Научи меня любить (СИ) - "ЛИНА-LINA" - Страница 17

- Ириш, я…

- М-м? – ее глаза были прикрыты, и длинные темные ресницы откидывали густую тень на впалые щеки.

- Ир, я не могу.

- Почему? – шалея от собственного бесстыдства и смелости, она положила руку на ширинку и легонько сжала вялую плоть. – Оу… - краска прилила к лицу, в глазах застыли слезы. Ирина часто заморгала и шагнула назад, высвобождаясь из объятий.

- Прости.

- Ты меня больше не хочешь… Черт, Даня, меня никогда так не унижали, - она обхватила себя за плечи и покачнулась на каблуках.

- Я не хотел, правда. Не знаю, что со мной. Наверное, мне просто нужно еще время.

Девушка хрипло рассмеялась.

- Еще время? Сомневаюсь, - покачала головой. – По-моему, все и так предельно ясно, - слезы было не сдержать, они текли по щекам, образуя темные дорожки.

- Я не гей, - ответил Данил. Вышло не слишком уверенно.

- Все, домой, - на выдохе сказала Ирина. - Поймай мне машину, - она похлопала его по плечу и, слегка шатаясь, пошла прочь.

- Ир…

- Не надо, Дань. Мне все ясно.

***

Влад сидел у подъезда битый час и глядел на темные окна, в квартире совершенно очевидно никого не было. Несмотря на теплый и светлый вечер, ночевать под окнами бывшего любовника он все-таки не планировал. Ужасно хотелось курить и, заприметив на углу дома круглосуточный ларек, Влад отправился пополнять запас никотина. Он собирался сесть на ту же скамейку и подождать еще немного, но у подъезда стояли двое – мужчина и женщина. Они целовались, ладони мужчины беззастенчиво гуляли по женскому телу, рука девушки гладила пах. Их планы на ночь не оставляли места сомнению.

Данила Влад узнал бы даже в полной темноте, что уж говорить о белой ночи?

Он с размаху швырнул пачку с сигаретами в ближайшую урну и пошел к припаркованной у тротуара машине. Тихо заурчал мотор, и автомобиль медленно тронулся.

========== Глава 15. Быть или не быть? ==========

Музыка для настроения: http://www.youtube.com/watch?feature=player_embedded&v=_wX8TXkC9qo#!

“Писательство — это призвание, от которого не уйти, и тот, у кого оно есть, должен писать, потому что только так он сможет одолеть головную боль и скверное пищеварение”.

Габриэль Гарсиа Маркес

Данил проснулся среди ночи, окрыленный идеей. И весьма удивленный тем, что вообще смог уснуть. Он встал, сварил себе кофе и включил компьютер. Руки уверенно легли на клавиатуру, новый сюжет буквально парил в воздухе, желая быть написанным, Данил дышал им, не в силах прерваться ни на мгновение. Кофе был забыт и давно остыл, зато на экране мелькали строки, такие, каких он никогда еще не писал. Его лучшие строки. О любви, о долге, страсти и предательстве. О жизни. Той жизни, о которой раньше он мог только читать, а сейчас… Сейчас он предпочел бы, наверное, чтобы так все и оставалось. Влад выполнил обещание – показал ему настоящую страсть, научил чувствовать жизнь иначе, по-другому смотреть на отношения мужчины и женщины, мужчины и мужчины. Только почему-то не сказал, что урок такой болезненный. И отчего-то не предупредил, что вызывает привыкание.

И эту страсть, эту боль он переносил на равнодушно светящийся экран монитора. Данил писал весь день, прервавшись лишь однажды, чтобы приготовить бутерброды и сварить кофе заново. К ночи точка была поставлена. Перечитывать написанное было страшно, в таком угаре он не писал никогда, и как никогда страшно было вдруг понять, что вышло глупо, наивно или нелепо. Завтра, он вычитает рассказ завтра. А сейчас…

Рука сама потянулась к стационарному телефону. И Данил вздрогнул всем телом, услышав, наконец, столь желанное когда-то «алло».

***

Сначала он хотел заехать в бар и напиться до беспамятства, потом решил, что можно и подцепить кого-нибудь, чтобы уж наверняка. Но, уже подъезжая к заведению, с удивлением обнаружил, что не хочет. Не хочет никого другого, пусть даже такого же светловолосого и юного. Никакого другого не хочет, только того, кто отверг, того, кому оказался не нужен. И почему у него всегда так? Почему судьба раз за разом дразнит, но не дает желаемого?

