Герои и злодеи (СИ) - "Schneewolf" - Страница 96

На самом деле Теон не отступил от своёго замысла. Выяснить имя таинственной незнакомки стало делом принципа. Ему пришлось провернуть немалую аналитическую работу, чтобы решить уравнение с одним неизвестным, точнее неизвестной. Он для начала перебрал в уме всех одноклассниц, однако понял, что это дохлый номер. Она могла оказаться из параллельного класса или из старшего, или из младшего. А может это какая-то классная дама? Его выбор сперва пал на литераторшу: она была самая молодая и симпатичная, и многие парни от неё млели. Потом Теон неожиданно вспомнил о биологичке, мало ли какие у Рамси извращённые вкусы, может его привлекают престарелые кокетки. Он чуть не заржал в голос, представив подобное. Такую любовь, конечно, стоит скрывать.

— Ты собираешься задавать вопрос? — поторопил его Рамси. Ему надоело ждать, когда друг изобретёт вопрос.

— Да, сейчас, — сосредоточено кивнул Теон, не отвлекаясь от своих размышлений.

Он припомнил всё, что когда-либо слышал о загадочной девушке. Рамси почти ничего не рассказывал, упомянул только, что она не из их школы, если конечно, не соврал. Теон решил, что возьмёт это за основу, иначе гадать можно вечно. Он предположил, что это кто-то из его тусовки. Хотя в таком случае, ему ничего не стоило назвать имя. Теон всё равно никогда в жизни не видел эту Эльфийку или Химеру, или ещё кого-либо подобного. А значит, и трепать о них было не интересно (по крайней мере, менее увлекательно, чем о той, которую он мог знать лично). Он подумал, возможно, это какая-нибудь актриса или певица. Женская версия Мерлина Мэнсона? Представив такую страшную бабу, он поперхнулся и потянулся к бутылке с водой. Он бы рассмотрел эту версию подробнее, но кроме тёлки из группы «Lordi», которую видел у него на толстовке, никого подобного не знал. К тому же, Рамси тогда бы ему все уши прожужжал о ней, а он ничего такого не помнил.

Рамси кашлянул, привлекая внимание.

— Я спать буду, как придумаешь — растолкай, — сообщил он.

Теон, продолжая сохранять задумчивое выражение лица, которое отражало напряжённую работу мысли, поднял на него глаза.

— Погоди, я почти придумал.

Рамси посмотрел на него с нескрываемой скукой и взял в руки карты. Он принялся развлекать себя, демонстрируя хитрые карточные вольты и тренировался в исполнении ловких трюков, которые запомнил в детстве.

Теон вернулся к своему расследованию. Он, кажется, зашёл в тупик. Внезапно его озарила сумасшедшая догадка. Сначала он отринул эту мысль, посчитав её бредовой. Она и на второй взгляд казалась дикой. Но всё же…

— Кому ты отправлял письма? — Теон вспомнил, что Рамси то и дело таскался на поселковую почту и отсылал письма. «Кто вообще пишет послания на бумаге, когда давно изобретён телефон и интернет?» — помимо прочего толкнулась в голове мысль.

— Другу по переписке, — не моргнув глазом и не изменившись в лице, ответил Рамси. Технический — это и есть правда. Вот только он сбился, перетасовывая колоду, и карты веером рассыпались по столу.

И тогда Теон решил задать основной вопрос. Он знал, что Рамси не обделён поэтическим талантом. Письма и стихи дополнили уравнение, и он решил пойти ва-банк.

— А теперь вопрос. Это моя сестра? — он не сводил с друга глаз в ожидании ответа.

Рамси закашлялся и выдавил нервную улыбку.

— Я уже ответил на один вопрос, — он нарочито медленно собирал карты, не глядя на него и сосредоточившись на своём занятии.

— Если ты не ответишь, то это равносильно подтверждению.

Рамси и сам это понимал. Можно сказать «нет», но Теон и так обо всё догадался.

— Да, — обречённо сказал он. Теперь ему точно не избежать насмешек друга.

Каждый из них был потрясён услышанным и сказанным. Несколько минут они просто сидели молча.

