Библиотека мировой литературы для детей, том 42 - Дюма Александр - Страница 165

— Ну вот, и они тоже отказались! — сказал д’Артаньян.

— Да потому, милый друг, что никто не заслуживает этого больше вас.

Он взял перо, вписал имя д’Артаньяна и подал ему грамоту.

— Итак, у меня не будет больше друзей, — сказал юноша, — и, увы, не останется ничего больше, кроме горестных воспоминаний!

Он поник головой, и две крупные слезы скатились по его щекам.

— Вы молоды, — ответил Атос, — и ваши горестные воспоминания еще успеют смениться отрадными.

Эпилог

Ла-Рошель, не получая помощи английского флота и войск, обещанных Бекингэмом, сдалась после годичной осады. Двадцать восьмого октября 1628 года была подписана капитуляция.

Король совершил свой въезд в Париж 23 декабря того же года. Ему устроили торжественную встречу, точно он возвращался после победы над врагом, а не над французами. Он въехал через увитую цветами и зеленью аркаду, сооруженную в предместье Сен-Жак.

Д’Артаньян принял пожалованный ему чин лейтенанта. Портос оставил службу и женился в следующем году на г-же Кок- нар: в вожделенном сундуке оказалось восемьсот тысяч ливров.

Мушкетон стал щеголять в великолепной ливрее и достиг величайшего удовлетворения, о каком он мечтал всю жизнь: начал ездить на запятках раззолоченной кареты.

Арамис, совершив поездку в Лотарингию, внезапно исчез и перестал писать своим друзьям. Впоследствии стало известно через г-жу де Шеврез, рассказавшую об этом двум-трем своим любовникам, что он принял монашество в одном из монастырей Нанси.

Базен стал послушником.

Атос служил мушкетером под начальством д’Артаньяна до 1631 года, когда, после поездки в Турень, он тоже оставил службу под тем предлогом, что получил небольшое наследство в Русильоне.

Гримо последовал за Атосом.

Д’Артаньян три раза дрался на дуэли с Рошфором и все три раза его ранил.

— В четвертый раз я, вероятно, убью вас, — сказал он, протягивая Рошфору руку, чтобы помочь ему встать.

— В таком случае, будет лучше для вас и для меня, если мы на этом покончим, — ответил раненый. — Черт побери, я к вам больше расположен, чем вы думаете! Ведь еще после нашей первой встречи я бы мог добиться того, чтобы вам отрубили голову: мне стоило только сказать слово кардиналу.

Они поцеловались, но на этот раз уже от чистого сердца и без всяких задних мыслей.

Планше получил при содействии Рошфора чин сержанта гвардии.

Г-н Бонасье жил очень спокойно, ничего не ведая о том, что сталось с его женой, и нимало о ней не тревожась. Однажды он имел неосторожность напомнить о себе кардиналу; кардинал велел ему ответить, что он позаботится о том, чтобы отныне г-н Бонасье никогда ни в чем не нуждался.

Действительно, г-н Бонасье, выйдя на следующий день в семь часов вечера из дому с намерением отправиться в Лувр, больше уже не вернулся на улицу Могильщиков; по мнению людей, по-видимому хорошо осведомленных, он получил стол и квартиру в одном из королевских замков от щедрот его высокопреосвященства.

Послесловие

— Господин Дюма, где вы берете сюжеты для своих многочисленных произведений? — нередко спрашивали писателя.

— Отовсюду, где только могу, — отвечал прославленный автор.

И это действительно было так. Под его пером оживали исторические хроники, он умел вдохнуть жизнь в старинные легенды, воскрешал забытые мемуары, написанные в разные эпохи. Неутомимый разыскатель увлекательных сюжетов, А. Дюма в поисках «возбудителя воображения» странствовал по бесчисленным страницам словарей, трудов по истории, сборников исторических анекдотов.

Однажды, в 1843 году, Дюма рылся в книгах королевской библиотеки, подыскивая, как сообщает он сам в предисловии к «Трем мушкетерам», материал по эпохе Людовика XIV. Случайно в руках у него оказались четыре тома «Воспоминаний господина д’Артаньяна», выпущенных Пьером Ружем в Амстердаме в 1704 году. На самом деле такого издателя не существовало, обычно под этим псевдонимом типографы того времени при необходимости скрывали свое настоящее имя. Это было второе издание из трех аналогичных, единственное, снабженное портретом д’Артаньяна.

