Герои и злодеи (СИ) - "Schneewolf" - Страница 115

Затем он повернулся к лотку; в наступившей тишине неприятно звякали медицинские инструменты. Профессор поднял вверх шприц, игла которого зловеще блеснула в свете ярких ламп, что включил его одноглазый помощник. Он набрал в шприц неизвестный раствор и шагнул к ребятам.

Рамси закрыл глаза, его замутило от вида иголок и зелёного костюма профессора. Теон вздрогнул и дёрнулся назад, но крепкие руки охранника прижали его к каталке.

— Кто у нас хочет быть первый? — доброжелательная улыбка старика вовсе не вязалась с тем, что он собирался сделать.

Рамси уже потряхивало от картин, что нарисовало его воображение. Он изо всех сил пытался совладать с собой и вцепился в каталку одеревеневшими пальцами. Профессор заинтересовано переводил взгляд с одного на другого. Охранник и садовник стояли за его спиной, в ожидании приказа. Великан крепко держал обоих ребят, так что не вырваться.

— Не бойтесь, дети, больно не будет. Я же не изверг, просто заснёте, вот и всё, — пообещал безумный учёный. — Мне стоит выбрать самому? — он вновь обежал глазами лица ребят.

— Он… первый, — хрипло произнёс Рамси, не дожидаясь, на ком остановит свой выбор безумный доктор.

— М-м-м… предательство. Обожаю драмы, — с умилением отметил профессор, и обернулся, чтобы отдать приказ своим подручным.

========== Глава 54 ==========

Теон не мог поверить своим ушам. Ощущение того, что он попал в какой-то глупый, дурацкий ужастик снова накрыло его. «Это всё не по-настоящему. Я сейчас проснусь», — подумал он. Но какого-то чёрта этого не произошло. Он закрыл глаза и хотел было пробормотать молитву, но в голову ничего не приходило. «Пожалуйста, сделай так, чтобы это закончилось. Спаси меня, я ведь, ничего плохого не сделал», — единственное, что он смог придумать. Он вновь открыл глаза, но и слова не в силах был вымолвить от потрясения и страха, ему оставалось лишь наблюдать за развернувшейся фантасмагорией ужаса.

— Профессор, вы вроде говорили, что помощники у вас не очень сообразительные. Может, вам ученик нужен? Я отличник в школе, и с ножом умею обращаться, — заверил Рамси и мило улыбнулся старику.

— Хм, далеко пойдёшь мальчик. Если, конечно, доживёшь до утра, — рассмеялся своей шутке профессор.

— Я по биологии спец, и вообще хотел стать врачом, как вы, — продолжал убеждать Рамси.

Теон просто сидел в шоке, широко открыв глаза, и до сих пор надеялся, что всё это ему почудилось.

— В биологии, говоришь, разбираешься? — заинтересовался профессор и задумчиво постучал худым длинным пальцем по подбородку.

— Да. Я лучший ученик в школе, — гордо заявил Рамси. — А ваш научный проект это просто фантастика! Это так смело и прогрессивно, я бы хотел вам помогать, — с воодушевлением заявил он.

— Хм… — вновь задумался доктор и отложил шприц на металлическую стойку. — Вокруг ведь одни кретины. А я светило мировой науки вынужден работать с этими олухами и прозябать в безвестности в жалкой лачуге! Ученик, что ж… неплохо звучит, — коротко кивнул он, принимая решение. — Хорошо, этого привяжите, — указал он на Теона.

— Беррик, стоит связаться с нашим дорогим мистером Фостером, — он подозвал одноглазого садовника, и что-то ему тихо сказал. Тот кивнул и ушёл.

У Теона словно набат в голове зазвучал, только в этот раз церковный колокол молчал. Он не понимал как Рамси мог так поступить. Мало того, что удостоил его чести быть первым разделанным безумным доктором, так ещё и согласился помогать ему! Попытка сопротивления великану ничего не дала, и он оказался распятым на хирургическом столе. Полуголым и крепко привязанным. Сколько он не пытался бороться, всё было бесполезно. Ещё и предательство друга больно ранило его душу. Рамси хладнокровно наблюдал за его попытками освободиться, словно он был не более, чем мухой, увязшей в паутине, которую всё равно не спасти.

