Цикл Молокин 1-3 (ЛП) - Фостер Алан Дин - Страница 176

- Ни слова об этом, мой друг.

Септембер посмотрел вперед, потом оглянулся.

- Тебе не удастся справиться с этим, если мы будем мешать.

- Это место не хуже, чем другое, подходит для того, чтобы умереть, - непринужденно ответил рыцарь. Потом, не смущая больше Септембера, он остановился позади саней.

Этан положил руку на рукоятку меча. Он отчаянно вглядывался в темноту, но не мог определить, сколько народу бросилось за ними. В любом случае, их было не меньше двадцати.

Что-то ударило Септембера в висок, и он упал, как подрубленный.

Этан повернулся, встревоженный.

- Сква! Вы ранены?

- Утешьтесь, приятель, - великан приподнялся на локте и ощупал голову. - Жжет. Хорошо, что шлем оказался крепким. Чертовы стрелы.

Этан наклонился ближе и увидел вмятину в металле прямо надо лбом. Если бы Септембер был траном, то потерял бы ухо.

Преследователи были уже достаточно близко, чтобы Этан мог их подробно разглядеть. Было жутковато наблюдать, как они медленно подбираются ближе и ближе.

Несколько воинов держались позади. Они размахивали мечами и топорами, стараясь бежать и драться одновременно.

Один из преследователей метнул вперед длинную пику, ранив в руку софолдского воина. Дикарь толкнул его, и воин, потеряв равновесие, упал на лед. Он растворился во тьме, а они продолжали мчаться вперед.

Один из бродяг добрался до кормы. Он схватился за дерево, забросив вперед копье. Септембер опустил меч - он забыл свой тяжелый топор в замке. Толстое древко копья разлетелось на щепки. Противник выругался, подняв остаток деревянной рукоятки. Септембер парировал его удар и сильно ранил его в предплечье. Тот отпрыгнул на лед, зажимая кровоточащую руку.

Толпа позади саней росла. Один из воинов в упряжи упал и повис мертвым грузом. Другим никак не удавалось освободиться от него. Становилось невозможным драться и поддерживать скорость одновременно.

Теперь они приближались к воротам гавани. Этан быстро сделал в уме некоторые подсчеты. Они ни за что не успеют спастись. Прежде, чем они доберутся достаточно близко, их настигнут. Может быть, в конце концов до Арзудуна смогут добраться только Вильямс и дю Кане.

Один из бродяг появился внезапно и запрыгнул на судно. Этан неуклюже взмахнул мечом, но тот лишь скользнул по доспехам противника. Широкоплечий мускулистый здоровяк бросился на Септембера с ножом, и они сцепились на раскачивающихся санях. Противник пытался столкнуть великана на лед.

Этан отчаянно бросился вперед. В самый последний момент он сумел схватить Септембера за ногу и удержать от падения. Краем глаза, который заливало потом, он увидел, как еще один дикарь подбирается к борту саней, с копьем наготове.

Он судорожно решал, отпустить ему Септембера, вступить в бой или понадеяться на свои доспехи, которые должны выдержать первый удар, как вдруг что-то ударило дикаря с такой силой, что он почти развалился на две половины. Через долю секунды их окружило множество воинов.

Септемберу, наконец, удалось освободиться от своего противника и спихнуть его с саней. Он измученно улыбнулся Этану.

- Что происходит? - недоуменно спросил Этан.

- Ну и здоровый же был парень! - задыхаясь, сказал великан. - А эти, должно быть, из города.

Да, теперь и Этан узнал доспехи софолдских войск, которые одной яростной атакой разгромили и разметали преследователей. Минутами позже они ринулись под цепь у ворот гавани и оказались в ее холодной утробе. Ветер превратился в бурю. Вконец измученный, Этан упал на сани, не заботясь о том, что он мог свалиться. Он стянул с себя неудобный дикарский шлем и забросил его далеко на лед.

Он лежал там все время, пока они медленно двигались к пирсу ландграфа и ночной толпе, издававшей приветственные крики. Пока народ что-то там выкрикивал и распевал, он таращился на чужие звезды и пытался догадаться, под которой из них находится его дом.

Когда они наконец причалили и сам ландграф вышел к ним с приветствием, даже Септембер не мог бы объяснить, почему плачет Этан.

