Серые будни богов (СИ) - Гельфер Дмитрий - Страница 17

Мгновения передышки и Крэйвен осознал, что стоит на самом краю помоста. Духи Глубин! Нельзя давать себя загонять в угол. Тогда точно никаких шансов. Он рванул вперед, до того как Гром успел замахнуться. Рука гиганта прошла в опасной близости, но расслабляться было рано. Крэйвен ощутил резкий рывок назад и треск разрываемой ткани. Остатки рубахи остались в руках у Грома, а иннол кубарем откатился на противоположный край площадки.

Противоположный. Ха! Долгожданный простор для маневра. И это уже шанс атаковать самому. Не успев толком встать на ноги, Крэйвен ринулся на противника. Скорость и напор сделали свое дело. Тем более, что для соперника такой маневр оказался сюрпризом. Прыжок и серия ударов: один в челюсть, один куда-то наугад в корпус и, уже приземлившись, локтем чуть повыше колена. После такого удара соперник просто обязан хромать. Но если «как атаковать» Крэйвен успел продумать, то «как отступить» после этого — даже не начинал. Серия ударов вышла прекрасная, но недостаточно сильная, чтобы свалить такого как Гром. Враг оказался слишком близко и слишком озлоблен.

Мир вокруг закружился каруселью. Мгновение и Крэйвен понял, что перед ним разъяренное лицо Грома, а сам он зажат в клещи. Где-то в районе ребер больно впилась бляха от кожаного перекрестья. Огромные ручищи, словно пресс выжимали из легких остатки воздуха. Крэйвен попытался нанести удар головой — единственной свободной частью тела, но соперник оказался к этому готов. Перед глазами стали расползаться темные круги, а сознание проваливаться в бездну. В голове пульсировало: «Притвориться. Притвориться, что без сознания, пока это не стало правдой». Крэйвен закатил глаза и затих, безвольно повиснув в объятиях Грома. Кто-то из зрителей, совсем рядом от помоста крикнул:

— Гром, давай коронный!!!

— Давай, размажь его… — поддержали первого оратора.

После этого в толпе перестали считать, а дружно начали скандировать «Гром! Гром! Гром!».

Крэйвен почувствовал, что тиски слабеют. Но вместо попытки вырваться его хватило только на судорожный вдох, а в следующее мгновение он оказался уже высоко поднят над головой Грома. «Сейчас меня действительно размажут!» пронеслось в голове. Перед глазами снова всплыл образ Блохи с обвисшей рукой. Нет! Не позволю… Крэйвен уже не притворялся потерявшим сознание. Дернулся, но безрезультатно. Тыхран фарага! Последний шанс не остаться инвалидом — это удачное приземление. Вот только с удачей в последнее время сплошные нелады.

Гром кружил по помосту, держа свою жертву на вытянутых руках. Так, чтобы и в самых дальних рядах видели. В голове у Крэйвена крутилась одна и та же мысль об удачном приземлении. Как мантра. Как молитва. «Сгруппироваться… погасить удар, перевести в другую плоскость… откатиться в сторону». Он в мельчайших деталях видел, как именно произойдет падение.

«Сгруппироваться… откатиться! Сгруппироваться… откатиться!».

Где-то внутри зародилось незнакомое чувство, будто тетива натягивается. И с каждым повтором она становилась все туже и туже.

Когда земля ринулась ему навстречу, Крэйвен отпустил «тетиву» и тело само повторило всю последовательность спасительных движений. Голоса вокруг стихли. Изображение будто размазалось. Но он не обратил на такую мелочь внимания. Мало ли на какие еще выверты способно сознание после такого падения.

Запнувшийся было барабан, продолжил отсчет. Бой еще не окончен. Рано радуешься, образина.

Их разделяли несколько шагов, но сейчас Крэйвену казалось, что это пропасть. Пока Гром будет ее преодолевать, у него есть мгновения отдыха. Такого необходимого отдыха.

Или лучше снова попытаться атаковать самому? Он с удивлением обнаружил, что «тетива» внутри никуда не исчезла. Просто ослабла. Что ж, смог вымолить удачное приземление, а ну как еще раз получится. Один удар… Чтоб разом и наповал. Да ну, глупости. Тут тараном нужно бить, чтоб наверняка.

Выбора нет, и Крэйвен решил довериться обретенному «союзнику» внутри себя. В голове прокручивалась последовательность шагов. «Тетива» послушно стала натягиваться.

