Афганистан, Англия и Россия в конце XIX в.: проблемы политических и культурных контактов по «Сирадж - Харатишвили Генрико - Страница 8

Многие газеты и журналы, издававшиеся в России и хранящиеся в архивах, также печатали материалы о первой официальной афганской миссии в Европу в 1895 г.[69] Достаточно подробно освещалась эта поездка на страницах старейшего органа русской прессы в Средней Азии – газеты «Туркестанские ведомости», выходившей в Ташкенте с 1870 г. В январском номере этой газеты за 1895 г. сообщалось: «Член английского парламента Кэрзон, бывший недавно в Кабуле… сказал, что эмир Абдуррахман-хан принял приглашение посетить Англию»[70]. «Санкт-Петербургские ведомости» также подтверждали, что «здоровье эмира Афганистана улучшается, и. поездка его в Лондон решена»[71]. На страницах русской прессы еще долго обсуждался вопрос о том, поедет ли эмир в Лондон, а если поедет, то его сын сардар Хабибуллахан «будет управлять [страной] в отсутствие отца»[72].

Более подробные сведения о поездке афганской миссии находим в статье «Поездка второго сына афганского эмира в Англию», опубликованной в «Туркестанских ведомостях». В статье говорится: «В прошлом году [1894] королева Виктория пригласила эмира Афганистана Абдуррахман-хана посетить Англию». Эмир медлил с ответом, а затем оказалось, что «здоровье не позволяет ему принять приглашение». Эмиру предложили отправить в это путешествие старшего сына Хабибулла-хана «ввиду того, что он ведает делами ханства». Однако Абдуррахман-хан «нашел невозможным отпустить его и заменил себя вторым сыном Насруллой»[73]. В статье также сообщалось, что «Насрулла-хан играет видную роль в управлении Афганистаном», по пути следования англичане будут оказывать ему почести «как царствующему индийскому принцу… в Англию он направится из Бомбея, а возвратится домой сухим путем через Персию»[74].

Таким образом, по приглашению английского правительства Абдуррахман-хан намеревался лично отправиться в Англию и установить наконец прямые дипломатические контакты с правительством Великобритании, чтобы более не находиться в зависимости от вице-королей Индии. Однако ряд причин помешал ему осуществить это деловое путешествие. Главной причиной, не позволившей эмиру оставить страну без своего строгого контроля, была сложная обстановка в восточных и юго-восточных землях проживания афганских племен на афгано-индийской границе в Вазиристане[75] и в землях момандов[76].

Эти осложнения возникли в связи с начавшимся установлением границ между Индией и Афганистаном, проводившимся в этих местах после подписания англо-афганского соглашения в Кабуле 12 ноября 1893 г. между Абдуррахман-ханом и сэром Генри Мортимером Дюрандом, секретарем по иностранным делам администрации вице-короля Индии.

Кроме того, как указано в официальной истории Афганистана «Сирадж ат-таварих»[77], Абдуррахман-хан был болен (с. 1064). Эмир страдал подагрой.

В индийской англоязычной печати находим следующие сведения: «Прибывшие недавно в Пенджаб купцы из Афганистана утверждают, что эмир отказался принять приглашение английского правительства посетить Англию». Они сказали, что эмиру «посоветовали его хакимы [лекари], что климат Европы не будет полезным для его здоровья ввиду его болезни подагрой… и болезни сердца». Они сообщили также, что «его советники боятся выступлений фанатиков и местных беспорядков в его отсутствие»[78].

Анализ английской, русской и индийской англоязычной прессы того времени показывает, что почти до конца марта 1895 г. англичане все еще не знали точно, поедет ли афганский эмир в Лондон[79]. В индийской англоязычной прессе, широко освещавшей эту поездку, в марте того же года сообщалось, что эмир Афганистана Абдуррахман-хан «утвердительно ответил на приглашение королевы Виктории посетить Лондон в этом году, “если позволит здоровье”»[80]. В английской прессе лишь в конце марта 1895 г. появилось сообщение, что шахзада Насрулла-хан посетит Англию вместо своего старшего брата Хабибулла-хана. «Его свита будет состоять из 120 человек, а на обратном пути он посетит Константинополь, и Его Высочество по-видимому, возвратится в Индию в начале августа»[81].

В начале 1895 г. отношения между Афганистаном и администрацией вице-короля Индии вновь обострились из-за соперничества в Восточном Гиндукуше. Еще более они усложнились и усугубились в результате нового кризиса из-за событий, разыгравшихся в Читрале, куда была введена английская карательная экспедиция. В этой небольшой горной стране еще с 90-х годов шла междоусобная борьба за власть и ярко проявилось англо-афганское соперничество в регионе. Британцы поддерживали одного претендента на престол Читрала, афганский эмир – другого, а еще в начале 1893 г. англичане учредили там политическое агентство и уже постоянно содержали своего политического представителя[82]. Впоследствии англичане овладели всем Читралом и уже, по-видимому, не рассчитывали, что Абдуррахман-хан согласится прибыть в Лондон.

Однако эмир именно в той сложной обстановке, по-видимому неожиданно для англичан, согласился принять приглашение и направил в Лондон с официальной дипломатической миссией своего второго сына Насрулла-хана[83], у которого была значительная власть в стране и репутация очень делового, энергичного, практичного и набожного человека, наизусть знающего Коран. Он фактически контролировал большую часть финансов страны, носил титул «Наиб ас-салтана» («Наместник эмира»), приравнивавшийся к европейскому вице-королю.

Его Высочество шахзада Насрулла-хан.

Лондон, 22 июля 1895 г.

(здесь и далее приводятся снимки (дагеротипы) из журнала «The Illustrated London News». 1895. Vol. I–II)

В связи с уже начавшимися военными действиями в Читрале в английской прессе даже высказывалось соображение о том, что, «возможно, Хабибулла-хан действует мудро… оставаясь в Афганистане при нынешнем положении в Читрале. но, вероятно, было бы лучше, если этот визит был бы отложен на год и оба принца могли бы поехать вместе»[84].

Эти высказывания наглядно свидетельствуют о крайней напряженности в отношениях между Афганистаном и Англией, и в той конкретной ситуации, возможного противостояния, англичане, вероятно, уже не видели целесообразности в поездке афганской миссии в Лондон.

В середине апреля 1895 г. сообщалось, что сопровождающих Насрулла-хана афганцев «будет насчитываться 80 человек, и он возьмет с собой несколько лошадей». Для этого на пароходе «Клайв» «будут оборудованы стойла для 20 лошадей». Судно должно было отплыть из Бомбея в Англию 17 апреля. Как сообщала газета «Таймс оф Индиа» по сведениям из Кабула, «по пути в Англию сын эмира отправится на паломничество в Мекку, и, если это окажется правдой, даже визит представителя эмира в лице его молодого сына может быть отложен на неопределенное время»[85].

Сардар Насрулла-хан должен был выполнить поручение отца – склонить королеву и правительство Великобритании к согласию допустить в Лондон своего постоянного представителя. Иными словами, глава афганского государства желал иметь постоянного полномочного посла Афганистана в Лондоне, подобно Ирану, Турции и другим мусульманским странам, с тем чтобы все контакты осуществлялись не через администрацию вице-короля Индии, а непосредственно с английским правительством.