Цикл Молокин 1-3 (ЛП) - Фостер Алан Дин - Страница 92

Взор Вильямса был прикован к образованиям на потолке.

- Мы прошли сквозь пояс льда и вышли к настоящему острову. Должно быть, над нами теперь сто или двести метров твердого льда.

Испуганные возгласы и почти детский плач раздались под сводами пещеры. Кое-кто упал на колени, начав возносить молитвы своим богам в надежде, что те помилуют их. Этан заметил на нескольких пушистых лицах выражение смирения и предчувствия смерти.

Даже всезнающий и не верящий ни в какие предрассудки Ээр-Меезах дрожал от страха. Одно дело - отмахиваться от историй и легенд о невероятных местах, считая, что их выдумывают для воспитательных целей - пугать детей. И совсем другое - встретиться с легендой лицом к лицу.

Балавер Лонгакс, величайший из генералов Софолда, поспешил объявить:

- Все мы погибнем.

- Не раньше, чем нам придется пускаться вплавь. - Привычка Септембера встречать опасность с чувством юмора не оставила его и теперь. И, чем больше была угроза, тем менее почтительными были его замечания. Он вышел из туннеля и осторожно приблизился по льду к самой кромке воды. - Может, для вас это и ад, но вот мне почему-то нравится, как здесь тихо, какой здесь простор.

К своему удивлению, Этан обнаружил, что и его бьет дрожь. Но слова гиганта вернули ему нормальное самочувствие. Ведь это траны представляли ад именно таким, а не он. Это было всего-навсего холодное и темное место.

Крепко держа факел, он последовал за Септембером. Взгляд, брошенный над поверхностью воды, различил впереди лишь жидкую тьму. Было похоже, словно он смотрел вверх, в ночное небо, а не вниз, в неизмеримые глубины первобытного океана. И, подобно ночному небу, это подземное море так же переливалось и сверкало своими звездами и туманностями.

Тысячи крохотных светящихся созданий сновали и мелькали в чернильно-черной воде. Зеленые, ярко-розовые, ярко-желтые, алые, вишневые - все вообразимые цвета кружились и сверкали в этом небольшом мирке. По сравнению с этим величественным океаном, где каждое создание, независимо от своих размеров, сияло как драгоценные камни, атмосферный мир наверху казался пустым и скучным.

Этан увидел, что еще одна фигура приблизилась к нему, но не мог отвести глаз от переливающейся палитры жизни.

- Как же они могут жить здесь, Миликен, здесь, подо льдом?

- Возможно, здесь есть растительность, медленно выделяющая кислород, или газы от деятельности вулкана. - Учитель пожал плечами. - Очевидно, этого достаточно, чтобы поддержать такое многообразие форм жизни.

- Как это прекрасно! - Этан круто повернулся. Эльфа стояла позади них, застенчиво любуясь стеклянистой темнотой. Она робко улыбнулась Этану. Он не мог не улыбнуться ей в ответ. Она еще не совсем пришла в себя, но шок уже прошел.

Его взор скользнул к сверкающим сосулькам, фальшивым сталактитам, к колоннам, что преломляли свет факелов, разбивая его на тысячи мерцающих огней, ни один из которых, однако, не мог сравниться по разнообразию и красоте с плавучими драгоценностями - прекрасными подводными обитателями. До чего же изумителен Гадес, подумал он, если только создан он не в твоем воображении. К тому же здесь стояла хоть и прохладная, но ровная температура, а ветра и вовсе не было.

Водоворот светящейся жизни неистово сверкал в слабом голубом свете его излучателя. Он направил свет вниз, пронзая воду на глубину нескольких метров. Впечатление было такое, словно излучатель испускал луч не света, а вакуума, притягивая из глубин все более фантастические создания.

Вдруг вода закипела, и все, спотыкаясь и падая, отпрянули назад.

Этан увидел пасть. Она переливалась сказочными огнями. Рубины, изумруды, турмалины, топазы, разноцветные минералы, словно сияли в пещере с драгоценностями внутри нее. Стекловидные ряды, как сталактиты и сталагмиты, соединяли челюсти. Черная, гладкая плоть складками свисала вокруг пасти. Морда, широкая и жирная, напоминающая жабью, с единственным глазом-маяком - цвета киновари - над сверкавшей драгоценностями пастью.

