Распутин. Тайна его власти - Хереш Элизабет - Страница 75

Самое потрясающее: смерть наступила только после утопления. Как такое возможно? Учитывая этот факт, а также обстоятельства отравления и расстрела Распутина, его смерть до сих пор обставляется мистическим явлением, произошедшим под воздействием сверхъестественных сил. Настало время найти объяснение с точки зрения современной судебной медицины, поскольку загадкой убийства Распутина уже давно занимается традиционная медицина. Она приходит к следующему заключению:

1. Речь шла о цианистом калии, а не об аспирине, как впоследствии утверждал принесший яд, это видно по тем симптомам, которые продемонстрировал Распутин, попробовав отравленную выпечку, и которые совпадают с первыми классическими признаками отравления: головная боль, тошнота, жжение на языке и в горле, замедление дыхания, чувство страха, нервозность с выпучиванием глаз — переход ко второй фазе воздействия.

2. Обычно отравленный человек падает через несколько минут замертво, так как энзим яда блокирует дыхательный энзим. Из-за парализации дыхания наступает смерть. То, что у Распутина дело обстояло по-другому, объясняется в первую очередь тем, что чрезвычайно чувствительный к хранению цианистый калий (цианид калия) был недостаточно свежим. При длительном или неправильном хранении цианид калия (KCN) окисляется до цианата калия (KCNO) и теряет свою способность к образованию ядовитого агента — синильной кислоты. Этот процесс и связанное с ним уменьшение действенности яда сопровождалось, очевидно, механохимической реакцией, которая началась при растирании кристаллов за несколько часов до употребления смешанной с ним выпечки.

3. С этим связан и вопрос о количестве яда, которое было бы необходимо для умерщвления Распутина. На основе того факта, что уже 66 мг цианистого калия (это соответствует 27 мг синильной кислоты) — полулегальная доза (то есть количество яда, которое в 50 % случаев приводит к смерти), количество от 150 мг до 250 мг цианистого калия, в зависимости от веса тела, считается заведомо смертельным. Рост Распутина составлял один метр восемьдесят два сантиметра. Ему было сорок семь лет. Он весил не менее девяноста килограмм. Для него летальная доза предположительно должна была составить 250 мг, а учитывая его регенерационную способность, которая была выше среднего, даже 350 мг. Если исходить из того, что средство «выветрилось», то количества данного средства должно было быть намного больше, чем обычно, чтобы ядовитого вещества оказалось достаточно для смертельного действия.

4. При расщеплении яда большую роль играют химические реакции, воздействующие на желудочно-кишечный тракт. Яд действует обычно через всасывание в желудке, причем синильная кислота высвобождается соляной кислотой, входящей в желудочный сок, что предполагает наличие среднего количества соляной кислоты.

Ее, по мнению большинства ученых, было недостаточно у Распутина — речь идет о «синдроме ахилии». Поэтому в случае крайней нехватки соляной кислоты яд не был воспринят совершенно, или — при ее недостаточном количестве — лишь в незначительном объеме. Поэтому он не имел действия вообще, подействовал лишь частично или его действие распространялось слишком медленно, хотя «в обычных случаях» хватает пятнадцати минут.

5. Побочные условия, такие как состояние и питание отравленного, также играют важную роль при рассмотрении данного вопроса. Предпочтения в еде Распутина дают право предполагать, что химический состав его тела не благоприятствовал принятию яда. Наличие большого количества метгемоглобина, который используется как противоядие к цианистому калию, полностью обезвреживает небольшие количества последнего. Вода с большим содержанием нитритов также противодействует восприятию ядовитого вещества. Кроме того, определенные возбуждающие аппетит средства, как, например, чеснок, который очень любил Распутин, способствуют тому, что съеденные продукты лучше «перевариваются». Поэтому использованный яд лучше выводится из организма.

6. Эти объяснения применимы и к раствору цианистого калия. Особенно, если он был не совсем свежим, и условия для его усвоения были недостаточно благоприятными, он мог не оказать достаточного действия.

