Загадки казацких характерников - Каляндрук Тарас - Страница 50

Освящение сечевого знамени в Черновицах. Фото нач. XX в.

Сечевые стрельцы во Львове. Август. 1914 г.

Кубанские казаки, взятые в плен сечевыми стрельцами подхорунжего Т. Ковалика. Фото 1915 г.

Кавалерийское подразделение Сечевых Стрельцов. Фото 1916 г.

Об этой священной казацкой традиции сохранилось интересное воспоминание офицера УСС времен Первой мировой войны. Однажды разведчики УСС взяли в плен кубанского казака. Пленный кубанец очень удивился, услышав из уст «австрияков» родную украинскую речь, он не мог понять, откуда взялись в австрийской армии сечевики. «…Мы — Сечевые Стрельцы. — Так вы не австрийцы?! — Нет, братишка, хоть у нас и австрийская форма, но мы, как и ты, украинцы… Если ты казак, то знаешь историю Запорожцев. Вот как проклятая Екатерина предательски ликвидировала Запорожскую Сечь, то казаки сами и со своими родными разбрелись по миру… Одни пошли за Дунай, другие на Кубань, а третьи за Днестр… Вот мы и есть потомки тех, что за Днестром (259, 30).

Именно этим потомкам запорожцев из-за Днестра суждено было повернуть ход истории, начать процесс возрождения Украинского государства. Ведь в то время единственным военным формированием, которое ставило перед собой цель возродить государство, были именно Украинские Сечевые Стрельцы.

Пасхальные братания между УСС и украинцами российской армии. Фото 1915 г.

Недаром высшее московское командование в своих сообщениях царю, описывая появление сечевиков, говорило о них, как про «отборные войска, называющие себя украинцами, и мечтающие о самостоятельности Украины». Такая информация посылались только царю и его ближайшему окружению, а от низшего и рядового состава ее скрывали, чтобы не пробудить национальное сознание солдат и офицеров-украинский, которые составляли основной контингент царской армии. Именно это вскоре и произошло. Это было кровавое время, когда огромные, вооруженные до зубов империи с миллионными армиями сцепились в кровавом бою за право обладания миром. Сотни тысяч людей разных национальностей погибли по прихоти нескольких коронованных особ. Украина же, разделенная между Россией и Австрией, поставляла пушечное мясо для обеих империй. Миллионы украинцев с обеих берегов Збруча вместо возрождения своего государства клали головы в братоубийственной борьбе за чужие интересы. Именно в это время Сечевые стрельцы начали процесс т. н. «братания» на фронтах, когда воины враждующих сторон выходили из окопов, переходили линию фронта, устанавливали перемирие и отказывались стрелять друг в друга. Украинцы с обеих сторон фронта легко находили общий язык, а осматривая при перезахоронениях тела своих врагов, часто находили в вещевых мешках российских солдат и кубанских казаков, а также и в рюкзаках австрийских солдат книжечки Шевченковского «Кобзаря» — Библию каждого украинца: и галичанина, и восточника, и кубанского казака. Конечно, такие находки вполне меняли сознание украинских воинов, они начинали понимать, что воюют с братьями за интересы чужеземцев. Другим объединяющим фактором была украинская песня, которая звучала из окопов по обе стороны фронта. Именно по песням украинцам легко было определить, что напротив во вражеских окопах находятся братья. Вот как вспоминал об этом австрийский офицер украинец Степан Клочурак, который со своим 38 пехотным полком находился в 1916 году на фронте в селе Корыто восточнее Луцка: «На том отрезке, где находился наш полк, в некоторых местах нас отделяло от фронтовой линии россиян не более 100–150 шагов. К нам часто доносился с российской стороны голос песен.

Мы с увлечением прислушивались к хоровому пению. Такие концерты российских воинов повторялись часто, и в это время перестрелки прекращались. Оказалось, что перед нами стояли части, в которых преобладали украинские военные. Это они давали нам эти хорошие концерты. На Пасху в воскресенье до полудня, мы услышали величественную песню «Христос Воскрес». Вскоре из российских окопов появились белые флажки и из них высунулось несколько солдат. Когда они увидели, что им не грозит опасность, потому что с нашей стороны не было ни одного выстрела, их примеру последовали остальные воины, которые растянулись вправо и влево по всему ихнему фронту. Отделилось пять воинов, которые перелезли через колючую проволоку и пришли к нашим окопам. Я с двумя нашими воинами пошел им навстречу. Один из них, подавая мне руку, от имени их солдат пожелал нам, нашим командирам и солдатам, счастливых и радостных Пасхальных Праздников и, чтобы мы здоровые вернулись в свои родные места. Он говорил мне по-русски, а когда я повторил те же пожелания по-украински, он удивленно сказал на украинском: «Видимо, на обоих фронтах воюют украинцы друг против друга». После этого мы разговорились на своем. Увидя, как мы так взаимно приветствовали друг-друга, вся масса воинов с российской стороны двинулась к нам, на что наши воины ответили так же. Наступила минута взаимных приветствий, объятий и радости, и люди, которых война сделала кровожадными зверями снова стали людьми. Думаю, что никакая дисциплина, никакая сила не смогла бы помешать этому нормальному поведению людей, которых объединяла одинаковая судьба…» (147, 77–78).

Российские солдаты-украинцы в гостях у гуцульской сотни на Пасху. Кирлибаба. 15.IV.1917 г.

Особенно в деле братания отличались Сечевые стрельцы, которые использовали каждую возможность для распространения идеи среди украинцев в ​​московской армии о независимом украинском государстве. Сохранились уникальные фотографии, на которых зафиксировано братание сечевых стрельцов с украинцами московской армии. А лучше эти чувства казачьих потомков передает уникальная стрелецкая песня: