Дни волка (СИ) - Макара Дэйв - Страница 119

На наш век спецопераций тоже хватает и подписками мы увешаны как новогодняя ёлка игрушками, а выговорами - как она же - мишурой, но зато и готовили нас не два года, а полтора, ну а мне так повезло вообще закончить учебку до войны, за полные четыре года.

Правда и летаем мы на "Иглах", а не на новомодных и мускулистых "Звездочках" - фиг их нам кто доверит, с их-то стоимостью и секретностью.

Наслаждаясь, горячим душем, купаясь в облаках горячего пара, вновь и вновь возвращался к минувшему бою. За пять суток бесполезного болтания на куске любимого авианосца, мы с Перчиком проиграли все отрезки нашего последнего боя не по одному разу. И все равно, точил меня червь сомнения, точил и точил. Уж больно просто все получалось. Словно некто, разыграв шахматную партию, пожертвовал 2000-ми пешек, чтобы убрать с поля десяток ферзей. Неравноценный размен, между прочим. Стоимость одного "глиссера", ну никак не меньше пары тысяч "Игл". Даже вместе с авианосцем.

Намылив голову, тихонько позвал Перчика.

- "Грузило" ушло?

- Болтается. - В голосе моего искина, пусть и звучавшего прямо у меня в мозгу, почудилась все нарастающая ярость.

- Гони ее. - Решил я. - Вызывай МП и сдавай с потрохами!

- Есть! - Бодро отрапортовал искин, и я добавил горяченькой водички, кутаясь в шубу белоснежного пара.

В ванне я провел добрых полчаса - на "Морской осе", с ее рейдерским статусом, такое просто не возможно.

Было...

Замотав бедра в небесно-голубое полотенце, вывалился в комнату, руками разгоняя пар, застилавший глаза и жалея, что баня на флоте не прижилась.

Обнаглевшая лейтенант сидела в моем кресле и изображала из себя великосветскую львицу.

- Перчик! Что ЭТО делает в моей комнате? - Брезгливо уставился я в голубые глаза "психушки". - Я сказал - гнать в три шеи!

- Не выйдет. - Страшный лейтенант довольно поерзала в кресле, устраиваясь удобнее. - Есть разговор, и я не уйду, пока...

- Отлично. - Широко улыбнулся и звонко хлопнул в ладоши.

Автоматика апартаментов, уже в первый час настроенная мною в стиле "Ос", мгновенно отреагировала на сигнал захвата помещения и отработала по захватчику, сидящему в кресле, транквилизатором и густой струей пены, плотно залепившей мою незваную собеседницу в тугой кокон.

Старшему лейтенанту повезло - будь у нее оружие, могло прилететь ей не из транка, а из станнера или вообще - крупного калибра.

А так - нехай спит.

До завтра ее не хватятся, а завтра - будет завтра.

Глядишь, и прибудет в эту систему земной прокурор и увезет меня, от этих союзничков, подалее!

Переодевшись в чистую форму - пришлось перевешивать знаки отличия - я оттолкал матовый кокон в соседнюю комнату и заперев ее, а для верности - подперев дверь другим креслом, отправился гулять по базе, оставив входную дверь выломанной. Воровать у меня, кроме Перчика - нечего. Все мои вещи, остались на "Осе".

Соединение "Амгу", в отличие от рейдерного авианосителя "Морская оса", таскал за собой целую кучу баз, на одной из которых, "Амгуема", я сейчас и находился.

Именно "Амгуема" приветливо выслала спасателей по моему пеленгу и вытащила обломки моего истребителя на свою внутреннюю палубу, с ужасом их разглядывая.

Меня, отправили было в госпиталь, да придраться было не к чему - официально, капсула первой помощи устранила все последствия моих ранений, и быть в госпитале мне было не с чего.

А, что шрамы остались, так и не ваше это дело, господа союзники. Спасибо, что приютили и дали 24 часа "безнаказанности". Большего от Вас мне и на... не надь!

Вернусь на "Баллисто", что вертится вокруг Марса, сдамся нашим, местным, врачам. Они меня и подлатают и нервы подлечат.

А у союзников, только одно на уме: "Опять земляне нам не доверяют!"

