Полоса невезения - Каплан Виталий Маркович - Страница 98

- Хорошая девчонка, на Тимерзяевской живет, в контексте, что на Тимирязевской.

Я кивнул и улыбнулся.

Двери лифта раскрылись, оттуда скопом вывалились трое парней и одну молодая девушка, вооруженная блокнотиком. Я их совершенно не знал, а вот Маус явно состоял с ними в приятельских отношениях.

- Ну, блин! - разлыбился один из парней. - Ваще, чудо! Мышатник, ты чего тут прописался, что ли? Каждый день на работу ходишь! Забурел?

- Долг! - Маус встал по стойке "смирно", выпятил вперед губы, отсалютовав двумя пальцами. - Не хочу посрамить звездно-полосатый флаг, сэр!

Второй парень похлопал его по плечу и заметил:

- Ты молодец, сынок. Я верю, ты настоящий американский солдат и не испугаешься этих сербских стариков и детей, когда начнешь швырять в них бомбы!

- Кстати, - заметил первый. - Слышь, Маус, есть тема на ночь в "контру" засесть?

- Ага! - усмехнулся тот. - Я вот как раз клуб один в Нагатино рульный знаю. Там и в Инете можно и погамится.

- Вот и круто. Надо на днях...

- Надо. Звякни мне завтра ближе к утру, часиков двенадцать, - Маус повернулся к девушке и отвесил глубокий поклон. - Приветствую вас, Оксана свет Степановна, как дела ваши на тяжком поприще?

- Тяжело, - бросила та. - Просто надрываюсь, ну да ты нас понимаешь!

- Всецело!

На этих словах Маус вслед за мной прыгнул в кабину и со словами "Пересечемся!" нажал кнопку закрытия дверей.

Я проводил взглядом группу странных его знакомых, отметив про себя, что пошли они вовсе не к выходу, а в те самые служебные помещения, куда я не только не должен был, но и не имел желания забираться.

Все эти подсобки и коридоры нижних этажей вызывали во мне смутную тревогу. Слишком уж близко к легендарным подвалам, к Мраморному залу...

- Переживают ребята, - поделился мыслями Маус и, заметив, что я не все понял, внес ясность: - Служба технического обеспечения. У них сейчас работы выше крыши. Вот и бегают как оглашенные. Оксанка опять с ног до головы трясется, как бы чего не вышло. Она у них типа босс...

- А что такого? - задал я невинный вопрос, но хакер отреагировал на него как-то неадекватно.

Глаза его округлились, и взгляд мне совсем не понравился. Конечно, столичный обитатель Маус понимал мои временные проблемы. Мухинск наложил свой отпечаток на мой кругозор, но не до такой же степени...

Все это я успел прочитать на его лице, прежде чем хакер произнес:

- Шеф, алло! Вы знаете, какой сегодня день? Проснитесь!

- А что такого? - произнес я, усиленно вспоминая число.

- Главное Восхождение на носу! Еще пара дней и...

- Так, - оборвал его я. - С этого места подробней.

Лифт замер, добравшись до нужного этажа. На этом наши пути расходились, но Маус не стал выходить, а лишь встал так, чтобы загородить фотоэлемент, и полушепотом произнес:

- В ближайшие дни станет известно о дате Главного Восхождения. О ней всегда сообщают в последний момент. Секретность, видите ли, неясно, правда, от кого, - взгляд его изменился. Похоже, Маус нашел объяснение всем вопросам. - Вы, наверное, в Мухинске и не слышали о таком!

- Увы! Куда уж нам, чайникам да кофейникам.

Маус оглянулся на коридор и быстрым шепотом произнес:

- Это и есть наш настоящий юбилей. Говорят, что вначале "Струна" возникла в задумке, а уже потом Флейтист впервые увидел Ее.

- Кто увидел? - не сразу понял я.

- Флейтист, - Маус выразительно указал куда-то вверх. Моя некомпетентность больше не удивляла его, Технический Хранитель списал все на различие провинциального и столичного жаргона. - Самый первый. Самый главный. Вы же говорили с ним, да?

- Да, - кивнул я, сам не зная что ляпнул.

Впрочем, по тону Мауса было видно: он не сомневается, что я говорил.

- Так вот. В этот день к Струне идет он. Понимаете, мы все одинаковы. Даже Старшие Хранители. Даже Главный Хранитель.

Маус оглянулся назад и быстро, уже во весь голос, сказал:

- Упс, ща тут орать начнут. Народ к лифту валит. Ладно, шеф. До скорого!

Он отпустил дверь, а я нажал кнопку своего этажа.

Почему он говорил в полголоса? Неужели просто не хотел меня позорить?

Лену было не узнать - глаза весело блестят, всегда бледные щеки слегка порозовели, и вся она как будто светилась изнутри. Может и впрямь обрадовалась мне?

- Привет, Косточка, ну как дела?

Я не стал шутить про дела, которые у прокурора - воспоминания о дознавателях нашего следственного отдела навсегда вышибли из меня подобный юмор.

- Хорошо дела. Мы еще подготовим отчет, но в общих чертах все разъяснилось. Шестая группа сработала топорно, надавили на интеллигентного старичка будто на какого-нибудь Абдульминова... Ну, тот и всполошился, вообразил, будто мы из них секту делать будем.

- Надо же... - поморщилась Лена. - Велика слава "Струны". Между прочим, этот твой Николай Натанович - пример довольно показательный. Представь, какой крик устроят эти старперы-шестидесятники, вздумай мы выйти из тени. И заткнуть их праведные рты посложнее, чем всяким там Пасюковым. Идейные люди, уважаю. Но "Струну" не примут, слишком уж закоснели.

- Я обнадежил дедушку, что никто не станет совать нос в его воспитательные дела. Просто спасем от наглых Зиминых и отойдем в сторонку. В тенёчек.

- Ну и правильно. Мы за ним, конечно, присмотрим. Мало ли чего... Маньяки именно из таких правильных товарищей бывают...

Я хмыкнул. Представить Натаныча в роли Железнозубого оказалось выше моих умственных способностей.

- Но проследим незаметно. Так... банальная предосторожность. Дедуля ничего и не почувствует...

Не понравилась мне эта фраза, а особенно сопровождавшая ее слова улыбочка.

- Кость, это все не то, - помолчав, добавила Лена. - Не заморачивайся. Я совсем по другому поводу тебя вызвала, - она выдержала паузу. Понимаешь, тут возникла еще одна проблема... Надо тебе о ней знать.

Я напрягся. О чем это она? Таким тоном говорят, если хотят как можно дольше тянуть время. Нелегко это - сообщать пренеприятное известие...

- Тут, как бы тебе это сказать... к нам в отдел пришла разнарядка. Для выполнения особой работы необходимо отрядить группу сотрудников. Все подразделения сейчас загружены по уши и перебросить цельную единицу невозможно. Придется надергать людей из разных команд. Понимаешь меня?