Квантовая запутанность (СИ) - Иевлев Геннадий Васильевич - Страница 75

   Ток чужих мыслей в голове Анта иссяк. Подождав некоторое время, он, вдруг, поинтересовался, с большой долей осторожности в голосе, вопросом, который, для него, вдруг, оказался, весьма, любопытен.

   - А если ватхи или ваэты начнут предъявлять права на Урокану, ваэты, например, называют её Тарой, что на их языке обозначает счастье или даже благодать, вы уйдёте с планеты?

   Прошло немало времени, но удовлетворения своего любопытства Ант так и не получал: складывалось впечатление, что чужой разум, вдруг, уснул.

   За пространной беседой, Ант, даже, как-то забыл, где находится и что здесь очень холодно и сейчас, когда беседа оборвалась, холод тут же неприменул напомнить о себе. Он поёжился и закрутил головой, осматриваясь.

   Несомненно, приближалась ночь, так как облака заметно потемнели и будто сделались холоднее и начали выплёскивать свой холод в атмосферу Туэте, а так как импровизированное сооружение человеческого разума, вдруг, волею человеческой судьбы оказалось ближе к похолодевшим облакам, то и холода человек, по своему недоумию, начал получать больше.

   Проклятье! Ант попытался, как бы сжаться, втянув голову в плечи, чтобы уменьшить объём своего тела, подверженного охлаждению. Так я, пожалуй, долго не продержусь. И что адмирал умолк? Посчитал оскорблением мой последний вопрос? Но ведь он сам...

   Вдруг, внимание Анта привлекло какое-то странное природное явление: будто посреди пустыни, били несколько песчаных гейзеров, то ослабевая, то усиливаясь и будто бы вокруг этих гейзеров наблюдалось мельтешение каких-то тёмных вкраплений.

   Гард адмирал! Сам не зная почему, Ант вернулся к мысленному общению. В пустыне наблюдается какое-то странное природное явление: будто гейзеры бьют из песка. Может быть там есть вода? Ант состроил гримасу досады о невольно произнесённом последнем слове - ему, вдруг, очень захотелось пить.

   Там песчаный червь, а скорее всего два. Они с двух сторон атакуют харрактор, который уже по самую крышу зарылся в песок. Возникшие острые мысли больно кольнули мозг Анта. Это траки! Значит промышленный комплекс где-то неподалёку. Дошли!

   Возникшая в мозге Анта последняя чужая мысль была подобна удару молнии - в его глазах потемнело, его руки, державшиеся за верёвки управления крыльями дельтаплана, разжались и Ант скользнул вниз.

4

   Хайра! Выползай! Выползай! Чужие острые мысли больно не только жалили мозг Анта, но и каким-то образом заставляли дёргаться всё его тело.

   Ант попытался открыть глаза - веки удалось поднять с трудом. Было темно, но не холодно. В ушах стоял какой-то непрерывный громкий шелест, будто неподалёку что-то сыпалось с большой высоты. Хотя всё его тело дёргалось, но он не ощущал свободы, что-то мощное, крепко держало его в своих объятьях.

   Я сорвался вниз. Вяло шевельнулась у него мысль досады.

   Сорвался! И уже по самые уши в песке. Если не начнёшь выбираться, утонешь, если раньше не окажешься в пасти песчаного червя. Один из них уже заинтересовался тобой и скоро будет здесь. Продолжали жалить его мозг чужие мысли. Даже и не представлял, что носитель может быть таким несовершенным. Последняя мысль была, почти неколючей, но от неё веяло какой-то безысходностью.

   Как я выберусь? Мне нужна какая-то опора. Подумал Ант резкие мысли в адрес чужого разума.

   Рядом лежит парус. Сорвавшись, ты нарушил его центровку и увлёк за собой. Используй его как опору. Возникли у него в голове очередные чужие резкие мысли.

   Ант попытался пошевелить руками. Чужой разум, явно преувеличивал, утверждая, что он по уши в песке - в песке было лишь одно его ухо и то не ухо, а шлем со стороны этого уха, второе ухо было свободно и даже была свободна рука той стороны, но она была свободна от песка, но не от чего-то жёсткого, которое не давало ей пошевелиться, таща в свою сторону, будто желая оторвать. Ант, явно, тонул в песчаном океане не отвесно, а под углом.

