Охотник на кроликов - Кеплер Ларс - Страница 20

Женщина, стоя возле фуры с польскими номерами, сказала что-то водителю, глубоко затянулась и вдруг шатнулась назад, чуть не упав в проем между подвеской и полуприцепом. Сага и Жанетт услышали, как мужчины в кабине объясняют по-английски, что не хотят покупать секс. Они вежливо объяснили, что хотят только позвонить детям, пожелать им спокойной ночи, а потом лечь спать.

Женщина отмахнулась от них, пошла дальше и уже успела постучать в дверь следующей фуры, когда Сага и Жанетт догнали ее.

– Простите, вы не знаете, где Тамара Йенсен? – спросила Сага.

Женщина, как в полусне, обернулась к ним и отвела волосы с лица.

– Тамара? – хрипло переспросила она.

– Я ей денег должна, – пояснила Жанетт.

– Ну… я передам ей деньги, честное слово. – Женщина не смогла удержаться от улыбки.

Сага рассмеялась.

– Она здесь?

Женщина указала на задний двор ресторана.

– Пойду посмотрю, – сказала Сага.

Жанетт осталась стоять возле машин, глядя, как Сага лавирует между огромными фурами – тонкий силуэт в свете огней ресторана.

– Можно задать вам вопрос? – Жанетт повернулась к проститутке.

– Слушай, меня уже спасают, – автоматически ответила женщина и снова пошатнулась.

Машина рядом с ними вдруг с ревом завелась. Огромная фура шумно выдохнула и, сотрясаясь, покатила вперед. Поплыли горячие дизельные пары. Заднее колесо проехало прямо по стеклянной бутылке. Она раскрошилась, осколки брызнули над землей. Жанетт почувствовала, как обожгло голень. Она провела рукой по рваным колготкам, посмотрела на кончики пальцев – они были в крови. Когда Жанетт снова распрямилась, проститутка уже исчезла.

Сага прошла мимо ресторана, обогнула туалеты и душевую для шоферов. Между ветками деревьев светилась желтым ракушка бензоколонки. На задах было полно мусора, валялся старый пакет из-под молока, обрывки туалетной бумаги. Птицы и мелкие животные растаскивали объедки.

Тамара сидела на земле, привалившись к стене и прижав к носу и рту пакет.

– Тамара?

Тамара сжала пакет и медленно отняла его от лица. Глаза закатились, дыхание со свистом вырывалось между стиснутых губ.

– Меня зовут Сага Бауэр, я хочу поговорить о твоей лучшей подруге Софии Стефанссон.

Тамара смотрела на Сагу, по ее подбородку тянулась нитка слюны. Пряди волос облепили лицо – серое, с отсутствующим выражением, словно женщина была без сознания.

– Вот моя лучшая подруга. – И Тамара приподняла пакет.

– Но я знаю, что вы с Софией знакомы.

Тамара кашлянула. Она едва не завалилась на бок, но оперлась на руку и еще несколько раз глубоко вдохнула из пакета.

– София, – еле ворочая языком, выговорила она и вяло кивнула.

– Она тоже оказывает эскорт-услуги?

– Она считает себя лучше других, но она просто дура, которая ничего не соображает.

Глаза у Тамары закрылись, голова опустилась на грудь.

– Чего она не понимает?

– Того, что хорошо в этой работе, – прошептала женщина.

– Ты когда-нибудь видела ее с клиентами?

Тамара вздохнула и снова открыла глаза, обнаружила, что к руке приклеился сморщенный презерватив, оторвала его и бросила на землю.

– У меня такой странный привкус во рту, – сообщила она и подняла глаза на Сагу. – Если у тебя есть желание угостить меня, мы можем поговорить.

– Ладно.

Тамара снова кашлянула, с трудом поднялась на ноги и прищурилась на Сагу.

Женщина была страшно худой, руки и щеки в мелких ранках, сухие губы растрескались. Заколка с отлетевшими вставками свисала на сморщенный лоб.

Почти ничего в ней не напоминало улыбающуюся женщину с интернет-страницы.

Тамара шла согнувшись, повесив голову. Когда они вошли в ресторан, она на какое-то время замерла, раскачиваясь, словно забыла, куда собиралась, но потом двинулась к стойке.

