Цвет сверхдержавы - красный. Восхождение. часть 3 (СИ) - Симонов Сергей - Страница 294

                – Поэтому мы, с согласия Петра Василича, в инициативном порядке провели лётно-конструкторские испытания Е-7 и параллельно подготовили машину к серийному производству, – честно признался Микоян.

                – А что маршал Вершинин скажет? – поинтересовался Хрущёв.

                – Машина хорошая, Никита Сергеич, – улыбнулся Вершинин. – ВВС просит пустить в серию. Такой самолёт очень нужен в войсках.

                – К тому же мы и двухместный учебно-боевой вариант подготовили, для более быстрого обучения лётного состава, – доложил Микоян.

                (Двухместный вариант МиГ-21 в реальной истории сильно запоздал, что не лучшим образом сказалось на его освоении)

                – Та-ак. А что у нас по яковлевской 210-й машине? – спросил Первый секретарь.

                (см. фанфик Александра «Истребитель Як-31» http://samlib.ru/s/simonow_s/proda_2014_05_21.shtml)

                – Да вот она, – Дементьев сделал знак Яковлеву, и подвёл Хрущёва к стройному одномоторному истребителю в компоновке «высокоплан», с боковыми воздухозаборниками.

                (Вот такой примерно http://www.aviastar.org/pictures/france/m/dassault_mirage_f-2-m.gif)

                – Сейчас у нас строится установочная серия из 12 машин, для испытаний на авианосцах флота и в ВВС, – доложил Яковлев. – Передачу 6 самолётов Воронежскому центру боевой подготовки планируем в ноябре этого года, флоту 6 самолётов передадим весной следующего года.

                – Так 210-я же получается практически аналогичной? – уточнил Хрущёв.

                – Тут такой момент... Яковлевская 210-я выходит подороже, хотя лётные данные у неё выглядят получше, – признал Дементьев. – Она лучше приспособлена к требованиям флота, для базирования на палубе. Но при этом ни ОКБ-155 со своими заводами, ни ОКБ-115 не смогут в одиночку покрыть все потребности страны и союзников по поставкам авиатехники. Поэтому мы предлагаем пустить в серию оба самолёта, тем более, что они имеют значительную степень унификации по внутренним системам и радиоэлектронному оборудованию.

                – Два практически одинаковых самолёта? Неразумно как-то... – покачал головой Первый секретарь.

                – Они не совсем одинаковые, Никита Сергеич. Да, назначение сходное. Яковлевская машина лучше приспособлена к морскому базированию, но её ещё предстоит осваивать в серии, а Е-7 товарища Микояна уже строится малой серией для испытаний, – «раскололся» министр, – да и испытания он уже закончил. Но основной аргумент в пользу выпуска обоих самолётов – всё же недостаточные производственные мощности, – пояснил Дементьев. – Если мы отберём завод 115 у товарища Яковлева под выпуск МиГов, то погубим хорошую авиастроительную школу, перспективное КБ. Точно так же и передать заводы ОКБ Микояна под выпуск «Яков» – тем более неразумно.

                – М-да... Давайте этот вопрос обсудим на НТС и Совете министров, – решил Хрущёв. – Сейчас ничего на ходу решать не буду, не надейтесь. Самолёты, вижу, хорошие, и тот и другой. Пойдёмте дальше.

                Ближе к концу стоянки расположились боевой вертолёт Ми-4Ш, транспортный вертолёт Эр-1 – «летающий вагон» конструкции Игоря Александровича Эрлиха, развивавший концепцию Як-24, и гигант Ми-6. Эти вертолёты Хрущёв уже видел раньше, он коротко осмотрел их и пошёл дальше, где высился стратегический бомбардировщик Мясищева – 3М, наконец-то получивший двухконтурные двигатели НК-8 (АИ), более экономичные, чем одноконтурные РД-3М-500.

                С появлением перспективной крылатой ракеты «55Т» конструкции А.Я. Березняка, Мясищев, сохранивший волей Хрущёва своё ОКБ-23, по совету Бартини, изучившего нелёгкие перипетии развития отечественной авиации начала 60-х, вовремя подсуетился и оборудовал 3М роторной пусковой установкой в отсеке вооружения, вызвавшей приступ чёрной зависти у Андрея Николаевича Туполева (АИ).

