Целитель душ. Том 1. Исцеление (СИ) - Сойтту Анна - Страница 16

Чай давно остыл, а мы с куратором Саэви всё не могли до конца осознать трагедию, что стала той дорогой, которая привела совсем юную шаанэ в хранители. Хрупкая большеглазая испуганная душа девушки среди тысяч душ настоящих преступников. Даже я боялась предположить, что могла пережить там Тень.

— Таэши, — я обняла хранителя, чувствуя как вздрагивают худенькие плечики девушки. — Я не дам тебя в обиду, здесь тебе ничего не грозит.

Я повторяла ей слова Кайриса Тейлина и Фарейна. Но верила ли я в них сама?

Глава 11

После обеда, на который я всё же успела, меня в числе других отстающих снова ждали полигон, Фарейн и Сеть Нарисса.

Сбросив возле орудия моих пыток обувь, вздохнув, я прикоснулась к Сети, которая снова издевательски провисла. Тяжело быть единственной, кто так и не одолел этот странный предмет. Спиной я чувствовала внимательный взгляд дракона — он грел кожу между лопатками. Воспоминания о рассказе Таэши ещё не отпустили, а на фоне моих — лишь усилили чувство горечи и несправедливости. А ещё эта демонова Сеть! Со злости я пнула её ногой, в глазах защипало и волна гнева затопила сознание.

Сеть Нарисса как-то странно дёрнулась и внезапно выпрямилась, а я принялась карабкаться вверх, вкладывая всё своё возмущение в необходимость взбираться на этот снаряд. Демоновы договорённости, демоновы правила! Всем своим сознанием я ощущала, как наши с Таэши эмоции сливаются в одну. Сейчас мы помогали друг другу принять произошедшее и начать жизнь сначала. Вот только для меня было ещё рано. С трудом перевалившись через край, я замерла наверху и уткнулась лбом в толстый как парусный канат жгут.

Через пару мгновений моих волос коснулась ладонь дракона.

— Ина? — встревоженный голос пробился сквозь чувство безысходности. — Тебя кто-то обидел?

Из последних сил замотала головой и, выпрямившись, взглянула в сияющие жёлтым глаза.

— Ты расстроена, я же вижу…

— Побочный эффект от слияния с хранителем, — вымученно улыбнулась другу. — Я чувствую то же, что и она. А она — то же, что и я.

— Всё так плохо? — нежный понимающий взгляд, казалось, коснулся сердца.

— Могло быть и хуже, наверное, — пожала плечами. — Просто у Таэши тоже не всё гладко было в жизни.

Дракон притянул меня к себе поближе и обнял за талию, а я рассказала всё, что узнала от своего хранителя и куратора Саэви. Фарейн долго сохранял молчание и о чём-то думал.

— Процесс слияния нарушать нельзя, — наконец, раздался его голос. — Но можно ускорить и вам обеим это будет на пользу.

— Как, Фар? — я слабо улыбнулась. — Если бы такой способ был, его использовали бы. Сааны тяжело переживают это время и отдали бы всё, что угодно за знание как сделать этот процесс менее болезненным и чувствительным.

— Поэтому его используют редко, — протянул дракон. — И только для избранных.

— Я не понимаю…

— Ина, сааны всегда были сверхчувствительным народом с рождения связанным со стихиями, — ответил куратор. — Ваш мир не зря считается закрытым, запрещён к свободному посещению другими народами и охраняется Изначальными. Каждый из вас может вступать в эмоциональный контакт с другими видами и при слабой силе воли быть подчинённым. Особенно подвержены этому воздействию Целители. Вас не зря оберегают и охраняют пуще сокровищ. В вашем даре не только слабость, но и сила. Целитель такого уровня как Кайрис становится щитом для других. Тех, кто коснулся его души в момент исцеления, уже невозможно подчинить. И твой дар, пожалуй, сильнее, чем я когда-либо встречал. Десять Плетей Подчинения. Десять, Ина! Этого не выдержит даже дракон.

Я изумлённо смотрела на Фарейна, с трудом осознавая открывшуюся мне информацию. На Айлисе никто и никогда не говорил об этом. Исцеление — редчайший дар, нуждающийся в охране. Вот и всё, что было известно мне до сегодняшнего дня.

— Но почему нам не говорили об этом? — тихо прошептала, не сводя взгляда с дракона.

— Владеющий информацией — правит, — указательный палец коснулся кончика моего носа. — Что касается Айлиса: там слишком много тех, кто жаждет власти. И у них на тебя и Айрека Торану были огромные планы.