Чудовище было вызвано из глубин ярким светом Этана. И как ни смелы были моряки, некоторые из них потеряли сознание от ужаса. Другие же забыли о дисциплине, торопясь скорей вжаться назад, в туннель.

Септембер и Вильямс уже вели по чудовищу огонь из излучателей, настроив свое оружие на более яркий и убийственный свет, чем у Этана, пока тот лихорадочно старался перестроить свой излучатель. Каждый раз, когда голубые лучи настигали это порождение, казалось, кошмарной галлюцинации, оно издавало громоподобный рык. Люди вели огонь, стараясь одновременно отступить назад, в туннель.

Циклопическая пасть поднялась над водой до самого потолка и, пригибаясь, устремилась к ним. Но несколько выстрелов доконали чудовище. Туша рухнула на лед с грохотом, раскатившимся по всей пещере, наполнив воздух хлюпаньем, всхлипами. Зверюга лежал неподвижно, его кварцевые зубы сверкали в свете факелов, а единственный круглый глаз с крошечным зрачком слепо уставился на них.

Из туннеля все еще доносились вопли и крики, однако Гуннар вытащил из ножен свой меч и закричал, пробираясь сквозь охваченную паникой толпу:

- Трусы из Софолда! Демон мертв, он убит световыми ножами наших друзей, а ведь они вполовину меньше вас! - Безумное отступление назад замедлилось и остановилось. Выкрики сменились вопросительным бормотанием. - Когда вы кончите хныкать, можете присоединиться к нам.

Он убрал меч в ножны и специально заскользил вниз на самой большой скорости, показывая всем пренебрежение любой опасностью, которая могла поджидать его в пещере.

Постепенно моряки последовали за ним. Они останавливались у самого выхода из туннеля, чтобы, словно в бреду, увидеть адское чудовище, лежавшее на льду. От того, что тело едва равнялось трети головы, монстр не казался менее страшным или хоть сколько-нибудь смешным.

Проявляя полное безразличие к возможным посмертным судорогам, Септембер вразвалку подошел к созданию, которое Ээр-Меезах уже окрестил “каланкатхт” (что в переводе с языка транов приблизительно означало “Тварь-У-Которой-Есть-Зубы-И-Совсем-Нет-Хвоста”). Он засунул голову в разверстую пасть. Мороз уже сковал чудище, но его верхняя челюсть все еще возвышалась на целый метр над складчатой головищей.

Прозрачные зубы хотя и были в среднем около двух метров длины, оказались не толще человеческого пальца. В пасти, походившей на сверкающий зал, таких зубов виднелись сотни. Короткие и хрупкие на ощупь плавники выдавались со спины и боков, а плоский тупой хвост был поставлен вертикально, чтобы помогать при плавании и управлении этой колоссальной тушей. Зверь не мог бы очень быстро преследовать свою добычу, но в его глотке разместилось бы пол-океана.

Вильямс осматривал тушу, позабыв обо всем, как и полагается настоящему исследователю, однако, сильно веря в возможность длительного независимого сохранения некоторых мускульных функций, он предпочел не приближаться так близко к челюстям, как это сделал Септембер.

- Глаза, рот и желудок. Ничего лишнего, никаких лишних органов. - Он перешел к другой стороне кошмарного видения и скрылся.

Этан и Гуннар присоединились к Септемберу, заглядывая в разинутую пасть.

- Что может быть естественнее - ведь в аду должны быть дьяволы?

Рыцарь нерешительно наклонился и дотронулся до мокрой черной кожи:

- Значит, ты тоже веришь, что это демон подземного мира?

- Сква любит шутки, - сказал Этан. - В глубинах морей моего родного мира живут похожие низкоорганизованные и совершенно не демонические существа. Некоторые из них по размерам больше этого, хотя и не выглядят так фантастически.

Жизнь покинула тело, и фосфоресценция вокруг пасти и на боках начинала угасать, исчезая вслед за жизнью.

- А это вода. Часть вашего жидкого океана, такая же вода, из которой состоит лед над нами, тот лед, по которому вы скользите, и который окружает Софолд. - Этан дотронулся своим факелом до пола и попробовал растаявшую воду. - Это жидкий лед, такой же, как тот, что вы пьете на борту корабля или дома в Уонноме.