Личный одноклассник (СИ) - Пахоленко Татьяна Александровна - Страница 14

Роман смотрел на меня так обеспокоенно, что я могла только представить, как жалко выгляжу. Но не успел тот отъехать, как чья-то женская ручка активно застучала по пассажирскому стеклу, а затем без позволения женщина резко открыла дверь и закричала:

— Роман, какого… — Жанна Аркадьевна намеревалась отчитать внука, но никак не рассчитывала застать его с девушкой… Да еще в такой пикантной позе… — Здравствуйте! А вы у нас кто?

— Бабушка, это… — Роман было начал отвечать, но она резко заткнула его одним только взглядом.

— Леди сама в состоянии представиться, внучек! — жестко сказала ему Жанна и перевела добрый взгляд на меня.— Кто ты, детка?

— А это моя дочь.— мать, наконец, заметила меня и сделала два шага вперед, присматриваясь посильнее, словно не веря своим глазам.

— А я-то!?.. — наконец, до меня дошло, что я теперь объект всех взглядов, поэтому отряхнулась и вышла из машины, улыбаясь во все зубы, словно ничего не произошло.— Меня Роман подвез до лагеря.

— Это ваш внук? Тот, про которого вы мне рассказывали?! — словно не замечая меня, спросила мама у Жанны Аркадьевны. И когда  она вымученно кивнула, мама тут же расплылась в хищной улыбке и сказала сладким до безобразия голосом: — Ну чего же вы, детки, сразу не сказали, что у вас любовь? Мы бы тогда шум такой в «Зорьке» не подымали… А то уже и директор лагеря срочно едет, разбираться, куда это дети у него пропали. Все только о вас, бестолковые, и говорят!

— Нет, вы не правильно поняли. — Роман, вышедший из машины, искренне рассмеялся новости от моей мамы, что мы вроде как вместе. — Мы не…

— Да! — резко перебила его я, толкнув в бок. — Да, мы пара! Безумная любовь и все такое!.. Хотели побыть наедине… Ну вы знаете эту молодежь… Хи-хи...

Вот и первая в жизни ложь… С почином! Ну так, а что я могла сказать: "Да, я просто так ушла ночью из лагеря" !? И еще рассказать подробно про кавказцев, что бы добить собравшихся! Так что выбрала наиболее оптимальный вариант… И наименее травматичный для меня. Я так-то сразу поняла, что мама, которая всю жизни искала мне жениха побогаче, заприметила Романа и, возможно, наказание станет не таким суровым если такая маленькая деталь его смягчит.

Так что взяв ничего не понимающего парня за руку, я с вымученной улыбкой посмотрел на «родственников»:

— Мама, а я телефон разбила…

— Не важно… — мечтательно сказала женщина и сложила руки на груди. Ее взгляд прошелся по шикарной желтой машине Романа, затем по его бабушке, украшенной украшениями, как новогодняя елка, а после чего переместился на массивные часы на руке дедушки, наверняка стоящие целое состояния. Ее дочь вытянула счастливый билет и она то ей его упустить не даст! — Это уже совершенно не важно…

Часть 10

Моя мать, Миронова Тамара Васильевна, была очень прагматичной женщиной. В восемнадцать лет она выскочила замуж за декана лучшего университета страны, отбив его у жены-ровесницы. Но ему мои папой стать было не суждено, так как едва декан ввел ее в свою элитную тусовку, Тамара сразу нашла себе молодого и перспективного ученого, да еще и с родителями при деньгах. Выбор был сделан, и посему бросив старого декана она быстренько забеременела от молодого ученого. Ну, и как тут не женится?! Поначалу женщина скрывала свой характер и прорастала корнями в знаменитой семье стоматологов. Родители ученого ее очень любили, и поэтому искренне не понимали, чем он не доволен. Маму это только подзадоривало, так что она вконец свесила ножки с шеи мужа и загнала его под каблук. Но мой отец был не из тех, кто соглашается на все и со всеми! Первая попавшаяся согласная студентка-практикантка (из вуза, где он читал скорее из удовольствия, а не по нужде) стала его женой. Теперь мужчина больше не хотел детей, а просто жил в свое удовольствие, абстрагировавшись от родителей и мамы, которые постоянно его пилят. А за одно и меня…

— Тебе так повезло, дочь! — шепнула мне Тамара, когда мы шли в кабинет директора. — Держись за него зубами!

