По ту сторону Алой Реки. Потерявшие судьбу (СИ) - Криптонов Василий - Страница 92

- Эй, старый вампир! - Голос Абайата. - Не обижай мальчишку, я ведь сам напросился.

- Все в порядке, князь, - откликнулся Эмарис, не сводя глаз с Левмира. - Ему не повредит твердая рука. Деревенские ребята другого языка не понимают.

Левмир вытер кровь рукавом прежде чем вспомнил о лежащем в кармане платке. Ну да, насчет деревенских ребят с Эмарисом лучше не спорить...

- Что тут происходит? - спросил Левмир, осторожно выпрямляясь. Внутренности постепенно приходили в норму.

- Мы задержимся еще на недельку-другую. Нужно обойти всех восточных князей и либо убить их, либо убедить отправиться на Запад. Трое, считая с Торатисом, уже согласны. С остальными может сложиться иначе. Беда в том, что не у всех есть дочери твоего возраста...

У Левмира перехватило дыхание. Он смотрел на Эмариса широко раскрытыми глазами и не мог найти слов. Последняя фраза пролетела мимо ушей - может, и к лучшему.

- То есть... Получилось?

- Этот вопрос ты княжне задай, при встрече.

- Эмарис! - Крикнул Левмир, но взгляд отвел. Щеки снова заполыхали нестерпимым жаром.

- И ты еще на меня орешь? Ты? На меня?

Левмир страшным усилием усмирил гнев и гордыню, так не к месту поднявшиеся в груди.

- Извини, - прошептал он. - Спасибо.

- О, тебе еще рано меня благодарить, - сказал Эмарис, и, хотя голос его звучал все так же холодно, в нем прорезались мирные нотки. - Я не сделал еще для тебя самого важного.

- Чего?

От удара в грудь ощутимо хрустнули ребра. В этот раз Левмир вылетел из зала вместе с дверью и еле успел повернуть голову на бок, чтобы не захлебнуться очередным потоком крови.

- Приношу извинения за погром! - услышал он веселый голос Эмариса. - Но в наше время воспитывать детей иначе, право, не получается. Особенно что касается мальчишек.

В ответ раздался дружный хохот.

Юг

- Говори! - Варт подтолкнул в спину Матука, лучшего стрелка партизан.

Тот засмущался. Его ответа ждали партизаны, барачники, заключенные, вампиры - все, кроме одного. Сардат опустился на колени перед бездыханным телом Милашки.

- Да чего говорить? - забубнил Матук. - Ну, приказал... Ну, ты же и приказал - присмотреть за ней, значит. Я и поглядывал. И как увидел, что этот пришел - сразу, с докладом...

- Что увидел? - не отставал Варт. - Кто пришел? Толком говори, тут народ недоумевает.

- Этот, Сардат, к ней пришел. И давай кровь сосать. Она вроде сама разрешила. Ну, они там говорили сперва, я не понял толком. И вот, он только ей в шею вцепился, так я сразу - доложить.

Варт обвел собравшихся людей победоносным взглядом. Наконец-то на их лицах появляется страх, презрение, разочарование. От кислой рожи Рэнта Варт поспешил отвернуться. Зато, встретив взгляд Аммита, демонстративно округлил глаза: видишь, мол, какие дела.

На Аммита почему-то посмотрели сразу все. Тот, ощутив внимание, всплеснул руками:

- Ничего себе, новость! Вампир человека убил! Слыхано ли дело? А я тут, кстати, на днях белку видел. Рыжая такая, пушистая. Нет, вы только представьте: в лесу - и белка! В голове не укладывается. Да что не так с этим миром?

Качая головой и продолжая бормотать, Аммит отошел в сторонку. Десятки взглядов безмолвно переместились от него к Сардату. А тот, стоя на коленях над безжизненным телом, казалось, не замечал ничего. Ни того, как некоторые барачники перехватили поудобнее оружие; ни того, как Сиера сделала крошечный шаг к нему; ни того, как Варт, устав сигналить глазами, тайком бросил шишкой в Рэнта.

- Что ж ты так-то, командир, - пробубнил баронет. - Ну подумай-ка - отшила баба. Так уж сразу убивать?

- А ты-то знаешь чего? - встрепенулся Варт.

- Да уж знаю...

- Говори!

Ни Сардат, ни Сиера не слушали, как Рэнт, запинаясь, бормочет заготовленную чушь. Сиера, затаив дыхание, смотрела, как пальцы Сардата стиснули запястье Милашки, потом переместились на шею и вздрогнули.

