Попадалово, или Любовь по-драконьи (СИ) - Ягушинская Вероника - Страница 77

— Да шучу я, — мигом став серьезной, отрезала подруга, с силой укладывая меня обратно на жесткий стол. — Давай. Последний разик. И-и-и! — Я глубоко вдохнула, из последних сил напряглась, и спустя несколько бесконечно долгих мгновений от кафельных стен операционной отразился тихий, но уверенный младенческий плач.

— Поздравляю, мамочка, — облегченно улыбнулась мне Алка, плюхая на живот теплый пищащий комочек, — у вас девочка. Как назовешь?

— Моя Надежда!

Спустя полтора года.

— Марина! Мне явился идея! — о, этот голос я узнаю из тысячи. Как она меня нашла? — Эта гениальный! — продолжала орать с улицы Аленка, сотрясая ударами входную дверь. — Марина, открывай! Я видела тебя в окно!

Поняв, что отсидеться в засаде все равно не удастся, я вздохнула и открыла дверь. На пороге обнаружились светящаяся счастьем Аленка и немного смущенный ее поведением Дэн. Вот уж кого не ожидала увидеть.

— Проходите на кухню, я сейчас, — кинула им и ушла переодеваться. Гостей я не хотела видеть не только потому, что на Аленку у меня выработалась стойкая негативная реакция, но еще и по той простой причине, что, сдав Наденьку няне на прогулку, я намеревалась ближайшие два часа блаженствовать в ванной и заниматься собой-любимой. Оттого и щеголяла я по дому в лучших традициях старых теток в засаленном драненьком халатике, зато самом любимом и удобном, и тратить это время на кого-то другого крайне не хотелось, но кто меня спрашивал?

Спустя пять минут я тихо закрыла на защелку дверь в детскую, чтобы незваные гости не увидели ничего лишнего, и появилась на кухне.

— Пвивет, — с набитым ртом радостно помахала мне ладошкой Аленка, быстро прожевала и добавила: — Прости, что помешали. А ты одна живешь?

Нда! Я прислонилась к дверному косяку, сложила руки на груди и смерила девчонку недовольным взглядом. За прошедшие два с лишним года она мало изменилась: все такая же мелкая рыжая и непосредственная до беспардонности зараза. Разве что язык удосужилась выучить, наконец.

— Марина Владимировна, простите нас, — вставил Дэн, сердито зыркнув на Аленку, желавшую еще что-то спросить. — Мы не знали, что не вовремя. Просто, как только выяснили ваш адрес, сразу же отправились навестить. Мы не думали…

— Да все нормально, — отмахнулась я и, пройдя на маленькую кухоньку, уселась на подоконник, ибо табуреток было только две, и обе они сейчас были заняты.

На покупку большего количества мебели, увы, денег пока не было. Поскольку беременность я не афишировала, то и все необходимые анализы, сканирования и лекарства приходилось оплачивать самой, а если еще вспомнить, что эти девять месяцев стали для меня самыми ужасными из-за постоянного токсикоза и прочих проблем… Впрочем, лучше не вспоминать!

Жене Никаса я тогда отдала без малого четверть всех имеющихся средств, еще столько же ушло на лекарства и оплату неустойки Университету за то, что от отработки я отказалась по понятным причинам, и вот осталось у меня в итоге денег ровно столько, чтобы купить себе эту маленькую двухкомнатную квартирку, зато в центре Лилъля(курортный городок, расположенный на территории государственного заповедника Два-третьего государства. Отличается тем, что атмосфера здесь во всех смыслах самая благоприятная. По большей части в Лилъле расположены различные санатории и пансионаты, но в центре имеется и несколько жилых районов.), откуда мне в скором времени будет очень удобно добираться до нового экспериментального центра, где я планировала работать. Спасало только пособие на ребенка, которое мне выдало государство за то, что в графе «Отец» в документе о рождении я мстительно поставила жирный прочерк, но и оно было не бесконечным, а кушала Наденька исправно и помногу. Дракошка моя прожорливая!