Со старинной гравюры смотрел незнакомец в военных доспехах. Худощавое энергичное лицо обрамляли волнистые, ниспадающие до плеч волосы. Весь его облик казался необыкновенным, особенно глаза, пронзительные и умные. С лукавым прищуром они глядели на читателя, как бы говоря: «Познакомьтесь с моим правдивым жизнеописанием, н вы убедитесь в моей исключительности».

Писатель, по собственному его признанию, решил более тщательно изучить четыре тома, выпущенные Пьером Ружем. Это оказались беглые зарисовки событий и нравов минувшей эпохи — середины семнадцатого столетия, сделанные, несомненно, очевидцем. Полностью название книги звучало так: «Воспоминания господина д’Артаньяна, капитана-лейтенанта первой роты королевских мушкетеров, содержащие множество частных и секретных сведений о событиях, которые произошли в царствование Людовика Великого».

Судя по названию, автором этих мемуаров был д’Артаньян. Однако в них не было ни слова, написанного самим мушкетером. Сочинил их некий Гасьен де Куртиль де Сандра. И хотя он знал д’Артаньяна лично, это отнюдь не давало ему права выступать от имени мушкетера. Но Куртиль де Сандра не стеснялся брать слово за своих современников, издавая под их именами подложные мемуары. Он был плодовитым и довольно ловким мистификатором. Его бойкому перу принадлежит, как пишет современный французский литературовед Жильбер Сиго в предисловии к сочинению Куртиля де Сандра, вновь изданному в Париже в 1965 году, более дюжины «воспоминаний» многих знаменитостей.

На страницах этих мемуаров и произошла встреча Александра Дюма с д’Артаньяном. Правда, это был далеко не тот герой, которого все мы знаем и любим. Писателю предстояло приложить много усилий, помножить труд на талант, чтобы создать обаятельный образ мушкетера д’Артаньяна, превратить авантюриста, служаку-солдата, каким его нарисовал Куртиль де Сандра, в легендарного героя, «который по своему поразительному мужеству был равен храбрейшим воинам, а своей хитростью и умом превосходил всех дипломатов».

Приключения мушкетера, о которых рассказывал Куртиль де Сандра, показались А. Дюма прекрасной основой для авантюрного повествования. Он погрузился в источники. По его собственным словам, без устали изучал исторические материалы, читал мемуары других свидетелей минувшего времени.

И вскоре под пером писателя история ожила.

На сцене появляются три славных мушкетера, три храбреца, три друга — Атос, Портос и Арамис. Они служат под начальством благородного командира де Тревиля.

Все это были подлинные персонажи. Имена их А. Дюма встретил в книге Куртиля де Сандра. Но там они отнюдь не являлись героями повествования, о них лишь упоминалось, говорилось, что это были якобы двоюродные братья. Зато в других исторических источниках писатель нашел более подробные сведения об этих персонажах. Он узнал, что де Тревиль, ранее известный просто как Арно-Жан Дю Пейре, был сыном торговца из Олорона — городка в Беарне, где и родился в 1596 году. Откуда же у него появилось пышное имя — граф де Тревиль?

Маленькое владение Труа-Виль («Три города»), расположенное около Олорона в долине Суль, разделено на три равные части. Чуть поодаль и сегодня здесь стоит роскошный замок. После того как Арно-Жан Дю Пейре купил замок и земли вокруг него, он стал именовать себя, как дворянин, де Труавилем, а несколько позже изменил это имя на более благозвучное— де Тревиль. Но его честолюбие не было удовлетворено: он мечтал служить в роте королевских гвардейцев. И де Тревиль добился этого. В 1625 году он стал мушкетером, а со временем (в 1634 году) занял, как тогда говорили, «самую завидную должность в королевстве» — должность командира мушкетеров и объявил себя графом. Теперь его звали Арман- Жан де Пейре, граф де Тревиль.