Возвращаясь на Землю (СИ) - Мельников Евгений - Страница 117

Он не оглядывался назад и не думал о том, насколько немыслимым было его путешествие – за быстро пролетевший год жизни он научился воспринимать все происходящее, как факт, даже если оно выглядело невозможным. Он летел на Луну, чтобы уничтожить Землю – фактически, это было преступлением против всего человечества и самым вероломным предательством в истории. Но почему-то это обстоятельство беспокоило его меньше, чем контакт с инопланетянкой. После исчезновения Венеры и Марса, после трагической гибели его друзей и встречи лицом к лицу с кровожадной человеческой природой, он уже не был тем парнем, по-детски мечтавшем о космических путешествиях. Его сознание было рекалибровано настолько, что по всем каноническим меркам его с уверенностью можно было считать душевно больным. Он должен был думать о Земле, о близких, но при созерцании спящего рядом ангела жуткая неизбежность словно прикрывалась матовым стеклом. “Планета должна сгорать от любви к тебе”, - вдруг возникло у него в голове; на этом он осек свою мысль, чтобы не дать мимолетным чувствам овладеть им, но внимание его по-прежнему было целиком отдано ей...

Джей спала крепким сном, не чувствуя скорости и не слыша звуков. И все же дух ее не был спокоен, в мелкой дрожи век отдавалось внутреннее волнение, отвлеченные сны вели на родную планету, где в преддверии бури воссоединялась вся ее огромная семья. “Сгорать от любви…”, - эту мысль она будто услышала сквозь сон, мило спящее лицо ее слегка нахмурилось.

В ее жизни слово “любовь” имело двоякий оттенок, и по большей части, не столь светлый, каким должен быть. В здоровой и красивой от природы расе есть свои сентиментальные особенности – здесь не телесная красота пленит мужской рассудок – гораздо важнее и дороже богатство внутреннего мира, именно поэтому Джей всегда окружали поклонники, порой тайные, порой страстные и крикливые. Когда она только созревала для любви, оставаясь несмышленой девочкой с милым, невинным взглядом, их ухаживания и признания казались ей забавными, она с кокетством принимала подарки, давала неоднозначные ответы. Порой особо уверенные кавалеры считали ее жесты призывом к действию и гнали напропалую, но тут же получали отказ в грубой форме.

Немало парней она поставила на место, немало разбила сердец, и только повзрослев, начала замечать, что кому-то причиняет боль. Насколько бы ни была миролюбивой ее раса, и в ней существовало соперничество, и в первую очередь, это состязание за сердце прекрасной леди. Джей не раз наблюдала, как юноши выясняли отношения из-за нее, и объясняла, что их соревнование бессмысленно, но иногда, в особо тяжелых случаях, приходилось грубой силой убеждать их в том, что ни один не достоин быть ее спутником. Любовь может сделать человека счастливым, а может погубить его. Однажды Джей увидела, как юноша чуть было не расстался с жизнью, страдая от безответной любви к ней. Это оставило неизгладимый след на ее рассудке, она начала избавляться от поклонников, пресекать все их попытки на корню, не оставляя шансов, прятаться в испуге от каждого вожделеющего взгляда.

Разумеется, и она была влюблена не раз, ее глаза горели небесными порывами и умоляли любить себя. В академии пилотов она встретила молодого человека, который овладел ее сердцем на целых три года. Дни пролетали рядом с ним незаметно, потому что казались самыми лучшими в жизни, его буйный нрав пленил множество девушек, но из всех он выбрал именно ее. Они проводили рядом все свободное время и даже за учебой не могли удержаться от близости, порой ей казалось, что с этим человеком она готова была провести всю свою жизнь. Когда влюблен в кого-то безрассудно, не замечаешь его недостатков, Джей видела в своем возлюбленном прекрасного принца, галантного и романтичного, единственного во всем мире. Но, когда отношения выравнивались, становились обыденными, она начинала видеть другую его сторону, замечать его ограниченность, иногда мелочность и даже пошлость. Он больше не был похож на ее идеал, и влечение постепенно сошло на нет. Меж тем, Джей поняла для себя, что идеала не существует, можно сколько угодно рисовать в мечтах безупречный образ своего принца, но сердцу приказать нельзя, не успеешь оглянуться, как влюбишься в какого-нибудь невежу с заоблачным самомнением.