А как Вам доверять, что Ваш собственный флот, ответил на вызов - с трех суточным запаздыванием, а пробился к звезде - еще через двое суток?!

Болтаясь по коридорам "Амгуемы", наслаждался неожиданной тишиной и покоем, накатившем, как волна цунами. Все красиво, чинно, благородно, красиво. Ровненькая разметка под ногами, отделяющая проезжую часть от тротуара; мягкие фонари над головой, дающие ровный, белый свет; чистые стены и лица многих людей - живых людей - спешащих по своим делам.

Никому и на дух не нужен лейтенант - летун, почему-то шляющийся без дела по коридорам.

На лифте поднялся на самый верх - палубу ноль, на которой, к моему удивлению, оказался настоящий прозрачный купол, длиной метров в четыреста и шириной в сто, под которым расчетливая душа расставила столики и даже лежанки!

Оккупировав одну из лежанок, закинул руки за голову и уставился в черное нутро космоса, едва поблескивающее колючими крупинками дальних звезд.

Официант, подскочивший ко мне, протянул меню и замер, ожидая заказа.

Заказав плитку черного, горького шоколада и чай с лимоном, улыбнулся - жажда наживы, или попросту - жадность, сгубила уже не один корабль.

"Амгуему", конечно, жаль.

Только, первая же боеголовка, пробившая защитное поле этого корабля, в первую очередь клюнет именно на эту полость, превращая базу в парящее корыто.

Громко щелкнув языком, поправил себя - если эта база вообще, когда-нибудь, окажется в бою!

Ломая шоколад, запивая его чаем, валялся и тащился - возможно, впервые с начала войны я лежал вот так, ничего не делая, никуда не торопясь и никого не ожидая.

"Психушка развязалась"

Короткое сообщение, переданное Перчиком по корабельной сети, приватно, поразило меня до глубины души - выбраться из паутины, на моей памяти удалось только одному человеку - бушмену К'Вану, лидеру второй сотни "Ос".

"Меня ищет?"

"Матерится. В душе". - Ответил Перчик и добавил, после не значительной паузы - "В ванне, значится..."

Мой счастливый смех испугал соседа справа, сладко придремавшего капитана с петлицами "кузнечиков" - торпедоносцев.

Очень, между прочим, симпатичного капитана, эдакой миниатюрной блондиночки, с зелеными глазками и великолепной фигурой.

Вот уж воистину - век живи, век учись и все едино - дураком подохнешь.

В наших войсках, на "торпеды", женщин старались не брать.

А здесь - ажно цельный капитан! Да еще и с боевыми колодками, чтоб мне провалиться! Все страньше и страньше, как говаривала удивительная девочка Алиса.

На моей памяти, точнее, на нашей с Перчиком, было всего девять таких капитанов, женского пола. И, судя по тому, что я видел - моей соседкой была никто иная, как Маргерит Макт-Наттер, по прозвищу "Марри".

Что-то много на этой базе звезд, околачивается!

Допив чай, аккуратно ретировался - вбитое годами учебки правило гласило - "Звезды имеют свойство падать!"

А тут их... Как то много, на погонный метр...

Мои сутки "безнаказанности", это дань традициям - вернувшимся из боя, длившегося более двух часов - давали сутки на отсып. Боевая химия, держащая нас в тонусе все время, имела похабное свойство - плохо выводилась и, по накоплению, переставала действовать. Вот и получалось, что вернувшись из вылета, мы имели право делать все что угодно, только сил оставалось - на глубокий и спокойный сон, вытащить нас из которого имел право только Его Величество Случай и Госпожа Судьба.

За мои годы войны, из сладостной комы сна нас вытащили один-единственный раз.

На "Рашпиле".

- Лейтенант! Можно Вас на минуточку? - Властный мужской голос, остановил меня, уже занесшего ногу в раскрытые двери лифта и заставил извернутся, чтобы не упасть.

- Без проблем. - Ответил я глядя в глаза каперангу и улыбнулся, наблюдая как того плющит от моего не уставного ответа.

- Э-э-э-э... - Каперанг набычился и сделал шаг ко мне, разглядел мои петлицы и выпрямился по стойке смирно, отдавая честь.