                Мясищев тяжело переживал отмену Хрущёвым на ранней стадии проекта сверхзвукового бомбардировщика М-50, и сосредоточился на доводке 3М, твёрдо вознамерившись отобрать кусок «стратегического пирога» у ОКБ-156 Туполева. Он воспользовался тесным сотрудничеством с Бартини, имевшим доступ к информации, хранившейся в ИАЦ. Роберт Людвигович и без того фонтанировал невероятными идеями, а уж получив доступ к концентрированной мудрости человечества на 60 лет вперёд, он и вовсе воспринимался окружающими как пророк или сумасшедший. Второе, кстати, случалось чаще.

                Именно Бартини сумел втолковать Хрущёву, что стратегические бомбардировщики могут в ближайшем будущем показать себя более гибким видом оружия,чем межконтинентальные ракеты.

                – Самолет, оснащённый крылатыми ракетами, патрулирующий у самых границ противника, – убеждал Первого секретаря Бартини, – обеспечивает поражение цели с большей вероятностью и иногда даже за меньшее время, чем баллистическая ракета, которой надо преодолеть почти полтора десятка тысяч километров в условиях всё более совершенной противоракетной обороны. В конце концов, мощь стратегической авиации можно использовать даже в локальных конфликтах, когда шахтные ракеты просто бесполезны.

                Теперь Мясищев, при деятельном участии Бартини, первым успел сделать роторную пусковую установку для размещения в отсеке вооружения 3М шести крылатых ракет нового поколения, и показал свой бомбардировщик Первому секретарю. На плакате рядом с самолётом была изображена схема боевого применения.

                Хрущёв с кривой ухмылкой слушал, как разъярённый Туполев обрушился на роторную установку Мясищева, пытаясь убедить Президиум ЦК, что «американцы посшибают всех ещё до запуска ракет», и «ни хрена с этой машиной-вращалкой у вас не выйдет». Затем он, хитро улыбаясь, сказал:

                – Владимир Михалыч, а в Ту-95 вашу «ракетную крутилку» поставить можно?

                – Конечно, Никита Сергеич, мы её проектировали как универсальную...

                Первый секретарь грозно повернулся к Туполеву:

                – Так х...ле ты мне, Андрей Николаич, мозги е...ёшь? Бери эту «машину-вращалку» и срочно устанавливай на Ту-95! Сроку тебе три месяца, 1 ноября доложишь о начале испытаний. Машины с ракетами должны начать поступать в войска не позднее 1 февраля следующего года. К испытаниям привлекай строевые экипажи Дальней авиации, для ускоренного освоения. Провалишь сроки – берегись.

                Ошалевший Туполев только кивнул и пробормотал:

                – Так точно...

                Он и понятия не имел о далеко идущих планах Хрущёва, и не подозревал, что сроки так поджимают.

                В тени могучих крыльев 3М притаились ещё два очень необычных самолёта. Один из них, конструкции Лавочкина, был похож на увеличенную воздушную мишень Ла-17, без пилотской кабины, но оснащённый турбовинтовым двигателем с толкающим пропеллером. На двух пилонах под крылом были подвешены авиабомбы ФАБ-250М58 с дополнительными крыльями и модулями лазерного наведения. (АИ, аналог бомбы ФАБ-250М62 с комплектом MPC http://nevskii-bastion.ru/fab-500m62-mpk/ см. гл. 03-05). Машина стояла на своей прицепной пусковой установке.

                Лавочкин, которому Хрущёв категорически запретил ездить на полигон Сары-Шаган, а вместо этого отправил в кардиологический санаторий, чувствовал себя после курса лечения вполне бодро, а апрельский успех «Дали» и вовсе его окрылил (АИ, см. гл. 05-10).

                – Ла-20... – прочитал на табличке Первый секретарь и повернулся к Лавочкину. – Семён Алексеич, это что же, беспилотник у вас?

                – Так точно, Никита Сергеич! Беспилотный радиоуправляемый бомбардировщик. Оснащён телекамерой высокого разрешения, прибором ОКГ-подсветки целей и аппаратурой связи, – доложил Лавочкин. – Стартует на твердотопливных ускорителях и может находиться в воздухе до 5 часов. Управление дистанционное, с самолёта, корабля или дирижабля. Возвращение полуавтоматическое, на сигнал радиомаяка, посадка на парашюте. Может также оснащаться аппаратурой фото- и радиоразведки.