Может быть, лучше совсем не любить? Нет, Джей верила в настоящую, счастливую любовь, несмотря ни на что, она ждала своего счастья и с надеждой смотрела на звезды. Все самое захватывающее и судьбоносное случается, когда совсем не ждешь, любовь может подкрасться неслышно и наброситься на шею, а может ждать где-то вдали, в межзвездном пространстве, на далеких планетах. Джей, как и прежде, мечтала встретить возвышенного, поэтичного и, в то же время, волевого, уверенного в себе человека, свободного от предрассудков, материальных якорей и комплексов, одним словом, от притяжения тверди, и что самое главное, он должен был превосходить ее по силе характера. Возможно, идеал был где-то рядом, если бы только она заметила его, то тут же бросилась бы в омут с головой. Любить, страдать, разбивать сердца – она была готова ко всему, ради человека, который смог бы разбудить дремлющий огонь в ее душе.

Глава XIX

24 декабря 2012 года, 6 часов, 2 минуты по Гринвичу, орбита Земли, космический корабль “Прометей-2”.

- Александр, сколько нам еще до остановки? – Невысокий, крепкий мужчина с поседевшей щетиной положил ладонь на плечо первому пилоту.

- Не больше тридцати минут, так что можете надевать снаряжение.

- О’кей, спасибо тебе. – Полковник еще раз хлопнул его по плечу и вылетел через широкий люк в длинный цилиндрический коридор.

Четыре члена экипажа кучно расположились в главном отсеке для последней подготовки. Их серьезные, суровые лица были полны уверенности, полковник Хэрри Даглас научил их избавляться от страха и идти напролом. Пусть ни один из них не бывал в открытом космосе, эти бравые солдаты, астронавты, инженеры были готовы к любым испытаниям.

- Всем приготовиться, скоро высадка. – Командир влетел в отсек и остановился у круглого стола, поднявшись над всей командой. – Скотт, “Кристи” готова?

- Так точно. – Отозвался капитан.

- Хорошо, теперь напомню вам план наших действий. – Астронавты притихли во внимании, распределившись по отсеку, так, чтобы полковник видел каждого и каждый из них видел его. – Как вы уже знаете, мы произведем высадку к югу на один градус от кратера Крылов. Там отсоединим ядерный заряд от Кристи и приведем его в боевую готовность. Думаю, далеко нам его везти не придется; если что, Юрий, ты ведешь.

Лейтенант Сивахин ответил внимательным молчанием, прикрывая рот кулаком.

- Хорошо. Оружие собрали? – Полковник посмотрел на высокого беловолосого парня в бейсболке.

- Да, сэр. – Ответил тот, чуть оттолкнувшись от стены.

- Тогда прошу всех надеть скафандры. И еще одно, - астронавты замерли на своих местах, чтобы дослушать его, - возможно, нам придется встретиться с пришельцами…, это будет нашей главной схваткой, и в ней нам нельзя проиграть, так что не забывайте, когда окажетесь под их лазерами, что за нами наша планета, наши близкие и все человечество. – В ответ он встретил три преданных геройских взгляда и неизменный безжизненно-серьезный взгляд Сивахина. – Выполнять. – Скомандовал он и тихо добавил напоследок, незаметно проглотив поднявшуюся горечь: - За наших павших товарищей…, за Джека.

Алексей проснулся от звука рассыпающейся двери, в первую секунду, еще не открыв глаза, он, было, решил, что ему приснился длинный, насыщенный событиями сон, но, чуть-чуть придя в себя, вновь осознал реальность происходящего. Он повернул голову: Джей не было рядом. Вставая, он почувствовал, что рука его затекла, пятичасовой сон после двух тяжелейших дней прошел почти бесследно; поднявшись с кресла, он направился к большой, светлой комнате, но вдруг заметил, что выход в нижний отсек был открыт. Он остановился перед широким дверным проемом, у небольшой тускло освещенной комнаты, где ему уже приходилось бывать, в ее противоположной стене был открыт еще один выход.