Воображение против воли подсовывало картинки жаркого секса с Данилом в главной роли, где его партнером был вовсе не Влад. Нет искры? Погасла, так и не успев превратиться в пожар? Погасла, потому что он сам вылил на нее ведро воды, сам лишил себя шанса на счастье.

Влад приехал домой и без особой надежды на сон завалился в постель – трезвый и одинокий. И на удивление отлично выспался.

Весь следующий, оказавшийся свободным, день он посвятил уборке. В шкафах, на балконах, в ящиках стола. Купил новый телефон, выкинул сломанный чайник и в клочки порвал старые фотографии. Все, кроме той, где они с Сашей были вместе. Он вытащил карточку из рамки, погладил подушечкой большого пальца бумажное Сашино лицо и убрал ее в ящик стола. Еще не время…

***

- Алло, - Данил настолько растерялся, что, услышав ответ, казалось, потерял дар речи. – Алло-о, говорите, - тишина в ответ. - Вас не слышно. Я вешаю трубку.

- Это я, - прошептал тихо-тихо.

- Кто «я»? – голос у Влада нервно дрожал.

- Данил.

- Даня? Данечка… - Влад без сил опустился на диван.

- Значит, это все-таки ты… - безжизненно отозвалась трубка.

- Что я?

- Ты убил моего отца.

- О чем ты? – Влад решительно ничего не понимал. – Какого отца?

- Твой Саша – мой отец, - Данил как-то по-детски всхлипнул и затих. Молчал и Влад. Он устало потер ладонью лицо и наконец сказал:

- С чего ты это взял? - Данил услышал, как щелкнула зажигалка, и Влад глубоко вдохнул, делая затяжку.

- Я нашел файл в его компьютере.

- Какой файл?

- О тебе.

- И что, прямо с номером телефона? – хмыкнул мужчина.

- Нет, просто в его записной книжке ты – единственный Влад… я сопоставил. Позвонил тебе, напугать хотел, чтобы ты признался. А потом у тебя телефон сломался, а я ведь не был уверен, мне надо было знать, понимаешь? Когда пришел к тебе, звонил на домашний со своего мобильного, искал доказательства… и фотография эта в ящике, - Данила несло, Влад прикрыл глаза, и горькая усмешка исказила лицо. Все – ложь? То, что казалось искренней заинтересованностью, проявлением вначале симпатии, потом влечения… их секс, в конце концов. Все неправда?

- Понятно. Я не стану перед тобой оправдываться, не мальчик. Отца твоего я не убивал, я его любил.

- И сейчас любишь? – тихо спросил Данил. Как-то по-другому он представлял себе их диалог, рассчитывал, что Влад удивится гораздо сильнее, может, испугается даже, начнет объяснять. Или не начнет, наоборот, признается, что да, убил. А он все мысли Данилу спутал.

- Сейчас… сейчас, Данил, это уже не твое дело. Ты выяснил, что хотел. Он умер у меня на руках, но я его не убивал. Несчастный случай.

- Ты любишь его? – спросил снова.

Любил ли Влад Сашу? Когда-то да, теперь…

- Прощай, Данил. Счастья тебе.

- Влад… - но в ответ раздались лишь короткие гудки.

***

Ему вновь пригодилось умение контролировать себя. Голос не дрогнул, ну, почти, и Данил не догадался, насколько тяжело дался Владу этот короткий разговор. Какую бурю он поднял в его душе, сколько воспоминаний – приятных и не очень, сколько боли.

Рука сама потянулась к початой бутылке.

***

Владу было двадцать три. Он писал пошлые статейки в журналы и считал себя богемой. Образ жизни вел беспорядочный, употреблял легкие наркотики и, как сам признавался, к тридцати годам загнулся бы от СПИДа или еще какой гадости. Но все изменило появление одного-единственного человека. Спроси кто-нибудь Влада, как получилось, что женатый натурал провел с ним ночь, он никогда бы не признался, что причиной была не столько его сексуальная привлекательность, сколько невероятное количество выпитого. И то, что не таким уж непримиримым натуралом оказался его партнер.