- Что для этого нужно? - тихо спросил он. Так тихо, что слышать мог лишь вампир, стоящий рядом.

- Просто кровь, - прошептала в ответ Сиера. - Могу... Могу я. - Голос ее дрогнул.

Сардат достал нож.

- Могу я, правда, - еще тише сказала Сиера. - Если она для тебя...

- Нравится себя наказывать? - Сардат полоснул по запястью. - Тогда признай, что тебе есть, зачем жить.

Все смотрели на Рэнта, который, захлебываясь, рассказывал о том, как Сардат всю дорогу клеился к Милашке, а она его чуть ли не копьем гоняла. Сочинять Рэнт любил и сейчас так вошел во вкус, что некоторые уже посмеивались, а Варт вновь без толку пучил глаза. Так никто и не заметил капель крови, упавших на посиневшие губы Милашки. Никто не услышал шепота Сиеры: "Только если она сама захочет".

Губы приоткрылись, пересохший язык медленно скользнул по ним.

- Вы что тут устроили? - Растолкав людей, к Сардату бросился Аммит, но путь ему заступила Сиера. Осекся и замолчал Рэнт.

- Ой-ой! - воскликнул женский голос. - Она оживает!

Люди отпрянули. Только партизаны да смертники остались на месте. Эти и не такого в жизни насмотреться успели.

Напряглись, вцепились в землю руки Милашки. Дрогнули веки, приоткрылись, явив черные с красным глаза. Впрочем, они тут же посветлели, стали обычными.

Несколько секунд она молча смотрела в небо, пытаясь понять, что с ней произошло. Потом глубоко вдохнула, и трое вампиров ощутили, как перестало биться ее сердце.

- Вы, мрази, хоть что-нибудь можете в дерьмо не превратить? - простонала Милашка. - И как я теперь своим на Той Стороне в глаза посмотрю?

- А ты не торопись туда, - усмехнулся Сардат. - Прости. Прости, я ничего другого не мог сделать. Из-за меня...

- Нет. - Она рывком встала, вскочила на ноги, сжимая копье. - Не из-за тебя, мальчик.

Перед ней отступили Сиера и Аммит, молча смотрели, как женщина подходит к Рэнту. А тот побледнел, попятился.

- Хорошо покушал, скотина? - Наконечник копья точно уставился в сердце.

- Ты чего делаешь? - Варт шагнул к своей бывшей подопечной. - А ну, уймись, а то...

Быстрым ударом древка Милашка подбила ему колени, пинком бросила на землю.

- А ну-ка все сюда! - заорала она, обернувшись к барачникам. - Не бойтесь, я - вампир, вы такое уже видели.

Из-за деревьев робко полезли заинтересованные лежащим на спине партизанским командиром мужчины и женщины.

- Вот этот человек, - громко сказала Милашка, - приказал тому недоделку, - показала на Рэнта, - меня прикончить, чтобы свалить вину на Сардата. Одного не учел - придурок хрен от пальца не отличает, не то что живого от мертвого. И вы тоже слушайте! - Она окинула взглядом изумленный партизанский отряд. - Вот так этот скот от своих избавляется, чтобы власть себе вернуть.

- Я не за-ради власти! - заверещал Варт, пытаясь отползти от копья. - Просто чего они все ему в рот смотрят? На смерть ведь тащит, а они...

Сухие хлопки привлекли всеобщее внимание. Хлопал в ладоши Аммит.

- Великолепно! - провозгласил он. - Просто потрясающе. Наконец-то хоть до одного дошло, что тут в действительности происходит. Жаль только, что для всех он навеки останется предателем и подонком. Не грусти, Варт. Старина Аммит не забудет твоей выдающейся смекалки. А теперь давайте поскорее определим, кто у нас новый никому не нужный командир, и поторопимся в путь. Если будем бежать достаточно быстро, то, может, доживем хотя бы до рассвета.

Милашка опустила копье, посмотрела на Сардата.

- Это чувство... - Она повела плечами.

- Да, - кивнул Сардат. - Нас нашли.

Он бросил спокойный взгляд на Варта, потом - на Рэнта.

- Две минуты на сборы! - крикнул, обращаясь к людям. - Коней с поклажей бросаем. Привала не будет до рассвета.

Мгновение стояла тишина, потом все засуетились. Милашка выпустила Варта, и тот метнулся было к своим, с объяснениями, но тут же отлетел в сторону, держа рукой разбитые губы. Рэнт, понурившись, стоял поодаль. Аммит, придав лицу торжественное выражение, подошел к Милашке.