Попадалово, или Любовь по-драконьи (СИ) - Ягушинская Вероника - Страница 24

— Откажутся они, как же, — хмыкнула Лин.

— Как же тогда им объяснили отказ?

— А никак, — широко улыбнулась она и начала рассказывать. — Это же отец хотел меня одному из них отдать по просьбе главы их рода, даже на случку однажды водил, как оказалось к Шону.

Линдалу передернуло от отвращения, и я непроизвольно повторила ее движение. Помнила я этого Шона из рода Ширран, такого вряд ли забудешь. Будучи младшим сыном главы рода, претендовать на какую-либо реальную власть, минуя подковерные интриги, он не мог, но это вовсе не означало, что не хотел. Властолюбивый, жестокий, самовлюбленный, эгоистичный — дракон одним словом. Хотя даже для ящеров этот представитель по мерзости характера опережал очень многих. Ко всему прочему Шон еще и внешностью обладал довольно отталкивающей, что для Линды в ее-то юные годы было самым главным его недостатком.

— Да простят мне Ветры святотатство, но, на мое счастье, передать отец меня не успел, погиб буквально накануне, а Шан, уже названный наследником и летевший тогда вместе с отцом, тоже пострадал при покушении и был сильно ранен. Мы вообще сомневались, выживет ли, так его потрепало тем взрывом. Вот и выбрали за неимением иной альтернативы главой рода Свэна. Брат был «несказанно счастлив» — скептически протянула драконица. — Он же всегда был законченный ботан и фанатик от науки, и на власть Свэндал не то что не претендовал, а вообще стремился всячески от нее откреститься, Он тогда даже официальный отказ хотел подписать, но кто ж ему позволит-то! — невеселая усмешка исказила пухленькие губки драконицы.

Видно было, что ей искренне жаль своего старшего брата, который всю жизнь мечтал не о власти, как многие драконы, а всего лишь о карьере ученого и профессора в магической Академии, и мечты эти вполне могли бы осуществиться, потому что Свэн был младшим сыном Даллара, запасным по сути. Его и всерьез-то никто никогда не воспринимал, учитывая довольно мягкий (по сравнению с другими представителями рода) характер и слепое увлечение наукой. Возможно, из него хотели попросту сделать марионетку, которой в случае провала достанутся все шишки, вот только никто не учел, что, несмотря на все его нежелание управлять государством, тихий и мягкий с виду Свэндал, которого за глаза многие именовали размазней, сможет не просто прекрасно с этим справиться, но и поставить на колени целый континент. Вот вам и размазня! Как говорят в народе, кровь — не водица, а кровь Амиррен в особенности.

Мне тогда тоже было жаль Свэндала. В тот вечер, когда ему пришло письмо с известием о гибели отца и требованием немедленно явиться на совет, чтобы представить свою кандидатуру на место главы рода Амиррен и по совместительству правителя Три-десятого государства, на Свэна было страшно смотреть. Этот потерянный, полный отчаяния и боли взгляд я, наверное, никогда не забуду. Весь вечер я просидела у него на коленях, молча обнимая застывшего мужчину, порой мне даже казалось, что я слышу тихий хрустальный звон, с которым разбивались вдребезги его мечты и наша счастливая жизнь.

— Мне просто безумно повезло, что главой все-таки назначили Свэна, — меж тем продолжала свой рассказ Линда, — Шандал бы даже не задумался, отдавать сестру или нет, когда Шон предъявил на меня права, он всегда был таким же как отец, если не сказать, его копией, а Свэн не такой, вернее не был, — поправилась девушка, поймав на себе мой осуждающий взгляд. В те времена узнать будущего Мессира в Свэне было невозможно, но именно того мужчину я и полюбила на свою бедовую голову. Правда тут я сама виновата, что по глупости возомнила себе, будто драконы в эмоциональном плане мало чем отличаются от людей. Кому-то данная ошибка стоила жизни, я же еще легко отделалась — просто разбитым сердцем и поломанной жизнью. Зато какой хороший урок и заодно профилактика излишней наивности и доверчивости, невесело улыбнулась я свои мыслям, вновь возвращаясь к рассказу драконицы.

