийся процесс управления социумом стал теоретически обосновываться в терминах технократии.