«Шаг сюда, потом сюда… прыжок… изогнуться… и двумя ногами в челюсть». Собственное тело вместо тарана. Обязано получится.

Повторить! Еще раз повторить.

Мгновения, что заняли эти мысли в голове Крэйвена, понадобились Грому, чтобы придти в себя. Он не был бы столько лет подряд лучшим, если бы позволял себе мысли, вроде «Как этот задохлик умудрился вывернуться?». Сначала добить, потом думать. И сержант не собирался затягивать.

Сейчас! «Тетива» натянута до предела и противник уже набирает ход. Еще шаг и выверенная последовательность будет неактуальна. Крэйвен сорвался с места и крики толпы снова стихли. Будто в воду нырнул, только двигаться легко. Соперник замер, словно не замечая опасности. Его взгляд устремлен куда-то за спину. Туда, где Крэйвен был пару мгновений назад. Так даже проще.

Ноги впечатались в челюсть Грома в точности как во время мысленных повторений. А ощущения — будто на стену налетел. По измученному телу прошла волна боли. Вернулось ощущение реальности. Падение с такой высоты не входило в расчеты Крэйвена. А зря… Почти плашмя рухнув на помост после тщательно продуманного удара, он сдавленно застонал. И без того мятые Громом ребра приняли на себя всю массу тела. Если удар не вырубил Грома, то ничего больше предпринять не удастся.

Тяжело откатившись в сторону, Крэйвен бросил взгляд в сторону соперника. Тот лежал неподвижной громадой и не подавал признаков жизни. Повезло!

Барабан перестал выводить свой ритм и где-то в, притихшей от изумления толпе, прозвучало восхищенное «Молния!». Но Крэйвену было не до того. Он лежал на спине, раскинув руки, и с упоением созерцал чистое весеннее небо. Кто бы мог подумать… Получилось.

Где-то рядом послышались осторожные шаги. Нужно бы повернуться, но так не хочется.

— Похоже, в этом бою… ничья, — Пепел был не похож сам на себя. В голосе поселились нотки неуверенности. — Все ставки на победу иннола будут возвращены. По ставкам на время, будем считать, он продержался.

Как только речь зашла о деньгах, у Крэйвена вырвался нервный смешок. Исковерканное тело не слушалось, но Крэйвен пересилил себя и приподнялся на локте.

— Врешь, букмекер, — Превозмогая дикую боль в груди и периодически покряхтывая, он встал на ноги. — Я, конечно, крепко побит, но еще в сознании. Моя победа.

Пепел уставился на покачивающегося Крейвена будто на приведение. Из ступора его вывел крик из толпы:

— Молния завалил Грома!

Симпатия зрителей переметнулась от фаворита к претенденту с умопомрачительной скоростью. Еще совсем недавно они выводили «Гром! Гром!», а теперь кричат «Молния! Молния!». Только сейчас Крэйвен понял, что ему дали прозвище на манер того, как обычно друг друга называют коренные жители Туманного кряжа.

Получивший в столь странных условиях новое имя, он стоял и купался в лучах недолговечной славы.

— Ты обещал золотую монету. Я думаю самое время.

— Зачем торопиться? — Пепел бросил взгляд на неподвижно лежащего Грома, а на лице отражался бурный мыслительный процесс. — Пепел держит обещания, будь уверен. Просто сейчас у меня нет такой суммы сразу…

— Мне кажется, что кто-то врет, — Крэйвен обращался к благоволящей в этот момент ему толпе. — Врет, как думаете?

«Врет!!!»

«Плати обещанное, скряга…»

«На нас то, поди, больше заработал.»

Боги сегодня были не на стороне Пепла. Без поддержки горы мускулов в лице Грома, букмекер выглядел совсем жалко.

— Не вру, — Он безуспешно пытался утихомирить народ, но его сейчас никто не собирался слушать. Пришлось вмешаться Крэйвену. На его просьбу отреагировали мгновенно. — Все деньги в обороте. Мне надо еще платить по сделанным ставкам. При себе только то серебро, что обещал претендентам. Ну, еще пару монет сверху.

Даже в состоянии шока, Пепел чувствовал, где у толпы слабое место. Упоминание выплат по ставкам охладило пыл сторонников иннола. Если выбирать между «получить самому» и «порадеть за справедливость», многим долго думать не надо. Крэйвен тоже почувствовал, что надо брать здесь и сейчас сколько дают. Остальное выколачивать как получится.