Кстати, да! Надя у меня дракон. Насколько чистокровный, и что там с генами, я не знаю, но внешне она была точной копией своего отца, а периодически, когда нервничала, малышка начинала местами обрастать чешуей. Меня этот момент, конечно же, беспокоил, но, насколько я знала, ящеры до пяти лет никогда не перекидывались, а уж в таком возрасте я сумею ей объяснить, почему этого не стоит делать в доме. Пока же моя малышка была самым обычным полуторагодовалым карапузом с пухленькими розовыми щечками, которые так и хочется поцеловать, похожей на шарик копной черных с золотыми кончиками кучеряшек и до жути шкодным характером. Оттого-то и пришлось мне раскошелиться на няню раз в неделю, иначе щеголять бы мне с немытой головой.

«Теперь, кстати, и придется», — тоскливо подумала я, глядя на гостей.

— Откуда вы узнали мой адрес? — как бы между делом уточнила я, протягивая руку за чашкой чая, услужливо налитой мне Денисом. — Я же даже в Универе координаты никому не оставляла.

Ребята переглянулись. Аленка разулыбалась, а Денис покраснел и смутился.

— Дэн взломал адресную базу Два-третьего, — гордо заявила переселенка. — А как еще было тебя найти?

— Я не нарочно, — немного по-детски стал оправдываться парень.

— Конечно, не нарочно! — поддержала его девчонка. — Это же я тебя попросила, — и слегка толкнула того плечом, отчего Денис подавился печеньем и пролил чай на стол. — Я уберу, — вскричала Аленка, и вмиг образовалась суматоха, в результате которой моя кухня лишилась двух чашек. Благо, не последних. Узнаю мою попаданку.

— Чего это ты ушла в подполье? — подозрительно прищурилась на меня Аленка, когда все вновь сидели за чистым столом с чаем, правда, уже без печенья.

— От тебя пряталась, — улыбнулась я и перевела тему: — А как у вас дела, как вы встретились?

— Да обычно, — отмахнулась девчонка. — Дэн, как только мое имя среди выпускников центра увидел, так и приехал встретить. Мы же земляки, — пожала она плечами так, будто для людей в их мире это было нормальным. Я внимательно посмотрела сначала на нее, потом на вновь смутившегося Дениса. Неужели Алена действительно ничего не видит?!

— Ну, если слив засекреченной базы одного из правительственных ведомств — это для землян обычно, пожала я плечами. Ай, пусть сами разбираются.

— Я не нарочно, — вновь повинился Денис, вызвав у меня новую улыбку.

— Ну а у тебя как дела, хухер иномирный?

Дела у хакера, как правильно оказалось, были лучше некуда. После того фееричного провала в Истарионе он проходил адаптацию в ускоренном режиме, а после выпуска сразу же был зачислен в штат Истарионской стражи специалистом по информационной безопасности. Парнишка оказался талантлив, ибо уже через год это ведомство он возглавил, без зазрения совести подвинув родовитых драконов. Те, конечно же, оскорбились. Как же так, солнечные драконы — венец творения, и тут в подчинении у человека, еще и переселенца. И решили они Дэна подставить.

— У вас же потрясающий мир, — распалившись, смело рассказывал Денис. — Это у нас люди в сети прячутся под безликими цифрами IP-адресов и выдуманными никами, — половину не поняла, но ладно, — а тут! Тут же активный(В подпространство есть два вида доступа: активный и информационный. Первый дает право вносить какие-либо изменения, будь то корреспонденция, контактная мгновенная переписка или изменение узловых точек (сайтов). Для получения подобного доступа требуется оттиск, а вот информационный доступ дает возможность только на чтение уже имеющейся информации и, соответственно, никаких разрешений не требует.) доступ в подпространство дается только с оттиска. Представляете, с реального скана реальной ауры! Тут уже не спрячешься за чужим изображением и не назовешь себя Bucefal. Собственно, поэтому они и провалились, ламеры, — хищно усмехнулся парень. — Я на земле и не таких находил, которые через левые серваки коннектились, а уж вычислить этих ящериц в Истарионе труда не составило.

— И что?

— И ничего, — развел руками улыбающийся Дэн. — Сосканировал я всю их хитроумную комбинацию, распечатал и предъявил работничкам с утра в понедельник, то есть в первый день. Они прониклись. В итоге мы сошлись на том, что подобное больше не повторится, а они ближайший год у меня на побегушках, иначе весь компромат ляжет на стол Патрону. Ну там, бутер принести, кофейку, белье у прачки забрать.