— Я такого не ожидал. Это просто охренеть как неожиданно! — выдал, наконец, Теон. Его просто переполняли эмоции, и он с трудом мог усидеть на месте. — Круче этого было только то, когда я узнал, что дядя Эурон изменяет своей любовнице со своей другой любовницей! О, боже мой! — воскликнул он, в избытке чувств. Теон вспомнил, как с упоением разнёс эту информацию по всей округе, не забыв оповестить бывших дядиных жён. И одну, тогда ещё не бывшую. Это был момент экстаза, и он блаженно улыбнулся и развалился на сидении, закинув руки за голову. Кто бы мог подумать, что его маленькая хитрость удастся, и он станет обладателем настолько ошеломляющей тайны. Он ощущал себя мега-детективом, и был очень, очень доволен собой.

— Даже и не думай сболтнуть кому-то. Особенно Аше, — Рамси угрожающе навис над ним, схватив обеими руками за воротник.

— Полегче! Я никому не скажу. Я постараюсь, — Теон с усилием отцепил его от себя, недовольно одёрнул куртку и поправил воротник.

— Если вздумаешь смеяться надо мной я тебя убью! — пообещал Рамси, вернувшись на своё место.

— Как можно запасть на мою сестру? Она же ни капли не совершенство и не королева красоты, — Теон больше не мог сдержать смех. Это известие было как гром среди ясного неба, и он сначала оказался в полном недоумении. Не то, чтобы он считал, что сестра не достойна обожания, но… Рамси, который пишет ей любовные послания… Это просто за гранью его понимания. Он веселился от души.

— Заткнись! Просто заткнись! Ты ничего не понимаешь в любви, — бросил Рамси. Он сидел, скрестив руки на груди и сверлил его совсем не дружелюбным взглядом.

— Точно больше тебя, — возразил Теон, не переставая смеяться. И стукнул ладонями по столу в избытке чувств.

Рамси оставил без внимания его реплику. Он едва сдерживался, чтобы ни врезать ему. Он не видел смысла спорить и выставлять свои высокие чувства на поругание.

— И что ты собираешься делать? — спросил Теон, уняв веселье и постаравшись придать лицу серьёзное выражение.

— Ничего. Я не собираюсь это обсуждать! Можешь радоваться, что докопался до истины. Только не так бурно! — вспыхнул Рамси, видя, что друга опять пробирает на улыбку. Он раздумывал о том, сможет ли Теон держать язык на привязи.

****

Теон смог продержаться ровно два дня. Всё это время чужая тайна жгла ему душу, словно уголёк в кармане. Если бы он не боялся, что Рамси снесёт ему голову, то давно бы кому-нибудь рассказал. Например, одноклассницам с которыми трепался на перемене, и которые обожали собирать слухи и сплетни. Когда они обсуждали кого-нибудь, его непреодолимо тянуло раскрыть рот. Он решил ограничить общение с ними, чтобы не поддаться искушению. Рамси каждый раз неодобрительно глядел в его сторону, когда он зависал со школьными сплетницами. Он пообещал похоронить его заживо, если он им проболтается. Теон тогда и вовсе предпочёл их избегать. К концу второго дня он уже весь измучился, вынужденный хранить секрет. Два дня были его пределом. Он никогда так долго ничего не скрывал. Вечером второго дня он решил признаться Рамси, что не в силах больше оберегать его тайну от посторонних ушей.

Рамси писал своё очередное послание его сестре и находился в прекрасном расположении духа. Теон, переминаясь с ноги на ногу у входной двери, готов был в любую минуту броситься прочь.

— Рамси, мне нужно тебе кое-что сказать, — набравшись храбрости, оповестил он.

— Говори, — друг отвлёкся от своего письма и обернулся к нему.

— Я не могу больше сдерживаться, мне надо кому-нибудь рассказать. Иначе у меня просто мозг вскипит, — признался Теон, состроив жалобную гримасу.

— Ты о чём? — Рамси всё ещё пребывал в своих мыслях, и задумчиво улыбался, не вникая, что он хочет ему сообщить.

— Мне надо рассказать про тебя и Ашу. Хоть кому-нибудь, хоть одному человеку. Тому, кто тебя вообще не знает. Пожалуйста, — залепетал Теон и сложил руки в молитвенном жесте. Выражение лица у них было такое, что впору просить милостыню.

— Ты рехнулся по дороге сюда?! А если я не сдержусь и вломлю тебе как следует? — угрожающим тоном произнёс Рамси. Он был во истину обескуражен подобным заявлением. Он машинально сжал кулак, так что даже ручка переломилась пополам.