300 лет российской морской пехоте, том I, книга 1
(170501855) - Кибовский Александр Владимирович - Страница 28

Ротный барабанщик приморских гренадерских полков и батальонов Черноморского гренадерского корпуса. 1790–1796 гг. Рисунок художника А.В. Каращука. 1998 г. Обмундирование музыкантов и барабанщиков соответствовало гренадерскому, но часто имело обратные цвета — куртка красная с зелеными лацканами, обшлагами и воротником, шаровары зеленые. Петли на лацканах и обшлагах обшивались белой нитяной тесьмой с кисточками по краям.

Морские офицеры, приписанные к гребному флоту, продолжали носить свою обычную форму: черную фетровую шляпу с белым бантом, белый суконный мундир с зеленым подбоем, лацканами, воротником и обшлагами, камзол и штаны зеленые. Единственным их отличием от корабельных офицеров являлось наличие 5, а не 6 пуговиц на лацканах, а также эполеты на обоих плечах.

1-й и 2-й морские полки Балтийского гребного флота при переводе в 1792 году из морского в сухопутное ведомство получили такое же «потемкинское» обмундирование, но с некоторыми отклонениями от регламента. Воротник и лацканы на куртках гренадер кроились не из красного, а из белого сукна, и на касках у них вместо двух желтых лопастей имелся один черный «отвес» с белой обшивкой. Мушкетерские роты были одеты в соответствии с табелью пехотных полков 1786 года, только на касках вместо двух черных суконных лопастей крепилась одна лопасть. Гренадерские сабли в 1-м и 2-м морских полках отсутствовали. Все гренадеры и мушкетеры носили в лопастях поясных портупей только штыковые ножны. Реформа обмундирования не коснулась полковых офицеров, которые продолжали носить обмундирование прежнего, «допотемкинского» фасона, полагавшегося всем офицерам пехотных и гренадерских полков (см. стр. 76–77).

В ходе русско-турецкой войны офицеры действующей армии не слишком церемонились с установленными правилами. «Ни в какой службе офицер не подчинен менее точности формы, как в России, — писал полковник граф А.Ф. Ланжерон, — Ни покрой, ни цвет, ни форма одежды не сходны между собою. Не только каждый полк, но даже и каждый в нем офицер придерживается своего правила; офицеры безразлично носят длинные или короткие мундиры, белые или цветные жилеты, вышитые галстуки, шаровары всевозможных цветов, шапки или шляпы, и в таком виде являются к своим начальникам и даже часто в главную квартиру. Они очень дорожат этим разнообразием; особенный же образец изящества для русского офицера составляет круглая шляпа, a l’anglaise, которую они носят по преимуществу»[43]. Но то, что допускалось в годы войны, сочли неуместным после ее завершения. Генерал-аншеф граф Н.И. Салтыков напомнил Военной коллегии, что регламентом 1786 года «перемена одежды учинена для одних нижних чинов, а о штаб- и обер-офицерах ничего не упомянуто. Видя ж в полках разнообразие в одежде штаб- и обер-офицеров, даже в одном полку служащих, то и предлагал коллегии пестроту сию запретить и приказать, чтоб штаб- и обер-офицеры мундировались так, как по высочайше опробованным образцам велено, не вводя от себя излишних новостей». 24 мая 1792 г. Екатерина II подписала указ «о ношении в армейских полках и полевых батальонах штаб- и обер-офицерами отныне впредь мундиров сходственно с высочайше опробованными образцами»[44]. «Потемкинская» форма у офицеров приморских гренадерских полков была отменена, и им уже в обязательном порядке вернули прежнюю черную шляпу, красный суконный камзол, зеленый мундир с длинными фалдами и белые суконные штаны с высокими сапогами.

27 июля 1794 г. Екатерина II утвердила табель обмундирования для нижних чинов Черноморского гренадерского корпуса, полностью совпадавшую с «потемкинской» табелью армейских гренадерских полков 1786 года. В связи с этим форма морских гренадер почти не изменилась. Однако шеф корпуса И.М. де Рибас был не совсем доволен прежней экипировкой и в январе 1795 г. по согласованию с генерал-фельдцейхмейстером графом П.А. Зубовым внес в табель существенные изменения. Поясную портупею с пасовыми ремнями отменили, и для удобства гренадерам «повелено сабли носить в мушкетерских портупеях», вставляя их в штыковую лопасть[45]. Саму поясную портупею и плечевой ремень от патронной сумы перекрасили в черный цвет. Вместо касок гренадерам сшили «шапки из зеленого сукна с черными околышами, в которых на случай десанта и высадки на берег с судов людей положены будут патроны для сбережения их от подмочки водою»[46]. Взамен белых плащей отныне полагались киреи — разновидность зеленой суконной шинели с рукавами, застегивавшейся на пуговицы. 10 человек в каждой роте де Рибас вооружил штуцерами. Кроме того, он предложил заменить гренадерские сабли с небольшими узкими клинками на мощные сабли-тесаки, разработанные специально для гренадер по инициативе князя Г.А. Потемкина еще в 1790 году. Сабли для 3-го и 4-го батальонов корпуса заказали в Туле в декабре 1795 г., но изготовить их так и не успели.

Гренадер гренадерских полков. Раскрашенная гравюра Дж. Аткинсона. 1790-е гг. (Музей-панорама «Бородинская битва»).

При формировании оба приморских гренадерских полка получили знамена образца 1780 года: Николаевский — 6 знамен (из них одно белое полковое и 5 ротных с бело-желтыми диагоналями), Днепровский — 4 знамени (из них одно также полковое). Все эти знамена имели полотнище шириной по горизонтали 1 аршин 11 вершков (120 см) и высотой 1 аршин 14 вершков (133 см). В центре полотнища помещался государственный герб — черный двуглавый орел со Св. Георгием Победоносцем в красном медальоне на груди. На знаменах приморских гренадер в медальоне орла помещалось изображение Св. Георгия из-за отсутствия утвержденной полковой символики. Деревянное древко длиной 4 аршина (284 см) полагалось красного цвета и имело железный подток и плоское железное навершие. С 1794 года батальонам Черноморского гренадерского корпуса знамена не полагались.

1-й и 2-й морские полки Балтийского гребного флота знамена образца 1780 года (по два на батальон), заказанные в 1791 году, так и не получили[47].

1-й флотский гренадерский батальон великого князя Павла Петровича

1784–1796 гг.

Библиография и источники.

Тучков С.А. Записки. СПб., 1908.

Комаровский Е.Ф. Записки графа Е.Ф.Комаровского. М., 1990.

Шильдер Н.К. Император Павел I. СПб., 1901.

Сведения о гатчинских войсках. СПб., 1835.

РГВИА. Ф. 386. Оп. 1.Д. 1–3, Д.8.

ГАРФ. Ф. 728. Оп. 1. Д.384, 387, 413.

С 1782 года 8 морских батальонов Балтийского флота оказались под пристальным вниманием великого князя Павла Петровича, числившегося генерал-адмиралом и президентом Адмиралтейской коллегии. Являясь страстным почитателем прусского полководца Фридриха II, наследник престола решил завести свою небольшую армию, организованную по немецким образцам. С этой целью он начал отбирать из морских батальонов солдат и гренадер для несения караулов при своих дворцах в Павловске, на Каменном острове, а также в подаренной ему в 1784 году Екатериной II мызе Гатчина под Петербургом. Вскоре караульные команды стали насчитывать по 80 человек, и начальство над ними Павел поручил бывшему прусскому офицеру капитан-поручику Штейнверу. В следующем 1785 году две команды объединили в сводную роту, которой вручили освященное в Павловске знамя.