Новый мир. Трилогия (СИ) - Кондратов Александр Михайлович - Страница 135

В коллекции полуторагодовалого княжича было уже несколько сотен фигурок, среди которых были представители практически всех армий мира. И низкорослые гномы, и статные пушистые зверолюды, и стремительные степняки, и суровые орки, и незнакомые никому воины в больших шерстяных одеждах с массивными секирами, которых заказывал сам Глеб. Но элитой деревянной армии были высокие, покрашенные в чёрные цвета воины на могучих вороных конях.

Гвардию Гардарики уважали все, и никто не осмелился бы поспорить. Особенно после того, как Глеб громил во время восточных войн сильнейшие войска, часто даже не используя хитроумных планов, которыми он прославился и заслужил уважение, и разбивая врагов лобовой атакой своей конницы. Многие ханы сражались бок о бок с величами и даже самим императором гардариканским и, по возвращении из походов, рассказывали небылицы о непобедимых воинах, которые, как уверенно считали степняки, вели свой род от древнего бога войны Велиарда. Даже схожесть имени бога и народа воинов воспринималась, как знак.

Сами величи относились к слухам о них самих весьма нейтрально. Абсолютно всех воинов этого народа, не считая погрузившихся в политику высших офицеров, волновала лишь судьба человека и их народа. А там пусть хоть как обзывают, лишь бы зла не помышляли.

Айанна сидела рядом с маленьким сыном, подыгрывая в его любимых военных играх. Она, выросшая в окружении потомственных степных воинов, многое знала о военном деле и легко обыгрывала сына, но тот только веселился и не успокаивался, пока на поле игры не останутся только его солдатики.

Самой Айанне эти игры только помогали. Увлекающийся мальчик, который ещё не умел говорить, в этих играх учил счёт. Если мама просила сына дать хоть семнадцать, хоть тридцать каких-то фигурок, мальчик без ошибки это делал. Правда, молодая девушка считала, что стремления мужа научить сына математике и грамматике на уровне, с которым не сравнится ни один аристократ, совершенно бессмысленны, но спорить с ним не решалась. Она давно для себя решила, что если её сын будет расти так, как хочет Глеб, то в будущем Святослав станет достойной сменой отцу.

Да, имя сыну император тоже выбирал сам. Он моментально отверг все степные имена, не стал слушать своих ближайших советников, которые для него стали частью семьи и которые считали святым долгом принять участие в жизни первого рождённого на Лайдайе человека, наследника уважаемого императора. Когда имя наследника было всеобщеобъявленным, уже в домашних условиях Глеб рассказал историю о полководце из своего мира, который был талантливейшим полководцем, разрушившим одну из сильнейших империй того времени и заставивший сильнейшую платить дань. Каган, Айанна и другие аристократы, узнавшие об этой истории, тут же одобрили имя. Ещё бы - для жителей степи нет ценнее ничего войны, и талантливые военачальники здесь богоподобны.

Играя со своим сыном под молчаливым и зачастую незаметным присутствием двадцати величей, она смотрела в так похожее на отцовское лицо сына и тяжело вздыхала. Её муж, которого она полюбила с самой первой встречи, очень редко бывал дома. Под домом Айанна воспринимала только дворец в Дерентере, ибо только здесь с сыном она жила и почти никогда не была даже в большом городе Карстен, уже год известным как столица Гардарики.

С мужем императрица виделась хорошо если раз в месяц, и то не больше дня. Возможно, и их сын бы забыл, как выглядит отец, если бы его лицо не было повсюду на новомодных картинах, изображавших победоносные битвы Мирелийского Каганата и Гардарики против врагов. Что самое интересно, на всех картинах был чётко и хорошо различимо изображён лишь один воин - Глеб Белый Волк. Да и портретов много висело даже в коридорах и галереях дворца Кагана, а не только в покоях Айанны. Да и на любой золотой или серебряной монетке, напечатанной на монетных дворах Гардарики, был хорошо узнаваемый профиль.

Муж навестил свою любимую жену совсем недавно, несколько дней назад, и пробыл во дворце небывалых три дня. Не смотря на бодрое настроение Глеба и его улыбчивые обещания скоро вновь навестить семью, Айанна переживала. За последний год муж ни разу не был так долго с семьёй, поэтому девушка насторожилась.