— При чём здесь Айрек? — я почувствовала как мои брови поползли вверх.

— Он был Целителем, как и ты, — огорошил дракон. — И с достаточно сильным даром. Ваши дети унаследовали бы черты обоих родителей и дали начало одному из сильнейших родов. Добровольное принуждение или принуждение под страхом смерти — как ты думаешь какой способ действеннее и сведёт к нулю возможность протеста у обычных саан?

— Но зачем?

— Этого мне выяснить не удалось, как и того, кому это нужно, — дракон внезапно потерял всю серьёзность и блеснул хитрым взглядом. — А теперь спускайся, тебя ждёт бревно.

И, подмигнув, ловко спустился вниз, оставив меня, возмущённо хватающую ртом воздух, наверху. С подозрением посмотрев на свою опору, ткнула пальцем в канат, затем стукнула кулаком. Сеть даже не подумала пошевелиться.

Ну что ж, бревно так бревно.

Вечером у меня болело всё. Даже там где я и не подозревала о наличии мышц. Пройти по бревну ещё полдела, я ходила по нему не единожды и вполне уверенно на занятиях у мастера Тадэша, но здесь… Здесь к бревну прилагались снующие туда-сюда на подвесах внушительные мешки и, весело распахнувшая объятья, топкая грязная жижа внизу.

В итоге домой я буквально приползла, грязная и уставшая. Мои напарники выглядели не лучше. Для них нашёл занятие магистр Кайрис: сорок проходов по всей полосе, через каждый снаряд повышенного уровня нагрузки. За ужином никто не мог даже говорить, проглотив безвкусную пищу, все разбрелись отдыхать.

Всё тело ныло и саднило, не помогала даже стихия. Отчаявшись получить хоть какое-то облегчение, я забралась под одеяло и мгновенно провалилась в сон, ощутив на границе с бодрствованием тёплые объятья проскользнувшего в комнату и устраивающегося рядом дракона.

Подвешенное на цепях за кисти рук тело отказывалось что-либо чувствовать. Пальцы ног едва касались пола. Сколько времени прошло? Я потеряла ему счёт. Не сдамся. Им не победить.

— Маленькая глупая девочка, — доносится голос из укрывшей говорившего темноты. — Ты всё храбришься. Думаешь, что тебе повезёт больше чем брату? А он ведь почти и не сопротивлялся. Ты знала, что он боится боли и готов на всё лишь бы её не ощущать?

— Это не правда, — сухие обветренные губы с трудом разлепляются. — Индар не такой. Ты врёшь.

— О, нет, — смешок из темноты. — Такой. Ты же знаешь о Плети Подчинения? Вижу, что знаешь. Ему хватило одного удара. А сколько выдержишь ты?

Я просыпаюсь в холодном поту и, уткнувшись в глубоко и ровно вздымающуюся грудь спящего дракона, пытаюсь отдышаться. Боль после тренировки на фоне той из воспоминания уже не кажется сильной. Скорее как неприятный фон. И, обняв Фарейна, снова погружаюсь в сон, уже без сновидений.

— Ина, ты проспишь, — тёплые губы покрывают лицо лёгкими поцелуями.

— Если я просплю, то и ты тоже, — под смешок дракона прижимаюсь к нему крепче.

— Я уже ухожу, — дыхание мужчины щекочет макушку. — А тебе через двадцать минут нужно быть на полигоне.

— Фааар, — я подскакиваю на кровати. — А раньше нельзя было разбудить? Сам же ругаться будешь за опоздание!

— Я пошутил, — дракон притягивает меня к себе и утыкается носом в шею. — У тебя есть ещё сорок минут пока кольцо проснётся.

— Вот ты зараза, — глаза Фарейна смеются, будто я сделала ему комплимент.

— Ина, — карие глаза с тлеющим внутри жёлтым светом становятся серьёзными. — Завтра мы с тобой отправимся на Риан.

— Но ведь Хранитель Межмирья закрыл переход? — от услышанной новости сон окончательно улетучился. — И зачем?

— Мы пойдём по драконьей тропе, — ответил Фар. — Там помогут завершить слияние.

— Каким образом?

— Увидишь, — мужчина хитро подмигнул и, опрокинув на спину, навис сверху. — А пока не хочешь проводить до двери?

Но прогулке не суждено было сбыться. На утренней тренировке, затем за завтраком и на следующий день тоже, среди адептов испуганными пичугами передавались лишь два слова: “Риан” и “война”. Все шэдоу с каким-то маниакальным остервенением штурмовали снаряды и партнёров по спаррингу, подчас не обращая никакого внимания на наставников.