Сегодняшний вчерашний день (СИ) - "Stashe" - Страница 52

— Интересное видишь? — спросил Кэро.

— Грибы, а еще то, что даже если вытянуться на руках, риск сломать ногу все равно велик.

— А если прыгнуть на грибы?

— Ну…

Птаирианец выпрямился. Янат была больше чем на голову его ниже и для нее высота выглядела значительным препятствием:

— Я спущу тебя на рубашке. Потом постараюсь упасть на грибы, а ты меня чуток подстрахуешь. Они внутри желеобразные и не ядовиты, поэтому лучший вариант. Так мы не слишком далеко уйдем от путей.

— Мне опять раздеваться? — спросила девушка.

— Ты прямо как бывалая любовница, — пошутил Кэро, — нет. Я спущу тебя на своей, она крепче. Твоя как-то настораживающее трещала, когда я забирался на дерево.

Он аккуратно снял тряпье, которое еще называл одеждой, скрутил жгутом и подергал. Затем, удовлетворенно кивнув, сообщил:

— Ваш лифт готов, сохо.

— Позер, — нервно огрызнулась Янат и легла на живот, свесив ноги. Крепко ухватившись за конец рубашки, она потихоньку сползла ниже, почувствовав, как кора оставляет длинные царапины на животе, и повисла в воздухе. Кэро терпеливо перебирал пальцами по рубашке, стараясь плавно опускать напарницу, но длины ей так и не хватило.

— Ян, высоко еще? — крикнул он, продолжая крепко держать тряпку.

— Ну, полметра где-то.

— Прыгай, сохо! Веревка кончилась.

Янат выпалила что-то неразборчиво грозное, и рубашка мгновенно потеряла натяжение. Птаирианец выдохнул и громко спросил:

— Ты жива?

— Жива-жива, — раздался недовольный голос, — ты там не засиживайся, давай. Только будь поосторожнее при спуске, Кэро!

Мужчина какое-то время примеривался. Промашка могла слишком дорого обойтись, поэтому он не спешил. Ему пришлось немного сползти по поломанному стволу, старательно цепляясь, чтобы не сорваться. Янат молча следила с земли. В процессе птаирианец в кровь ободрал ладони и грудь. Скривившись, он с силой оттолкнулся и плюхнулся в самую гущу грибов-пузырей, произрастающих под лианой. Те разом выпустили облачка разноцветного дыма, а некоторые лопнули с неприятным чавкающим звуком, заливая рубашку и тело птаирианца желеобразной массой.

— Как ты? — Янат уже была рядом, помогая ему подняться.

— Противно немного, — честно признался Кэро, — а так все нормально, они отлично пружинили. Вернемся к рельсам?

У дороги они немного передохнули. Перекусили ягодами, которые птаирианец ел без всякого аппетита. Для него все вокруг запахло грибами, к тому же липкая масса намертво присохла к одежде и лицу. Янат предложила было найти зонтичные растения, чьи листья накапливали воду, но Кэро отмахнулся от нее, настояв на продолжении пути. Аргументы птаирианца оказались просты и логичны: дождь льет каждый день, и идти надо по свету, чтобы успеть найти укрытие дотемна. Рельсы по-прежнему вели их к неизвестности, ровной колеей уходя все дальше от намеченного маршрута.

Янат попыталась представить, кто и почему пользовался дорогой. Ей казалось странным, что она каким-то чудом уцелела в этих диких краях, а ведь до сих пор вокруг больше не встретилось ни одного намека на когда-то существовавшие города или поселки. Только вот ржавая дорога. И поэтому, наверное, когда в лучах заходящего солнца она вдруг увидела серебристо-белый купол, явно созданный людьми, то резко остановилась не в силах поверить собственным глазам. Птаирианец стоял рядом, пребывая в том же, священно-озадаченном молчании.

— И что это? — Наконец произнес он.

— Исследовательский центр? — робко предположила Янат. Поразмыслив, она добавила, — что бы это ни было, оно сохранилось лучше дороги.

Кэро кивнул. Он сосредоточенно рассматривал купол, поднимающийся метров на сорок от земли, иссеченный тенями и бликами заката, замаскированный самой природой с ее деревьями-гигантами, сияющими фосфорным блеском грибницами и ночными цветами:

— Оно законсервировано. Значит, скорее всего, что-то еще работает. Нам надо попасть внутрь.