- Они долго еще сюда не сунутся, - прокомментировал Септембер.

Его раны и ссадины были заботливо перевязаны, и теперь, через несколько дней после их отчаянной вылазки, он выглядел посвежевшим.

Никакой активности бродяги не проявляли. Может быть, вопреки ожиданиям Гуннара, они готовились к осаде?

Прошла почти неделя. Этану было так же скучно, как любому Софолдскому дозорному из тех, что целыми днями сидели на стене, уставясь на лед.

Он стал учиться играть в “сил” - местную игру, похожую на шахматы. Эльфа взялась быть его наставницей, и он позволил ей это, предупредив, что сил - ед_инс_твенн_а_я_ вещь, которой они оба могут заняться.

Однако Колетта постоянно прерывала их занятия, то предлагая прогуляться, то проверить, каких успехов она добилась в языке, то еще по какому-либо поводу. А иногда она делала вид, что увлечена игрой. Стоя позади него, она низко наклонялась над его плечом, как бы захваченная баталией на доске.

И поскольку она не носила платья, сшитого из местных тканей, а ее спецкомбинезон был сильно потрепан, то внимание Этана всякий раз было отвлечено вещами, о которых не принято говорить в приличном обществе. И, заметив это, Эльфа немедленно прекращала игру и гневно удалялась.

Говоря откровенно, он не совсем понимал, что происходит. Но и не слишком над-этим задумывался. Ему не совсем нравилось, как развиваются события, но что он мог с этим поделать? К тому же это ему немного льстило.

Но сегодня Септембер зашел за ним в местную библиотеку - очаровательное место, где он посиживал, разглядывая редкие иллюстрации в книгах. Он немедленно поднялся, увидев выражение лица своего друга. Они направились в ту часть замка, где Этан бывал редко.

- Что случилось, Сква? Почему у вас такая кислая мина?

- Гуннар как-то сказал, что не может представить наших мстителей, долго сидящими без дела. Он оказался прав. Они и не сидели. Они работали, как проклятые, круглые сутки.

- Да? Над чем? - приятели повернули за угол и начали подниматься по лестнице. - Еще одна катапульта?

- Ох-хо-хо. Гуннар говорит, что им потребуются месяцы, чтобы восстановить нечто подобное. Я видел эту штуку, я теперь я ему верю. Нет, такое впечатление, что этот Саганак приготовил нам другой сюрприз, и нам чертовски повезло, что мы обнаружили это. Хотя в любом случае, я не знаю, что нам делать.

Этан был очень огорчен пессимизмом великана. Тогда - во время битвы - он был самой уверенностью в океане хаоса. Сейчас его слова звучали более обескураженно, чем когда-либо.

- Откуда вы узнали об этом “сюрпризе”? - наконец спросил Этан.

- Колдовской телескоп, - раздался короткий ответ.

Они еще раз повернули за угол, и оказались перед апартаментами старого ученого-волшебника.

Его комната не изменилась с тех пор, как Этан однажды посетил ее, и все так же воняла. Гуннар ждал их, лицо его было таким же мрачным, как у Септембера. Как у Вильямса.

Этан почти не видел школьного учителя с тех пор, как началось сражение. Они проходили мимо друг друга по коридорам и случайно встречались за трапезой. Но чем лучше они узнавали язык и людей Уоннома, тем слабее становилась необходимость держаться рядом с себе подобными. Этан предполагал, что учитель находится в литейной, помогая транским ремесленникам в жизненно важном для них деле изготовления арбалетов и стрел к ним. Он был слегка удивлен, увидев его здесь.

- Похоже, что они почти закончили, друг Сква, - сказал Гуннар встревоженным тоном. Он выглядел смирившимся. - Взгляни, сэр Этан.

Этан уселся за грубый, причудливо украшенный телескоп и посмотрел правым глазом в объектив.

- Его регулируют маленькой ручкой справа, - сказал Септембер.

- Спасибо.

Этан слегка повернул ручку, и изображение стало гораздо более четким и рельефным. Чуть-чуть, правда, осталось неясным, но из-за грубо обработанных линз. Учитывая материалы, которые софолдцы использовали для полировки, телескоп следовало признать замечательным достижением.