Полоса невезения - Каплан Виталий Маркович - Страница 105

- С чего ты взял?

- С того, что это сильнейшее наше поражение. Бедные "братки", конечно, уже дохнут "не по-пацански", только авторитета это нам не прибавит. Всё слишком пошатнулось. Они поняли, что на нас можно и рыпнуться, что никакие мы не бессмертные демоны. Это раз. А два - Осоргин-то мертв.

- И что? - не уловил я связи одного с другим.

- И ничего. А вы не забыли, шеф, что он был Сменяющим?

- Кем?

Маус свернул в переулок, старательно избегая площади перед станцией Тульская, и, обернувшись, одарил меня таким взглядом, что я даже начал краснеть.

- Шеф, разъясняю. Флейтист никогда не восходит к Струне один. С ним должен быть сменщик, на случай если она покарает пришедшего.

- Зачем?

- Чтобы вручить ему силу Главного Хранителя. Чтобы ни случилось, мы не должны потерять своего руководителя. Если его нет - значит, у "Струны" нет Струны. - он улыбнулся с таким видом, будто ему прямо сейчас должны выдрать зуб.

Я кивнул.

- Ну не знал я. Провинция...

- Так спросили бы. Никакой тайны из этого никто не делает. Вообще, шеф, вы патологически нелюбопытны. Так нельзя.

- Ну, спасибо, что просветил темного.

Каким-то чудом мы оказались на развилке Третьего Транспортного Кольца. Ловким маневром Маус пристроился в общий поток машин, шнырявших откуда-то из-под моста на главную дорогу. Я отметил про себя, что номерной серией "Струна" так и не обзавелась. Впрочем, на нашей машине были не просто блатные - сверхблатные знаки. Вместо регионального кода раскинул крылья державный орел - гроза дорожной милиции, подставлял и крутых иномарок.

Похоже, Маус умело все это использует. По крайней мере, гоняет как только умеет.

Мы выскочили на кольцо, оказавшись на самой вершине моста. Со всех сторон дорогу обступил город. Внизу проносились машины, сверху плыли редкие облака, а дальше, над ними, в неведомую мне бесконечность уносилось далекое, пронзительно-синее небо.

Ветер ударил в лицо. Свободной рукой Маус придержал свою беретку, другой аккуратно выправил машину. Мы мчались по крайнему ряду, я снова видел, как где-то внизу остается утонувшая в свете Столица.

Все как раньше...

- Сайф обожал гонять здесь, - неожиданно сказал Маус. - Знаете, шеф, мы, бывало, возвращались с работы, так он нарочно выезжал с Кутузовской на поворот и мчал куда-нибудь на полных парах... У него была своя тачка с откидным верхом. Представляете? Мы катались на ней по кругу... Он говорил, что это самое красивое место в мире, место, где он действительно счастлив... - Маус отпустил свою беретку и переключил скорость. - Наверное, это и к лучшему, что он умер неподалеку отсюда...

Я вдруг подумал, что был для них лишним. Я, коренной житель Столицы, с легкостью сошел за кого-то с обочины. Дальнегорец, подобранный и приставленный к делу в далеком Мухинске...

Пожалуй, я никогда их не пойму. Слишком разные пути свели нас вместе. И кто знает, какой шлейф тянется за всеми за ними... за Кузьмичом, за Маусом, за Леной.

- Ты не знаешь, почему он пошел в "Струну"? - решил я развеять репутацию "патологически нелюбопытного".

- Не знаю, шеф. Про такое как-то не принято рассказывать. Кажется, он кого-то или что-то потерял, и потому так любил носиться по открытым трассам. Он был одинок, ему нравилось, когда можно забыться. А "Струна"... Он ведь практик и реалист, не то что мы с вами. Ему казалось, что бросить всё и закрыться - нельзя. Нужно приносить пользу таким какой ты есть... тем, что умеешь. А мы с вами знаем, что он умел. Вот и все.

Маус щелкнул выключателем магнитолы.

- Простите, шеф. Но раз уж о том зашло... Это была его любимая кассета.

Технический Хранитель откинулся в кресле, стянул с головы беретку и швырнул ее на заднее сиденье.

Мы проскочили Ленинский проспект, я неожиданно понял, что минут через десять мы будем на том самом месте, где убили Юрика. Осталось только проехать еще один мост и... и что ж теперь? Они мертвы - но мы еще нет, а значит, они живут в нас.

Солнце светит мимо кассы,

Тень забилась в угол и дрожит.

Все на свете из пластмассы

И вокруг пластмассовая жизнь...

На входе в здание нас поджидала охрана. Крепкие парни в строгих костюмах стояли сразу же за входными дверями. Темные очки на глазах были не столько данью моде, сколько необходимостью. Сквозь широкие стекла сверкало не по-августовски свирепое солнце.

Еще совсем недавно, когда я отбывал на инспекцию в "Березки", проверку сотрудники проходили именно тут, но с тех пор КПП вынесли на периферию. Внутри я даже не заметил охраны. Видимо, служба безопасности применяла какие-то не совсем стандартные методы для внутреннего контроля.

Что-то из области струнной магии. Наверняка ведь Резонанс - это далеко не всё, что вручила нам Струна.

Мы с Маусом молча прошли автоматические двери и остановились, дожидаясь, пока один из охранников не облазит нас с датчиком в руке. Кажется, это был не просто металлоискатель. По крайней мере, на наших магнитных карточках-пропусках проверяющий задержался и долго изучал содержимое небольшого экранчика.

- Проходите, - коротко произнес старший "секьюрити".

Мы молча миновали пункт проверки, оказавшись, наконец, в холле перед лифтами. Удивительно, но я уже привык к этому месту. Не скажу, что оно стало родным, но будь я в долгой отлучке - непременно бы вспоминал.

Что меня связывает с ним, кроме отрезка жизни, причем далеко не самого лучшего? Лена? Маус? Сайфер? Я до сих пор не определился в своих мыслях. В Мухинске все было проще, а здесь... Я чувствую Мраморный зал, ощущаю его всей своей кожей.

А ведь мои незримые судьи должны были быть где-то поблизости.

Для меня есть три "Струны". Та первая - это мрачные залы, игры не то в Кафку, не то в розенкрейцеров. Готический пафос Третьего рейха, холодное поле, залитое равнодушным лунным светом. Другая - Мухинский департамент: любитель выпивки Кузьмич, крепкая мужская дружба и искренняя, быть может, наивная вера в справедливость. В свое понимание справедливости...

Третья "Струна" - то, что я вижу сейчас. Они не любят красивых фраз, они не мечтают о Коридоре Прощения для всех и каждого. Здесь просто делают дело. Хорошее ли, плохое, кажется, они сами не знают. Просто привыкли.