Профессор оглядел его и проверил ремни, сочтя в этот раз их надёжно закреплёнными, он одобрительно кивнул своему охраннику. Рамси тем временем, продолжал лить ему в уши неприкрытую лесть о том, как он восхищён его научным проектом, какой это гениальный, инновационный ход — эволюция под твёрдым контролем науки и медицины. И какая великая честь стать учеником столь прогрессивного и талантливого учёного. Он говорил, что и мечтать не мог о подобном.

Теон отстранённо подумал: «Это он сейчас свихнулся или уже давно, просто я этого раньше не заметил. Хотя предпосылки-то были!» Рамси всегда был странным, и эти его поделки из кусков сырого мяса, и песни про мёртвых детей и некрофилов. Всё указывало на то, что по нему давно психушка плачет.

Тем временем, Рамси воодушевленно расспрашивал профессора о его омерзительном эксперименте. Он говорил, как ему не терпится ознакомиться с записями его исследований. Безумный доктор вдохновился его рвением и пообещал немедленно их принести. Он бодрым шагом покинул помещение, прихватив с собой и своего охранника. Дверь за ними затворилась, и они остались одни.

— Как ты мог?! Я думал мы друзья! — Теон попытался вложить в голос максимум презрения, хотя сложно выглядеть грозно, будучи привязанным к хирургическому столу.

— Заткнись! Заткнись! — Рамси поспешно развязал ремни, сковывавшие его конечности. Кинул ему рубашку, и не дожидаясь пока он оденется, схватил за локоть и потащил вглубь помещения. У стены стоял исполинских размеров холодильник, непонятно для чего предназначавшийся.

— Его надо сдвинуть. Помоги! — Рамси решительно ухватился за металлический бок холодильника.

— Зачем? — Теон только справился с пуговицами на рубашке и недоумевал, что задумал Рамси.

— Да какой же тупой! Там подземный ход, за морозилкой этой грёбаной! — рявкнул Рамси. Теон не самое удачное время выбрал для расспросов. Счёт шёл на минуты. Профессор со своими приспешниками могут явиться в любой момент.

Общими усилиями они сдвинули холодильник, и за ним действительно, оказалась большая, метра два в высоту и около трёх в ширину, дыра в стене. За ней открывался извилистый подземный ход. Насколько давал увидеть яркий свет «операционной», он проходил под церковным холмом, а дальше кто знает, может, вёл в глубины посёлка, а может куда ещё.

Во время того, как они перемещали огромную морозильную камеру, дверца открылась, представляя взору своё мрачное нутро. Рамси моргнул и отвернулся.

— Не смотри, — предупредил он.

Но было поздно, и Теон впился взглядом во внутренности холодильника. Сначала он подумал, что это говяжья печень или сырой фарш, мясо для ростбифа, что-либо подобное, что бывает в холодильнике у обычных людей. Но потом… Рамси быстро захлопнул дверцу. Теона уже выворачивало наизнанку. Кажется, он видел отрубленную детскую кисть и чью-то челюсть, и куски окровавленной плоти в симпатичных контейнерах с розовыми крышечками. А то, что он принял за фарш — лучше не думать об этом.

— Ты нашёл время блевать! — упрекнул Рамси.

Он понимал, что каждая минута на вес золота. Он снял со стены масляный светильник и подошёл к Теону.

— Это… там… — Теон всё не мог оправиться от шока и часто сглатвал, борясь с рвотными позывами.

— Именно то, что ты подумал! А теперь, будь добр, съеби отсюда. Вызови полицию, МЧС. Пожарных тоже будет неплохо, — Рамси всучил ему лампу и толкнул в дыру.

Он схватился за холодильник, и взгляд зацепился за браслет на запястье. Второпях он рванул его так, что отлетели кнопки застёжки и покатились по серо-зелёному каменному полу. — Когда поедешь домой, отдай Светофору или Бродяге, здесь всё написано они поймут, — Рамси вручил ему кожаный ремешок, с выдавленной чёрной ручкой надписью: «Rammstein — Asche zu Asche» на обратной стороне. — В переходе, возле башни святого Стефана, спросишь в тусовке Светофора или Бродягу и отдашь им, они всё знают, что делать. А теперь вали и фонарь не разбей, а то сгоришь нахрен, — напутствовал Рамси. Он прихватил поплотнее дверцу холодильника, чтобы оттуда чего-нибудь не вывалилось. Сказать прямо, он тоже не испытал восторга от увиденного.