– Я хочу молочный коктейль, шоколадный… И картошку с кетчупом… и большую пепси, и… машинки, – объявила она и взяла пакетик конфет в виде машинок и положила на кассу.

Жанетт двинулась между фурами туда, где, как она думала, скрылась проститутка. У лесной опушки между машинами оказалось так темно, что ей пришлось вытянуть руки, чтобы ни на что не наткнуться. В воздухе висели дизельные пары, от иных машин шел пар, как от потных лошадей. Жанетт прошла мимо кабины с опущенными квадратными шторками.

Жанетт вдруг заметила женщину. Та стояла далеко впереди; сплюнув, она постучалась в кабину, опираясь одной рукой на огромное переднее колесо.

– Где еще ты работаешь? – спросила Жанетт, подходя к ней.

– Я вращаюсь в высших кругах.

– У тебя есть клиенты в Юрсхольме?

– Я выбираю только лучших, – с трудом ворочая языком, проговорила женщина.

Дверь открылась, и на них глянул могучий мужчина в очках и с редкой бородкой. Он послал Жанетт воздушный поцелуй и нетерпеливо глянул на проститутку.

– Что надо? – спросил он.

– Я только хотела спросить, не нужно ли составить тебе компанию, – ответила женщина.

– Да ты уродина, – ответил мужчина, однако дверь не закрыл.

– Не уродина я, – спокойно заметила проститутка, хотя мужчина явно был с ней не особенно ласков.

– Каким это местом ты не уродина?

Женщина задрала топ и продемонстрировала бледные груди.

– И ты хочешь, чтобы тебе за это заплатили? – спросил мужчина, однако кивнул ей, приглашая подняться.

Глава 26

Жанетт смотрела, как женщина карабкается в кабину и закрывает за собой дверь. Она немного подождала в темноте, услышала, как постукивает подвеска сиденья.

По земле ползал свет фар, тени скользнули в сторону. С другого конца парковки донеслись смех и приглушенная музыка.

Что-то прокричал женский голос – злой, пьяно-хриплый.

Жанетт заглянула под прицеп фуры. Кто-то бросил на землю сигарету; искры рассыпались по асфальту, их затоптали. Вдруг Жанетт заметила поодаль какое-то движение. Кто-то словно крался на четвереньках под грузовиками и прицепами в ее направлении. По спине и шее прошел холодок, и Жанетт зашагала к ресторану.

Завернувшая на площадку фура, отчаянно скрипя, остановилась и пропустила ее, тяжело выдохнув. Под машиной позванивала цепь. Жанетт не видела глаз водителя, но вышла на дорогу прямо в яркий свет фар.

Она приблизилась к ресторану, обернулась, но ее никто не преследовал.

Жанетт немного успокоилась. Она решила снять порванные колготки и промыть рану на ноге, а потом позвонить Саге.

В туалете все кабинки оказались заняты. Кровь уже свернулась, на икре остался потек.

Тонкая жестяная дверь одной из кабинок открылась, и оттуда вышла крашеная блондинка. Прижав к уху телефон, она кричала, что у нее клиент и она не может делать все одновременно.

Раздраженно жестикулируя, женщина скрылась в направлении фур.

К одной двери была приклеена табличка “Не работает”, однако Жанетт шагнула в кабинку и заперла дверь.

Это оказался туалет для инвалидов с тонкими жестяными стенками. Белые поручни сломаны, над полом светится красная тревожная кнопка.

Жанетт сняла рваные колготки, выбросила. В мусорном ведре было полно использованных презервативов. Пол покрывала влажная туалетная бумага, в стенах зияли дыры.

Жанетт посмотрелась в зеркало, достала из сумочки пудреницу, нагнулась над раковиной и услышала, что за перегородкой кто-то есть – в тесном пространстве кабинки двигалось чье-то тело.

Припудриваясь, Жанетт заметила в перегородке отверстие примерно в метре над полом. Может быть, там когда-то был держатель для туалетной бумаги. Жанетт положила пудреницу в сумочку и уже собралась было выйти, когда увидела, что стенка выгнулась.

Кто-то привалился к ней с той стороны.

Что-то зашуршало, и на пол упала просунутая в отверстие смятая купюра. По стене тихо стукнуло. Жанет уже хотела что-то сказать, как вдруг показался большой пенис – он торчал из дыры перед ней.

Ситуация была настолько нелепой, что Жанетт провела рукой по рту.