Лишь накануне она смогла узнать у своего отца, великого Кагана Куркайрэ, что задумал Глеб, известный своими безумными планами, которые всегда осуществляются. Но на этот раз он превзошёл сам себя. Император Гардариканский, Глеб Белый Волк собрал флот из бывших торговых кораблей, перевооружил их и отправился в поход на неведомые острова неизвестного северного народа, путь к которым лежит через моря, кишащие невероятной силы тварями, служащими падшему богу.

Но Каган, который хотел отправиться через месяц в очередной поход на юг, был вынужден довольствоваться услугами военного министра Керита Наирена, потому что император вернётся не раньше, чем через два месяца. Заинтересовавшись, Каган узнал, что после похода к северному народу Глеб собирается пойти к другому концу континента, в земли гномов. Больше даже Каган не смог узнать.

Бедная девушка хоть и была уверена в том, что её муж всё тщательно спланировал и рассчитал, но сердце всё равно предательски щемило. И только забота о сыне позволяла ей хоть как-то держаться. Всё-таки она действительно любила своего мужа.

- Госпожа Айанна, - в комнату едва слышно вошёл высокий воин в чёрных, как сама ночь, латах с белым волком на нагруднике. - К вам первый советник господина Йасета Куркайрэ. Просит вас на личный разговор.

- Да, сейчас, - кивнула девушка, прогоняя грустные мысли. Посмотрев на сына, она попросила велича приглядеть за ребёнком, с восхищением смотревшим на воина, и сама вышла из комнаты.

Первый советник ждал её в гостиной комнате, по-хозяйски развалившись в большом кожаном кресле. Стоило Айанне в сопровождении двух величей войти в комнату, как обрюзгший, плешивый советник, вечно потеющий при любом волнении и ценимый Каганом непонятно за что, вскочил на короткие ноги и, издавая неприятный голос, похожий на кряканье, направился к Айанне.

Величи тут же выдвинулись вперёд, слегка обнажив клинки. Советник остановился и пробурчал про себя что-то о глупых варварах, и обратился к дочери великого Кагана:

- Госпожа Айанна, прошу вас, умерьте пыл своих телохранителей. Уж во дворце-то вам точно нечего бояться! - Девушка, которую отец умудрился уберечь от многих дворцовых интриг, доверяла многим и потому прислушалась к советнику. Коротким жестом она приказала величам вернуться на место, отпустив оружие.

- Это муж настоял на такой охране, - вздохнула девушка, - что вы хотели, господин первый советник?

- Видите ли, у меня к вам есть очень серьёзный разговор, не предназначенный для чужих ушей, - и советник недвусмысленно покосился на телохранителей.

Те ответили ему суровым неприветливым взглядом, от которого советник вспотел и мелко задрожал. Взглядов этих жутких солдат советник боялся едва ли не больше, чем во время тяжёлого разговора с Каганом, который славится своей любовью назначать новых советников за смертью предыдущих.

- Моя охрана абсолютно верна и не будет разглашать никаких тайн, вам нечего бояться. - Ответила Айанна, несколько удивившись странному поведению советника, злобно смотрящего на её телохранителей.

- Тем не менее, мои слова предназначены исключительно для ваших прекрасных ушей, - произнёс советник, с явным трудом отведя взгляд от величей и натянув на лицо улыбку.

- Хорошо, - кивнула девушка. Она была уверена, что во дворце ей бояться абсолютно нечего. Посмотрев на сопровождавших её величей, она произнесла: - Покиньте комнату ненадолго.

Те молча кивнули и, развернувшись, покинули помещение. Айанна, пусть и не имела власти над величами, имела возможность приказать им оставить её одну. В любом случае ни одно слово, произнесённое в присутствии императрицы, не будет упущено. А сама девушка надёжно прикрыта магией, так что Глеб оставил возможность жене уединиться.

- Благодарю вас, госпожа. - Искренне произнёс первый советник, низко поклонившись. Он незаметно вытер пот с лица и, выпрямившись, доброжелательно улыбнулся.