Я люблю дракона - Мамлеева Наталья - Страница 13

– Ваше высочество, вы сегодня как никогда хороши. Было бы совсем чудесно, если бы вы перестали смущаться от простого проявления галантности и учтивости. Не воспринимайте мои комплименты слишком близко к сердцу, это дежурные приветствия.

– Спасибо, что разъяснили, – буркнула я, но кронпринц не удовлетворился моим ответом. Он приподнял мой подбородок одним пальцем и заглянул в глаза.

– Я не расслышал, что ты сказала. Запомни, все твои фразы должны быть четкими и ясными, ты ни на миг не должна сомневаться в своих словах. Если не уверена – промолчи, но не мямли, как сейчас. Я достаточно ясно объяснил вам, принцесса?

– Спасибо, что разъяснили, – четко и уверенно повторила я свою первоначальную фразу. Ордарион уловил мою насмешку, но ругать не стал, а даже благосклонно кивнул.

– Весьма неплохо. А теперь не изволите ли вы разделить со мной утреннюю трапезу?

На его губах блуждала легкая улыбка, словно мы были давними друзьями, а не соперниками. И такая его манера поведения расслабила меня, заставила улыбнуться в ответ. Я приняла его руку и присела на диван подле него. Он проследил за моими действиями взглядом придирчивой тетушки, но не сказал ни слова.

– Ты не будешь читать мне нотации?

– Я не учитель этикета и не твоя компаньонка, – ответил кронпринц, откинувшись на спинку дивана и положив руку поверх нее, так что его палец касался моей шеи. Ордарион внимательно посмотрел мне в глаза, нежно погладив кожу, отчего по мне пробежался табун мурашек. – Не смей считать меня своим братом. И другом не смей. Я тот, кто по воле короля должен присматривать за необученной девчонкой, и это не мой выбор. Я не причиню тебе вреда и буду защищать, так как теперь ответственность за тебя на мне, а я не готов рисковать своей честью.

– А что касается его величества, – от него ты тоже сможешь меня защитить? – приподняв подбородок, с вызовом спросила я. Слишком самоуверенный у него был тон, да и это легкое прикосновение его пальца к моей шее заставляло мысли путаться.

– Я смогу защитить тебя от любого в этом мире, – ответил Ордарион без пафоса. Его словам трудно было не поверить. Но вдруг наш зрительный контакт разорвался, и мужчина убрал руку.

– Скажи мне, Ордарион, почему я должна слепо подчиняться приказам короля? Назови хоть одну причину.

Мужчина наградил меня задумчивым взглядом.

– Две причины. Первая – это ты. На Землю тебя не вернут, значит, придется находиться здесь, и тебе же лучше, если ты будешь обладать определенными знаниями. Советую тебе преуспеть в учебе. Вторая причина – это твоя мама. Хочешь узнать, как обстояли дела на самом деле и кто был виновен в той давней истории, дождись ее прихода сюда.

Я промолчала. Говорить о том, что ей нежелательно сюда возвращаться, я не стала. Но другие доводы были разумными. Мне необходимо получить нужные знания, без которых буду слепым котенком. Поэтому для начала придется играть по чужим правилам.

– А теперь завтракай, принцесса, потому что у тебя сегодня плотный график.

Он потянулся за кружкой напитка, напоминающего кофе. Чтобы проверить свое предположение, я отхлебнула из своей кружки и убедилась, что была права. Жидкость приятно обожгла горло, смогла привести мысли в порядок. На столе также была мясная нарезка и румяные круассаны. Я потянулась к выпечке и бросила вопросительный взгляд на принца, но тот качнул головой.

– Я не голоден. С утра был на охоте.

На охоте… Он дракон. Хищник. Как же в это сложно поверить!

– Ты можешь рассказать мне больше о том, что значит перестать быть фениксом и стать драконом?

– Фениксом ты быть не перестанешь, – поправил меня кронпринц. – Для того чтобы стать драконом, ты должна пройти инициацию. Обычно ее проходят в свой двадцать первый день рождения. Видишь ли, фениксы от природы живут не больше двадцати пяти – тридцати лет, а слияние с яйцом дракона дарует и им, и нам особые преимущества.

– Слияние? – переспросила я. – То есть мы отнимаем их жизни?