— Тогда пошли, потихонечку? — Яна нерешительно сделала шаг и обернулась к Кэро.

— Погоди, Ян, — остановил ее тот, — не торопись. Давай-ка поразмыслим. Может это совершенно безопасное здание, но с таким же успехом, нас там могут поджидать пренеприятные сюрпризы. Надо как-то проверить.

— Как? Кэро сохо, ты посмотри на нас. Мы оба уже на грани.

— То-то и оно, сейчас нам только одного не хватает, на радостях наломать дров. Вляпаться во что-нибудь из-за рассеянного внимания и усталости. А вдруг там ловушка? Оно же не просто так тут столько лет стоит. Думаешь, мы единственные путники, которые на него натыкались?

Янат раздраженно вспыхнула:

— Вспомни город, что на реке. За столько лет его так и не сумели толком изучить. Ерунда одна. Снимки из космоса, карты местности, тепловые карты. А под ним, под коробками, нечто огромное, а люди даже не попытались разобраться. То птицы помешали, то законы, то страх. Если наши технологии спасовали перед их защитой, почему никого это не взволновало ни тогда, ни сейчас? Артефакты, которые повсюду, явления, телепатические атаки на людей, навьи, получающие приказы от незримого бога, тебе не кажется, что все это как саботаж планетного масштаба? Почему кто-то постоянно ставит палки в колеса исследователям? Они ведь ничего такого не пытались сделать, а город даже посетить не смогли. За десять то лет. Абсурд!

— Хорошо. То есть сунуть голову в петлю сейчас, по-твоему, разумная мысль? — спросил птаирианец. Янат резко взмахнула рукой и стукнула себя по лбу:

— Да, нет же, Кэро! Я просто чую, понимаешь, вот чую, что мы где-то рядом с разгадкой. Нам необходимо попасть в тот город, жизненно. Не просто попасть, а под него, в катакомбы. В нутро, понимаешь? А тут, посреди джунглей такой подарок. Оно все как-то связано. Рельсы ржавые, а здание как новенькое, будто и не было столетий!

— Город на реке разрушен.

— Внешне, — отрезала она, — есть документальное подтверждение тех, кто исследовал его? Там хоть кто-то был? В самом городе, лично, ножками.

— Ты же знаешь почему. Птицы.

— Запрет, который многократно пытались пересмотреть. Угадай, кто был ярым противником сего действа? Самойлов. Он же всегда подчеркивал, что нельзя вторгаться в сложившуюся экосистему планеты и агрессивно изучать ее, что навьи разумны и попадают под закон о защите разумных инопланетных рас. Мы не можем вступать с ними в контакт без их согласия. Изучать их жилища и священные места, не имеем права. Если покопать глубже, Самойлов сделал все, чтобы изучение Нави стало фикцией. То, что они сейчас творят на базе, ерунда, так, ковыряние в пыли. А алмазы то, вот они, Кэро. Не знаю как, но мы должны попасть туда.

— Хорошо, — птаирианец улыбнулся, — хорошо, Янат сохо.

Глава 34

34 глава

— Если тебе нужно будет быстро вернуть меня, — объяснял Кэро, — щелкни пальцами прямо над ухом и назови свое имя — «Ян». Для меня это условная точка возврата, экстремальный выход. Просто так тело не трогай и не пытайся заговорить, бесполезно. Сейчас я введу себя в транс и перестану воспринимать свою сущность как единое целое. Процесс подключения это медитация, глубокая и направленная на конкретный результат. Бояться нечего, даже если буду выглядеть как камень, мне ничего не угрожает.

Кэро сел прямо на землю и закрыл глаза. Янат осталась стоять, о чем вскоре пожалела. Она четко запомнила наставления птаирианца, но ощущение неловкости и смутной тревоги преодолеть не смогла. Побродила вокруг, стараясь не терять бдительности и далеко не отходить от напарника. Нашла рядом с рельсами пару кусочков и одну почти целую напольную плитку, торчащих из земли под углом. Видимо, их вывернуло растущими растениями и подняло наверх. Янат тщательно осмотрела находки, но никакой практической ценности артефакты не представляли, поэтому она небрежно откинула их в кусты. Шло время, поза Кэро и его ровное, редкое дыхание не менялись. Яна терпеливо ждала, хотя чем дальше, тем труднее ей было сохранять спокойствие. Она грызла нижнюю губу, периодически почесывала зудящие царапины на животе, и всматривалась в купол.