Благая Весть Курта Хюбнера (СИ) - Незванов Андрей - Страница 18

Мы так и понимаем это: как ОТМЫЧКУ, изготовленную для того, чтобы воровски войти в закрытую для разума дверь Мифа и начать выкрадывать оттуда вещи, которых там не было, и нет; и вообразить себя хозяином.

Так Курт и характеризует применение этих "существ":

Как "вспомогательное средство, позволяющее на основе известных различений войти в миф и найти в нем первоначальные соответствия".

Покончив с "нуминозными существами природы", Курт переходит к "психическим нуминозным существам", которых, вероятно, ожидает та же участь....

2. Психические нуминозные существа

И мы угадали. Курт Хюбнер пишет:

"Само выражение "психический", в данном случае, - дань нашему современному языку; и его можно рассматривать лишь как средство репрезентации смысла. В мифе мы находим столь же мало "психики", в нашем современном понимании, сколь и "природы".

"Столь же мало" - это мягко сказано. Её там вообще нет.

"То, что мы обычно называем "психическим", является в мифическом смысле скорее сценой и местом действия нуминозных влияний. Чувства силы, счастья, страдания, внезапной страсти и желания, прозрение и заблуждение, а также доброе намерение, мудрость и тихое отрешение - все это можно некоторым образом свести к присутствию бога или нуминозного существа".

Отсюда - один шаг до ОБЩЕНИЯ с Богом. Этот шаг, однако, не может быть сделан Хюбнером без разрушения его гносеологического дискурса. Поэтому он не может войти в зал, и вынужден топтаться в прихожей. То есть, ограничиться ПРИСУТСТВИЕМ божества, предваряющим актуальное общение. В итоге слово "numen" (кивок бога) должно пониматься в своем втором производном значении как ЧУВСТВО, вызванное в душе кивком бога.

Эти чувства, перечисленные Куртом выше, - из которых почему-то исключено чувство трепетного благоговейного ужаса, - и позволяют ему описывать нуминозное состояние души древнего эллина в понятиях современной психологии.

Что становится возможным только с исключением благоговейного страха из числа "нуминозных влияний", потому что современной психологии такое чувство вообще не знакомо. Оно отсылает, скорее, к психиатрии.

Такое исключение одновременно означает подмену латинского слова "нумен" произвольным термином, одинаковым по звучанию (фонетически), но иным по смыслу.

Ведь, "НУМЕН" исходно означает "кивком головы выраженный знак, повеление бога"; отсюда такие вторые значения, как: "божья сила, божья власть, божественное могущество". Отсюда, связанные с "нуменом" чувства принадлежат отношениям имярека с богом.

Возвращаясь из ситуативного общения с богами древнего эллина к современной психологии, мы должны заметить, что ЧУВСТВА - любые! - вообще принадлежат личным отношениям людей друг с другом.

Движения души, вызванные внешними безличными воздействиями среды, суть ЭМОЦИИ (буквально, ДВИЖЕНИЯ), но не Чувства.

Так что в цитированном пассаже Хюбнера два предложения противоречат друг другу. Именно, душа как "место действия влияний", - это одно; а чувства, пробужденные присутствием другого (значимого) лица (бога), - это другое.

Отождествить их нельзя, даже в понятии Души. В нашем случае, однако, и души-то нет!

Курт сам признает ниже, что...

"Сфера, в которой действует бог или мифическая субстанция как идеально-материальное единство, не имеет в человеке телесного и пространственного измерения..., по тем же причинам, по которым мы не можем говорить мифическим языком о "душе"".

"Причины те же", но каковы они, Курт не сообщает.

Зато мы можем сказать, что называемая Куртом "сфера", условно говоря, есть сфера персональных отношений и межличного общения. Потому она и "не имеет в человеке телесного и пространственного измерения".

Вопреки высказанной теперь констатации, Курт озаглавливает первый пункт главы как

а) Духовно-телесные места в человеке, предназначенные для нуминозного воздействия;

и тут же начинает находить "места", куда бог что-то "забрасывает":

"В Тимос (Thymos) бог может что-то "забросить", например мужество или слабость".

Невзирая на то, что, - по утверждению Хюбнера, - "Забросить" является стереотипным выражением, которое постоянно повторяется; нельзя представлять себе личность в виде поля для гольфа, на котором есть особые места, лунки, куда игрок забрасывает мячи.

"Забросы" бога следует понимать исключительно в плане общения и личных отношений.

Нельзя выделить некие "места" в том, что, по словам самого Хюбнера, ""не имеет телесного и пространственного измерения".

И больше того, - мы, на самом деле, не можем даже перевести слово (Thymos) на современный язык. То же справедливо и относительно "Френа" (Phren), и других непространственных и нетелесных "мест", о которых говорит здесь Хюбнер.

Он сам признает некорректность перевода древнегреческих слов:

"То, что перевод всех только что упомянутых выражений является недостаточно корректным, объясняется тем, что они обозначают сферы действия нуминозных существ, наполненных мифической субстанцией".

Нечего сказать, объяснил!

Незаметно для себя отождествляя собственные словесные конструкции с якобы понятым им мышлением греков, Курт приписывает эллинам мнения, которых они просто не могли иметь, - уже в силу высказанных самим Хюбнером констатаций.

Так, Курт утверждает, будто...

"По мнению греков, тимос (Thymos) является одной из важнейших сфер, в которых действует бог или мифическая субстанция как идеально-материальное единство".

Думается, что единственной в мире сферой, в которой "действует мифическая субстанция как идеально-материальное единство", является сфера черепа Курта Хюбнера!

И это действие приносит нам вред, поскольку вводит в заблуждение читающую публику такими вот фразами:

"Итак, говорится, например, что Эрос тесно объял диафрагму".

В оригинале речь идёт о "Phren". Что такое "диафрагма" знает только хирург или анатом. Но, мы не думаем, чтобы хирург, вскрывая грудную клетку больного, когда-либо мог обнаружить в ней "объятия Эроса".

Как далеко отстоит "диафрагма" от Френа свидетельствует сам Хюбнер словами Гесиода. Он пишет:

"Так, хотя умерший Патрокл и может явиться из Аида Ахиллу в видимом образе, но из него вытекла "диафрагма" (Phren), тем самым его покинула жизнь".

Думается, что в комментариях нет большой нужды, и поэтому мы от...

"б) Мифическая субстанциальность в человеке"

переходим к...

"в) Духовное богатство как божественный дар".

Уже сама формулировка этого заглавия является говорящей. Не случаен выбор именно "дара", поскольку дар можно незаметно оставить на крыльце дома или перебросить в сад через забор, и удалиться, оставшись неузнанным.

То есть акция ДАРЕНИЯ, несомненно принадлежащая личным отношениям, позволяет избежать личного общения, диалога. И, таким образом, рассматривать божественный дар как нечто находящееся в распоряжении индивидуума, как имущество, "богатство".

Именно это и нужно Хюбнеру, чтобы, оставаясь в рамках своего гносеологического дискурса, начать разбирать и складировать дары богов в качестве имущества в названных им выше "местах".

К этому он тут же и приступает, начав с "меноса":

"Таков, например, менос (menos)....".

"Боги одаряют меносом: вдувают или забрасывают его в человека".