– Не совсем так. Чтобы понять это, тебе нужно ощутить в себе своего зверя, тогда ты поймешь всю сущность симбиоза.

– Симбиоз? То есть они тоже получают выгоду? – нахмурилась я, пока не очень улавливая связь.

– Драконы – волшебные создания. Говорят, что слезы Богини собирались в пещере Созидания тысячелетиями, со временем увеличиваясь в размерах. Так и образовались залежи яиц, и они все прибавляются.

– Слезы? Разве боги плачут? – скептически спросила я, и мужчина тепло улыбнулся, словно несмышленому ребенку. Он забавлялся над моим атеистическим мировоззрением.

– Боги тоже плачут. Они любят, ненавидят, ревнуют – только сильнее, ярче, всепоглощающе. Их гнев стирает города, их ревность сжигает души, их любовь дарует жизнь. И если в их сердце вспыхивает чувство, оно горит ярче пламени.

Я завороженно смотрела на него. Ордарион говорил об этом так, будто сам чувствовал нечто схожее, будто знал богов лучше, чем они самих себя. И была в его словах нежность – он был глубоко верующий человек, но не фанатик, которых мне часто приходилось встречать на Земле. Кронпринц верил и почитал богов, не боялся, а любил.

– Они защищают нас, пусть мы часто и становимся предметом их ссор.

– А сколько у вас богов? – спросила я.

– Двое. Бог и Богиня.

– У них есть имена?

– У них множество имен, Леоника. У разных народов и прозвища разные, но фениксы решили не давать им ложных имен, ведь своих они никогда не называли, – ответил Ордарион, поставив пустую кружку на стол.

Увлекшись беседой с ним, я не заметила, как съела два круассана и выпила свой кофе.

– А давно фениксы вступают в симбиоз? – задала следующий вопрос раньше, чем успела его обдумать.

Я вдруг поняла, что мне необходимо продолжить беседу с Ордарионом, и не только потому, что он был прекрасным рассказчиком, а потому, что в такие минуты он казался практически земным.

– Я не знаю того времени, когда фениксы и драконы не вступали в симбиоз, говорят, что это началось еще с прародительницы. И ты должна знать, что основная обязанность правителя – подпитка пещеры созидания, чтобы каждый феникс смог найти своего дракона. Впрочем, разговоров достаточно, да и ты, если съешь еще один круассан, лопнешь, – усмехнулся кронпринц и изящно поднялся на ноги.

Для меня было неведомо, как при его габаритах он способен двигаться настолько грациозно. Высокий, статный, с проникновенным взглядом черных глаз, да еще и умный. Даже боги бы простили мне, если бы я влюбилась в такого брата! Почему судьба так жестока?

– Ты позволишь мне вымыть руки? – спросила я, и кронпринц царственно кивнул. Его высочество дал свое соизволение!

Фыркнув под его удивленным взглядом, я прошла через спальню в ванную, где вымыла руки, и вернулась к Ордариону. Тот уже был не один, рядом с ним стояла высокая женщина с крупными чертами лица и безвкусным белым париком на голове. Лет ей было много, даже по земным меркам, а сколько в этом мире – даже предположить не решусь.

– Ваше высочество, позвольте представить вам шиари Клошиэтту Орратуа, вашу компаньонку.

То есть надсмотрщицу?

– Весьма рада, – ответила я. – Позвольте представиться…

– Принцесса не представляется сама, – чопорно ответила женщина, – приход принцессы объявляет церемониймейстер, а все другие при разговоре с ней обязаны знать ее имя и статус.

– Видимо, вы еще и мой преподаватель этикета? – спросила я, стараясь погасить раздражение.

– У вас будет отдельный экскурс в тонкости придворного этикета, – с усмешкой ответил принц, и я сразу поняла, что на фоне будущего учителя шиари Клошиэтта мне покажется ангельским созданием. – Шиари будет вам всячески помогать усвоить полученный на занятиях материал.

– Можете быть уверены, я буду исполнять свои обязанности с должным усердием, ваше высочество, – благоговейно склонилась перед кронпринцем моя компаньонка в изящном реверансе.

Я бы позавидовала ее грации, но сейчас у меня больше зависти вызывало ее стремление исполнить свой долг.