Благая Весть Курта Хюбнера (СИ) - Незванов Андрей - Страница 34

"В своем исследовании о "Восприятии времени в древнегреческой литературе" X. Френкель указывал на то, что Гомер не знал никакой точки времени, а всегда только длительность".

"...для великих и героических событий "Илиады" и "Одиссеи", в которых происходит божественная история, время не играет никакой роли. Эти события являются для Гомера вечным настоящим".

Следовательно, Миф отнюдь не сообщает нам о "современниках большого прасобытия": скорее, об участниках, числить которых среди своих предков - большая честь.

"Э. Кассирер замечает: "Мифу чуждо разделение... целостной ткани времени и включение ее в твердо установленную систему, в которой каждому событию соответствует одно и только одно место"".

То есть, Миф неразложим также и в порядке времени. Его нельзя спроецировать на шкалу времени и представить в виде последовательности происшествий во времени.

Это привело Кассирера к созданию такого конструкта как "временной гештальт", - каковой оксюморон Хюбнер у него и позаимствовал.

Кассирер пишет:

"Для мифа не существует время "само по себе" - типа непрерывной временной среды, - "но всегда существуют только определенные временные гештальты. /.../ Но эти отрезки... непосредственно ощущаются и не подлежат измерению или счету".

Однако, целость Мифа не в чудаковатом восприятии времени "мифическими греками", т. е. не во "временном гештальте": она - в целостности смысла. Миф - это единое и неделимое СООБЩЕНИЕ, сущее в порядке иерархического общения лиц в пространстве публичных коммуникаций. Это сообщение существует, передается и воспринимается ЦЕЛИКОМ в порядке единого акта общения.

И время тут совершенно не причем.

Завершает раздел Хюбнер цитатой из Мирчо Элиаде, из которой становится ясно, где взял он свое деление времени на "профанное" и "священное":

"Я завершаю этот раздел следующими заметками М. Элиаде, не требующими никаких пояснений: "В качестве всеобщей формулы мы можем сказать, что человек, "живущий" в мифе, выходит из профанного хронологического времени и входит во время с другими свойствами, а именно в "священное время", являющееся одновременно изначальным и неопределенно часто повторяющимся"".

Для полноты картины следует добавить, что так видит дело человек, живущий в клетке технократического сознания.

Хотя Мирчо и говорит о человеке "живущем", пред умными очами его - мир предметный; и он перебирает эти предметы, разделяя их на толстые и тонкие, железные и деревянные, горькие и сладкие....

Между тем, деление на "посвященных" и "профанов" есть деление общественное, принадлежащее организации публичной жизни. Оно разделяет лиц в рамках определенных институтов, и так легко переносить это общественное деление на качества мертвых предметов..., - не очень правильно; и совсем не научно.

5. Топологические и метрические различия между мифическим и сегодняшним пониманием времени

Под "сегодняшним пониманием" Курт разумеет здесь обывательское сознание времени, в его отличие от "научного", и хочет сопоставить его с "мифическим":

"Если я сравниваю здесь мифическое понимание времени не с научным, а с обычным, то потому, что сегодняшнее понимание времени, - постольку, во всяком случае, поскольку им определяется общее сознание, - хотя и имеет свое происхождение в научном понимании времени, но все же не полностью с ним совпадает".

Мы не можем позволить благодарному читателю обманываться и предупреждаем, что, как "обычное", так и "научное понимание времени", которые тут описываются, принадлежат исключительно менталитету Курта Хюбнера, и не имеют статуса общего факта.

То представление о времени, которое Курт выдает здесь за "научное", таковым не является.

Он пишет, в частности:

"Абсолютное соответствие (обычного и научного пониманий) существует только с точки зрения на следующие пункты: во-первых, время является средой, в которой находятся объекты, во-вторых, каждый из объектов, рассматриваемый как реальный, находится на некой точке времени".

На это мы вынуждены заметить, что...,

Во-первых, время неотделимо от пространства.

Во-вторых, ни время, ни пространство не являются "средой": они суть формы восприятия. И только вульгарное квазинаучное сознание может выделять из своей среды обитания пространство-время как составную её часть. Что это - примесь в воздухе?

В-третьих, никакой "реальный объект" как имеющий размеры в пространстве-времени не может находиться в безразмерной точке.

Следующее "совпадение" прямо противоречит первому. Курт пишет:

"Время описывается, в-третьих, как имеющее одно измерение, представленное как прямая, открытая с двух концов, континуум точек которой символизирует континуум времени".

Нам остается только спросить, удивленно вскинув брови:

Как может бесконечная прямая (объект геометрии) быть средой?

Даже если Курт воображает себя безразмерной точкой на прямой, то и тогда другие точки прямой не могут быть представлены как его "среда".

Словом, ни о каком "совпадении" этих представлений Курта Хюбнера с "научными" речи быть не может. Потому использование им научных терминов, вроде "топологическое" не должно вводить нас в заблуждение, - он просто умничает.

Имея это в виду, читаем далее:

"В-четвертых, согласно широко распространенной точке зрения, время необратимо и имеет одно направление. В-пятых, в нем подчеркнуто и выделено "сейчас" как настоящее, в отличие от других отрезков времени. В-шестых, время представлено как текущее из прошлого в будущее в том смысле, что прошедшие события больше не существуют, а будущие события еще не существуют. Четвертый и последний пункт этого описания характеризует то, что понимают под открытым временем. Все эти пункты в целом определяют также свойство времени, которое я называю топологическим в широком смысле".

Вот эту "топологию времени", - которая уже именем своим вводит в заблуждение, и демонстрирует низкую образованность нашего автора, - Курт и сопоставляет с придуманной им "топологией времени мифического".

Ничего нового там нет, в сравнении с тем, что мы уже прочли, так что, предоставляем читателю самому оценить этот логический конструкт Хюбнера:

"Теперь ясно, что мифическое время находится в противоречии к данному представлению. Оно, во-первых, не является средой, в которой происходят события, а время и содержание времени образуют неразрывное единство. По этой причине, во-вторых, мифические объекты не находятся в определенной точке времени этой среды в том смысле, что они могут быть отмечены на ней, а показывают сами по себе лишь определенную последовательность событий. Мифическое время является, в-третьих, не одномерным, а многомерным, так как состоит из профанного и священного. Профанное время является в этом смысле открытым временем: оно необратимо, течет из прошлого в будущее и содержит выделенное "сейчас" в качестве настоящего. Священное же время, напротив, циклично. Хотя оно имеет направление (4 времени года), но в нем не существует определенного "сейчас" как настоящего, и оно не течет из прошлого в будущее в том смысле, что прошедшие события уже не существуют, а будущие события еще не существуют. Священное время не изображает также и непрерывную связь, а состоит из отдельных, частично независимых друг от друга временных гештальтов, архе. В-четвертых, священное время укладывается и отображается в профанном времени всякий раз, когда "случается" архе. В-пятых, в силу этого с профанной точки зрения прошлое может постоянно повторяться и возникать в настоящем. Как нечто вечное, оно является с профанной точки зрения также и будущим. Так совпадают в настоящем прошедшее и будущее".