— Свэн первым делом, когда медальон (У драконов символом власти являлась не корона, а медальон, выточенный из тотемного камня рода) принял, объявил траур по отцу на год, чтобы к нему не лезли со всякими ерундовыми вопросами типа случек и прочего, потому что, когда он, наконец, осознал… — тут девушка на миг запнулась, явно подбирая цензурный аналог тому, что на самом деле собиралась сказать, — свою ответственность, то однозначно понял, что подлое убийство правителя и почти удавшееся устранение его наследника спускать соседям с рук нельзя. Ты же сама понимаешь, тут только дай слабину, и нас бы всех перебили, как куриц, чтобы заполучить наши рудники и шахты. Как раз к тому моменту, как Свэн созрел на ответные действия, Шан слегка оправился, и он уже, будучи хорошим стратегом, помог своему сюзерену, которого, к величайшему удивлению всех глав, признал безоговорочно, развязать полномасштабные военные действия, и по сути продолжить дело, начатое отцом. Признаться, порой мне кажется, что Свэндал даже сам не ожидал, что из этой безумной затеи что-то дельное выйдет, потому что каждый раз, улетая, он прощался со всеми, как будто навсегда…

Повисла пауза, взгляд девушки бессмысленно блуждал по потолку, а мыслями она сейчас была далеко в прошлом, вновь окунувшись в те черные дни, когда Третий континент каждый день рыдал кровавыми слезами. В тот год, что шла война, каждый день гибли чьи-то друзья, отцы, деды, братья и просто мирные жители, которым не повезло оказаться не в то время не в том месте. Драконов проклинали все, и только я не могла. Даже когда ухаживала в лазарете за тяжело раненым братом, все равно не могла, вспоминая пронзительный теплый взгляд черных глаз, в глубине которых плясали бесята, когда он улыбался мне.

— А затем Свэн принес в Истарион визжащую тебя, — озорная улыбка вновь осветила хорошенькое личико драконицы, в котором на миг отразились черты того веселого ребенка, каким я и увидела впервые Линду, — и всем стало опять не до планов и претензий Шона. Да и Свэн к тому моменту укрепил уже свои позиции достаточно для того, чтобы одним своим словом отсрочить передачу понравившейся самки новому господину.

Да, это время я помнила очень хорошо. Непроизвольно и на моих губах заиграла мечтательная улыбка, которая тут же погасла, сменившись наигранно равнодушной миной. Эх, а мне казалось, что те чувства я давно похоронила, но, как выяснилось, не до конца, а жаль!

— На полгода Шону было отказано, — будничным тоном завершила свой рассказ драконица, — а там уже и ты сбежала, и Свэн в пылу гнева, когда этот недалекий индивид сунулся к Мессиру со своими претензиями под горячую руку, просто-напросто запретил Ширрану младшему даже смотреть в сторону женщин Амиррен. Шон, конечно, поорал потом, но уже вне пределов слышимости Свэна, — хихикнула в кулачок Линда. — Но тут он сам дурак! Надо думать, когда к Мессиру со своими претензиями лезть! — мстительно припечатала Линдала и, резко перевернувшись снова на живот, схватила меня за руку. От неожиданности я аж вздрогнула, на что девчонка хитро оскалилась и, подмигнув, спросила, не забыв при этом многозначительно подвигать бровями: — А ты-то как жила все эти годы? Не скучала по нам?

Я глубоко вдохнула и… выдохнула. И что мне ей рассказывать? О том, как первое время еле сводила концы с концами, периодически ночуя на улице? Или о том, как потом выла от тоски, когда жизнь немного наладилась, и у меня появилось время думать не только о том, что бы сегодня поесть, где достать на это деньги и будет ли ночью дождь, потому что спать мне опять негде? Или поведать подруге о том, как, немного успокоившись, я проклинала ее брата за то, что появился в моей жизни, и себя за то, что имела глупость поверить в то, что с драконом тоже можно быть счастливой? Или честно признаться в том, что теперь, после долгих размышлений, я ненавижу все драконье племя, и не желаю иметь ничего общего ни с ней, ни тем более с ее братцем, просто потому что они такие какие есть?

— Ну, Маринка, ты чего? — удивленно округлила глаза Линда, легонько встряхивая меня за плечо. — Все так плохо? — с искренним сочувствием поинтересовалась девушка.