Советский тяжелый танк Т-35
(«Сталинский монстр») - Коломиец Максим Викторович - Страница 23

Председатель комиссии в/инженер 2 р. /Зыков/

Члены:

в/техник 1 р. /Кононенко/

в/техник 2 р. /Уманец/».

Кроме указанных фамилий, в других документах есть упоминания командиров следующих Т-35: № 28843 — Иванов, № 18317 — Петров, № 23442 — Яковлев.

Сохранилось также несколько сводок по потерям матчасти, которые ежедневно составляли технические службы полков, когда в июле дивизия была выведена на отдых в район Казатина. В них не указывались серийные номера машин, однако они позволяют уточнить некоторые моменты. Например, в сводках значатся оставленными на зимних квартирах в Судовой Вишне шесть машин 68-го танкового полка, причем три из них находились в ремонте, а три завязли в реке, что, в общем, соответствует данным акта о потерях танков 68-го танкового полка.

Немецкие солдаты на днище перевернувшегося танка Т-35 № 234-35 (АСКМ).

Перевернувшийся у села Иванковцы танк № 234-35. Хорошо видно, что машина имела конические башни, прямую подбашенную коробку и оснащалась поручневой антенной на башне (фото из архива Френки Пулхама, Великобритания).

Акт на списание танка Т-35 № 234-35, опрокинувшегося в реку у села Иванковцы 30 июня 1941 года (ЦАМО).

Немецкие солдаты на танке Т-35 № 744-66, оставленном из-за поломки в районе села Лопушное (в акте записано Бложино) 9 июля 1941 года. К этому моменту машина прошла более 500 километров. Фото «привязал» к месту Сергей Лотарев (АСКМ).

Танк Т-35 № 196-96, оставленный в предместье Тернополя (АСКМ).

Как видно из приведенных документов, большую часть Т-35 оставили в ходе маршей по тем или иным причинам. Однако четыре машины были потеряны в бою в районе населенных пунктов Вербы и Птиче. Здесь заняли оборону тылы 34-й танковой дивизии, которая к этому времени атаковала Дубно. Видимо к этим тыловым подразделениям и «прибились» четыре Т-35, двигавшиеся на Дубно. Согласно документам 16-й танковой дивизии вермахта, бои здесь носили ожесточенный характер. Так, вечером 29 июля 1941 года боевая группа Зикениуса (2-й танковый полк, батальон мотострелков и батарея 88-мм зенитных орудий) 16-й танковой дивизии попыталась пробиться через Птиче к Дубно. В донесении соединения за 209 июня 1941 года говорилось:

«Примерно в 21.30 2-й танковый полк подвергся русской контратаке силами танков и пехоты. Русские сражались крайне жестко, многократно группами запрыгивали на боевые машины, стреляя в экипажи. Далее, они прикрепляли к остановившимся боевым машинам заряды взрывчатки. В результате танковый полк около 23.00 отведен в район южнее Вербы, 10 боевых машин было потеряно».

Более эмоционально этот бой описан в истории 16-й танковой дивизии:

«Бойцы пытались развернуть орудия, танки, дав задний ход, старались уйти от обстрела. Приказов, казалось, уже никто не слышал, началась беспорядочная стрельба вокруг. Отступление частично перешло в панику. Лишь на короткое время удалось еще раз остановить напор танков и пехоты. Вербу пришлось оставить».

Захваченный немцами в ходе боев за Харьков (район Новая Бавария) один из танков Т-35 (фото из архива С. Лотарева).

Как видно, немецкие части отступили, причем даже в панике. В этом бою принимали участие и танки Т-35, которые в истории 16-й танковой дивизии ошибочно названы «Клим Ворошилов» — видимо их по какой-то причине спутали с КВ:

«Русские бравировали своими 52-тонными танками „Клим Ворошилов“, однако зенитная и полевая артиллерия уверенно справлялась с этими неповоротливыми увальнями с пятью вращающимися башнями».

Понятно, что против 88-мм зенитки, которая справлялась и с КВ, «тридцать пятые» оказались бессильными. Вместе с тем, есть вероятность того, что Т-35, участвовавшие в бою у Вербы и Птиче 29 июня 1941 года уничтожили несколько танков противника — на фото рядом с разбитыми Т-35 видны два подбитых Pz.III и один Pz.II 16-й танковой дивизии. Таким образом, пятибашенные гиганты дорого продали свои стальные жизни.

Кстати сказать, то, что танки Т-35 34-й дивизии отстали на марше, вовсе не исключает их участия в бою. Во всяком случае, на фотографиях нескольких таких машин видны боевые повреждения и снарядные отметины.

Что касается машин, находившихся в Харькове на ремонте, удалось найти следующие документы. 3 августа 1941 года находившийся на заводе № 183 начальник 1-го отдела ГАБТУ КА подполковник Панов направил начальнику БТУ КА военинженеру 1-го ранга Коробкову следующее письмо:

«При заводе № 183 имеются 5 танков Т-35, прибывшие на завод в разное время для ремонта. Завод этот ремонт частично проводит, отнимая рабочую силу и часть станков для обработки деталей к этим машинам. Из имеющихся 5 танков:

Одна капитально отремонтирована и передана военному представителю (№ 988-18).

Танки № 148-30, 537-90 и 220-28 после мелкого ремонта могут быть на ходу.

Танк № 0197-2 полностью разобран.

Дабы не загружать завод ненужными работами, и за счет этого усилить ремонт танков Т-34 и КВ с одной стороны, а с другой избежать их уничтожения при налете авиации противника, прошу Вашего распоряжения указанные танки капитально не ремонтировать, провести только мелкие ремонты, чтобы танки могли совершать в пределах 100 км самостоятельное движение, Установить положенное на них оружие и срочно с завода отгрузить. Использовать эти танки как постоянные огневые точки на ответственных участках по обороне городов Ленинграда или Москвы».

Танк Т-35, уничтоженный у школы, в которой осенью 1941 года находился штаб обороны города Харькова (фото из архива С. Лотарева).

Немецкие солдаты из 101-й легкопехотной дивизии осматривают уничтоженный у здания школы Т-35, изображенный на предыдущем фото. Снимок сделан сразу после окончания боев за Харьков в октябре 1941 года (АСКМ).

Танк Т-35, стоявший у школы, использовался в качестве заграждения в полосе противотанковых ежей. Снимок сделан немцами во время второго взятия Харькова в марте 1943 года (АСКМ).

На этом документе есть две резолюции:

«т. Коробкову. Считаю заключение т. Панова правильным. Указанные танки необходимо использовать для обороны. 7.8.41 г. Полковник /Алымов/».

«т. Чиркову. Тов. Алымов приказал заготовить распоряжение за подписью т. Федоренко. 11.08.41 г. Афонин».

Танк Т-35, оставленный на восточной окраине Харькова около опытной сельхозстанции, машина двигалась на восток. Верхнее фото сделано осенью 1941-го, а нижний снимок — 1942 году, к этому времени машина была частично разобрана (АСКМ).

Бойцы московского ополчения отрабатывают взаимодействие с танками. В качестве учебной машины используется Т-35 из полка академии механизации и моторизации имени И. Сталина. Октябрь 1941 года (АКСМ).

Танк Т-35 из состава полка академии механизации и моторизации в Москве, у Хамовнических казарм в районе Комсомольского проспекта. Конец октября или ноябрь 1941 года. На переднем плане — построение моряков, прибывших на защиту Москвы (АСКМ).