Я точно знала, что Жанна Аркадьевна услышала этот мамин выброс адреналина и поэтому налилась краской как помидор. Мало того, что все теперь будут думать, что я и Роман крутим-мутим, так теперь его бабушка считает, что это ради возможности погонять на желтой спортивной машине! Супер, блин!

— А теперь, Рома и Инна, расскажите, пожалуйста, каким образом и, главное, зачем вы сбежали из «Зорьки»!? — мужчина лет шестидесяти сидел в большом коричневом кожаном кресле и нервно теребил в руках ручку. Его ноздри были раздуты, лицо покрасневшим от напряжения, а так же изо рта несло дорогим коньяком. Южный загар очень красноречиво говорил нам, что директора потревожили в самый неподходящий момент и теперь он никак не хотел слышать оправдания трех взрослых, а лично хотел бы задушить двух детей, обломавших ему всю малину. — Молчать нужно было раньше! А сейчас говорите!

— Это я виноват. — Роман серьезно встал и посмотрела прямо в глаза доведенному до нервного тика директору лагеря. — Инна не хотела убегать, а я ее склонил к этому. Так что пусть все наказание ляжет на меня.

Я с внутренним трепетом посмотрела на Романа и что-то в душе кольнуло, только вот не успела я обрадоваться самоотверженности парня, как директор громко рассмеялся, бросив на него насмешливый и, в тоже время, убийственный взгляд:

— Молодец, что признался. Именно поэтому наказание у тебя будет не таким строгим. Можешь остаться в лагере, но условия тебе объяснят позже. — затем он смерил меня холодным, полным ненависти и презрения взглядом. — А ты ответишь по полной! Родители не учили тебя слушаться старших?! Если дяденька вожатый говорит тебе, что НЕЛЬЗЯ выходить за пределы лагеря одной, то ты и не выходишь! Это так сложно понять?!

— Не кричите на нее! — внезапно заступилась за меня мать и я, не скрывая удивления, обернула к ней свой взгляд. — Она еще ребенок и первый раз в лагере. Инна совершенно необщительная и нелюдимая… А тут сразу мальчика себе нашла! Нужно же нам за нее порадоваться, а не ругать!?.. Ведь правда, родственница? — мама задорно пихнула Жанну Аркадьевну в бок и та чуть не упала со стула.

И вот к чему мы приехали… Снова возвращаемся к тому, с чего начали… Что бы я не делала, чем бы не занималась и куда бы не стремилась — я все равно нелюдимая и не такая. Только вот раньше это не задевало меня так сильно, как сейчас… Рома, смотрящий на меня таким сочувственный и сопереживающим взглядом, буквально разбивал мое сердце. Нет, он не должен думать обо мне как о размазне! Ведь я так отчаянно доказывала ему обратное, а затем приехала Тамара и разрушила эту хрупкую крепость из карт…

— Короче говоря, для вашей дочери только один вариант — на выход! — смотреть стало невозможно из-за надвигающихся слез, но я уловила волну ненависти директора так остро, будто она была осязаема. — Собирайте вещи и забирайте с собой эту разбалованную девку. Скажите спасибо, что в этом году все неустойки за подобного рода баловство отменены! Что бы глаза мои ее не видели!

Больше терпеть унижения я была не в силах и поэтому выбежала до того, как мама начала требовать возвращение денег. Сев на стул в длинном и мрачном коридоре, я все же разрыдалась, но внезапно хлопнувшая дверь, заставила меня перепугано обернутся.

— Так странно… — сказала я Роману, который без слов сел рядом и притянул меня к себе, успокаивающе подлаживая по голове. — Еще вчера я бы все отдала, что бы вернутся обратно в Дарницу, а теперь от одной мысли меня трясет… — внезапное чувство полного одиночество настигло меня, заставив оторваться от парня и заглянуть ему в глаза с чувством полной безысходности. — Рома, я не хочу домой к маме… Я долго с ней не выдержу…

— Ты не поедешь! — уверенно процедил он сквозь зубы и снова притянул меня к себе.— Я тебе обещаю!

Дверь хлопнула снова и из нее вышли Жанна Аркадьевна и Валерий Аркадьевич. С перепугу, я моментально отскочила от Романа на три стула и отвела взгляд, что бы те не увидели мое распухшее лицо.