7. Почему яд даже при вскрытии не был обнаружен, имеет два объяснения. 1) С точки зрения химии: быстрое растворение и последующая «смерть» яда в биологическом материале. Это означает, что в мертвом теле он очень быстро разлагается и его наличие нельзя подтвердить. 2) Вмешательство в ход следствия: царица по непонятным причинам приказала ровно в час ночи прекратить вскрытие и привезти труп.

Вывод: огрубевший, покоробившийся материал, синдром ахилии и анацидность — (пониженная кислотность желудочного сока) лишили яд действенности. А выстрелы?

1. Использованное огнестрельное оружие браунинг (Юсупова) и соваж (Пуришкевича) конструкции тех лет, приблизительно 1910 года, малокалиберное (браунинг калибра 6,35). Ни одна пуля не прошла навылет. Тем самым подтверждается малая эффективность данного оружия.

Не лишне рассмотреть направление выстрелов. Первый выстрел Юсупова пришелся в нижнюю часть грудной клетки (и задел желудок и печень, как показало вскрытие). Не была затронута жизненно важная область этих органов, что привело бы к моментальной смерти.

Следующий выстрел из соважа в спину не имел раневого баллистического эффекта. Что касается выстрела в лоб, то выстрел производился наискось. Пуришкевич стрелял в лежащее на земле тело, и это, очевидно, привело к тому, что выстрел не привел к серьезному повреждению мозга, и тем самым, и выстрел в голову не повлек за собой мгновенной смерти[82].

На теле найден также маленький золотой крест, на котором выгравировано «Спаси и сохрани», а также браслет из золота и платины с гравировкой «Н», короной и двуглавым орлом. То и другое, а также рубашку затребовала царица.

Гроб с телом для прощания был установлен в богадельне госпиталя. Некогда друживший с Распутиным епископ провел отпевание.

Царица распорядилась, чтобы доверенное лицо Распутина, сестра милосердия Акулина Лаптинская, обмыла труп и послала новую рубашку и черные бархатные брюки, чтобы одеть его. Молодая женщина занималась этим почти всю ночь и была совершенно разбита.

Все это происходило в строжайшей тайне, чтобы не допустить присутствия любопытных или посетителей, а также тех, кто хочет увидеть Распутина мертвым или тех, кто его почитал и хотел бы попрощаться с ним, а также, кто возмущен его деятельностью настолько, что готов был линчевать даже труп.

Когда царь вернулся в Царское Село, был поставлен вопрос о погребении. Из соображений осторожности, чтобы избежать большого скопления народа, министр внутренних дел распорядился распространить слух, будто труп Распутина уже отвезли в его родное село. Комендант дворца, генерал Воейков действительно ратует за перевоз трупа Распутина для погребения в его родную деревню.

Сам Распутин не оставил никаких распоряжений на этот счет, несмотря на возможные предчувствия, свидетелями которых задним числом захотели стать многие его современники. Он, несмотря на богатство, не позаботился даже о том, чтобы обеспечить жизнь своим детям, живущим в Петербурге. Когда Мария в первый день после его исчезновения открывает письменный стол, то ничего там не находит: «Когда мы искали деньги на каждодневные расходы, мы не могли ничего найти. Даже в самом нижнем ящике, где отец хранил мое приданое, больше ничего не было.

Оказавшись полностью без средств, я позвонила (банкиру) Ники Рубинштейну и Симановичу (также управляющему имуществом и акциями Распутина) и спросила, какие суммы размещены в банке и каков размер находящегося в управлении капитала, которым распоряжался за отца Рубинштейн. Оба ответили, что нет ни денег, ни капитала. За исключением того, что нам подарил царь, и нашего дома в Покровском, у нас ничего не было…»

Царь, не раздумывая, дает обоим детям Распутина сумму в 150 000 рублей (для сравнения: арендная плата за год за городскую квартиру Распутина с пятью комнатами составляла две-три тысячи рублей) и говорит, что, кроме того, будет заботиться об их образовании. Принимая детей Распутина у себя по возвращении, государь ставит их в известность об этом, а также заверяет в своих соболезнованиях и поддержке.