   Он попытался подёргаться, уже сам управляя своим телом, пытаясь одновременно вытащить вторую руку из песка и сделать менее напряжённой первую.

   Прошло немало времени, когда, наконец его вторая рука медленно выползла из песка и он потянулся ею к первой, которая почему-то никак не хотела терять своего напряжения. Добравшись до того, что напрягало её, он понял, что это была верёвка, которую, некогда, он намотал на свою руку, пытаясь управлять дельтапланом: так как ветер сносил дельтаплан не в ту сторону, в которую нужно было двигаться, то от постоянного подергивания верёвки, для хотя бы какой-то коррекции курса, рука Анта вскоре устала и он догадался намотать верёвку на руку выше локтя, будто на дополнительный рычаг, сделав верёвку короче и таким образом одно крыло дельтаплана было всё время подвёрнуто и руку не приходилось изматывающе дёргать. Дельтаплан летел чуть боком, но примерно в нужном направлении.

   Сделав так, Ант забыл о своём усовершенствовании управлением летательным аппаратом и вдруг, сейчас, эта забывчивость, несомненно, спасла его.

   Если бы твоя не мысленная выходка... Принялся резко думать Ант в адрес разума адмирала. Не было бы никакого падения. Я бы, вполне нормально совершил посадку и не пришлось бы трепыхаться сейчас, как рыбе на льду.

   Произнеся сравнение, Ант невольно состроил мину недоумения на лице - это выражение, явно не принадлежало, ни одной из разумных рас Дайранской системы.

   Взявшись за верёвку второй рукой, Ант попытался подтянуться - это, вполне, удалось и его тело медленно поползло из песка.

   Освобождение из песчаного плена произошло достаточно быстро, хотя работать приходилось лишь одной рукой, так как рука, на которую была намотана верёвка, оказалась передавленной и практически, не слушалась команд мозга. Анту повезло ещё раз - дельтаплан врезался в песок боком и вошёл в него почти наполовину и даже фраунгер не полностью погрузился в песок.

   Освободив руку от верёвки, Ант принялся лихорадочно откапывать оружие, так как мысль о ползущем в его сторону песчаном черве будоражила мозг, заставляя вздрагивать от каждого шороха, выбивающегося из череды непрерывного шелеста.

   Понемногу начала восстанавливаться деятельность и передавленной руки - по ней побежали волны тепла и начали колоть тысячи игл. Стиснув зубы Ант терпел, зная, что это признак того, что к руке возвращается работоспособность.

   Было неприятно то, что он постоянно, достаточно интенсивно, погружался в песок и ему приходилось так же постоянно выбираться из него, хотя, возможно, этому способствовала и его энергичная возня.

   Наконец, откопав оружие и освободив его от дельтаплана, Ант поднялся во весь свой рост и попытался осмотреться, но толи сильный рывок ветра, толи сильное колебание песка, заставили его опуститься на колени. Он рывком поднялся и вновь оказался на коленях.

   - Проклятье!

   Ант лёг на песок и попытался перекатиться, чтобы выкатиться из-за торчащего из песка дельтаплана, так как он мешал круговому обзору, хотя далеко, что-то увидеть в этой серой мгле не представлялось возможным. Спасало то, что песок, как бы чуть-чуть излучал, немного растворяя над собой тьму.

   Откатившись от дельтаплана подальше, Ант стал на колени и закрутил головой: со всех сторон наблюдалась лишь тусклая жёлтая ровная полоса и лишь с одной стороны виднелся какой-то горб на ней, который равномерно и быстро рос в размере, явно, двигаясь в его сторону.

   Песчаный червь! Появившаяся догадка заставила Анта вздрогнуть и лихорадочно начать водить по оружию, нащупывая регуляторы управления им.

   - Проклятье! Проклятье!... - Периодически слетало с его губ, когда он нащупывал очередной регулятор, пытаясь лихорадочно вспомнить, какая функция регулирования ему придана.

   Что заглох? Отправил он в адрес чужого разума нелестную мысль. Не будешь помогать - вместе сдохнем.