Still in Love With You (СИ) - "DaisyFlower" - Страница 100

Я посмотрела вниз. По серой кофточке внизу живота быстро расползалось кроваво-красное пятно, словно кто-то пролил на скатерть вино. Но это была моя кровь. Я коснулась дрожащей рукой того места, где быстро намокала кофта. Пальцы тоже окрасились красным. Внезапная слабость в ногах от осознания, лёгкое головокружение, и вот я уже близка к встрече с полом.

За шоком пришла боль: ужасная, дёргающая и всепоглощающая. Я приподняла кофту и увидела небольшое отверстие там, куда угодила пуля. В прошлый раз я не сразу почувствовала боль, но и она была адской. Сейчас всё было в сто раз хуже.

— Как же больно, — прошептала я, полностью опускаясь на пол. Я буквально чувствовала пулю, которая отнимала мою жизнь. — Кто-нибудь, — прохрипела я, заливаясь слезами.

— Пожалуйста.

Я попыталась взять себя в руки, потому что от всхлипов становилось больнее. Я всеми силами пыталась зажать рану, но кровь всё текла и текла, а руки переставали слушаться меня. Уже через какие-то жалкие минуты я почувствовала смертельную усталость только от того, что держала глаза открытыми и смотрела, как в маленьком окошке на тёмно-синем небе проплывали облака.

В конце концов, я ослабла настолько, что больше не могла держать руку. Какой был в этом прок? Кровь всё равно не останавливалась. Ещё немного, и я потеряю сознание и уже вряд ли приду в себя. Внутри всё сжалось от беспомощности. Я больше никогда не услышу голос Идлин, не увижу её улыбку…

— Оливия, — раздалось где-то со стороны. Звучало так, словно кто-то пытался кричать против ветра. Я попыталась перевернуться, но тело меня не слушалось. Было так холодно и тяжело. Перед глазами промелькнула чья-то тень, а потом появилось испуганное лицо Джейка, которое постоянно расплывалось. — Оливия, ты слышишь меня? — я попыталась ответить, но язык тоже предал меня. — Не отключайся! — он подхватил меня на руки и вышел из камеры. Мир слился в одну пёструю картину. Водоворот красок, от которого затошнило. Единственно, в чём я ощущала лёгкость: голова. Так хотелось спать! И никакие крики Джейка и испуганное лицо Максона, которое я успела разглядеть, не помешали мне наконец-то закрыть глаза и уснуть.

========== Глава 36. Америка Сингер ==========

Комментарий к Глава 36. Америка Сингер

Всем привет!

Да, сегодня пятница, а не понедельник. И да, глава вышла раньше.

Работа дописана, и я не вижу ничего плохого в том, чтобы выкладывать две главы в неделю)

Желаю приятного чтения)

POV Максон

— Аспен, я жду тебя утром с первым отчётом. Никто не должен ничего заподозрить. Я не хочу, чтобы кто-нибудь сбежал, — он кивнул и направился в сторону караульной. Но только Аспен скрылся из виду, как в другом конце коридора появился доктор Зильман.

— Ваше Высочество! — Он бежал к нам так быстро, что несколько раз чуть ли не растянулся на полу, спотыкаясь о собственные ноги. — Ваше Величество, — пропыхтел он, останавливаясь. Глаза его испуганно метались от меня к матери и обратно. — Король, — выдохнул он. — Его убили.

Повисла напряжённая тишина. Каждый пытался осознать слова, сказанные доктором Зильманом.

— Вы сказали убили? То есть, он умер не сам? — настороженно спросил Август, надеясь убедиться в том, что правильно всё расслышал.

— Я возвращался с кухни, когда увидел, как из лазарета вышло трое мужчин. Я бросился в палату короля, но он уже был мёртв. Один точный выстрел в сердце.

Мама пошатнулась, но Август галантно протянул руку и поддержал её.

— Кажется, нашу проблему решил кто-то за нас, — произнесла Джорджия.

— Когда это произошло? — сухо спросил я, стараясь не думать о том, что отец мёртв. Слишком трудно было в это поверить и принять.

— Около получаса назад. Я искал вас и генерала Леджера, но вы словно сквозь землю провалились.

— Август, иди в караульную к Аспену. Сообщи ему новость и скажи, чтобы он закрыл все двери. Никого не впускать и не выпускать. И пусть не объявляет о тревоге, иначе мы всех спугнём. Я буду в лазарете, — я подошёл к маме и протянул руку. Она, покачнувшись, схватилась за неё.

— Кое-что ещё, — протянул Зильман. — Кажется, один направился в сторону тюремных камер.

— Чёрт, с этого и нужно было начинать, — выругался Джейк и бросился к лестнице. Внутри неприятно кольнуло тревожное чувство. Я хотел броситься за ним, но мама вцепилась в мою руку так сильно, что я при всём своём желании не смог бы отойти от неё.

Лазарет встретил нас гробовой тишиной. На город опустилась ночь, и весь медперсонал уже отдыхал в своих покоях. Ещё никто не знал о смерти короля, иначе бы здесь уже давно суетились работники и личный совет Его Величества, который примчался бы сюда в пижамах из своих особняков только ради того, чтобы лично засвидетельствовать кончину короля.

Я не знал, что чувствовать по этому поводу. Не было жалости или облегчения. В сердце была пустота там, где раньше место занимал отец. Ещё полчаса назад я ненавидел его и желал его смерти, а теперь я чувствовал лёгкий стыд из-за этого желания, потому что оно помимо моей воли исполнилось. Я хотел сделать ему больно, хотел наконец-то почувствовать власть над ним, но кто-то отнял у меня эту возможность.

Все приборы были отключены, но и без них можно было понять, что король мёртв. Отец был непривычно бледен, и на этой белизне отчётливо выделялось кровавое пятно, которое расползалось по больничной рубашке. Мама, издав вопль отчаяния, рухнула в кресло. Чтобы он не натворил в прошлом, она действительно любила его. Однако, иногда слёзы заменял истеричный смех, который не на шутку пугал меня. Но он длился не долго. Спустя несколько секунд, она снова ревела навзрыд. И глядя на неё, я начинал сомневаться в её психическом здоровье. Смерть отца и его предательство подкосили её.

Всё-таки жизнь странная вещь. Когда умерла Крисс, я не убивался горем. Было лишь чувство потери и презрения к самому себе, а ведь я любил её, уважал и оберегал. Она была доброй, искренней и заботливой, но я не был готов сдирать с себя кожу и биться в агонии от её потери. И вот моя мать… Она заливается слезами, воет в голос, а потом ни с того ни с сего смеётся и что-то шепчет себе под нос. Рассудок её помутился. Почему оплакивать ненавистного человека правильно, а любимого нет? Что со мной не так? Почему в моей душе ничего не всколыхнулась? Ни тогда, когда умерла Крисс, ни сейчас. А ведь я любил его когда-то. Раньше, в давно забытом детстве…

— Кто-нибудь, пожалуйста, помогите, — послышался крик из коридора. — Доктор Зильман! — я выскочил из палаты и увидел Джейка, который держал на руках Оливию. Её окровавленные руки свисали вниз, а с пальцев стекала кровь. Голова запрокинулась назад, и прежде чем она закрыла глаза, я увидел наполненный ужасом взгляд.

— Положите её сюда, — приказал доктор и нажал какую-то кнопку.

— Оливия, — прошептал я, беря её за неестественно холодную руку. Внутри всё сжалось от дикого всепоглощающего страха. Доктор Зильман, не церемонясь, разрезал на ней кофту. Внизу живота виднелось пулевое ранение, из которого ещё медленно вытекала кровь, и которое доктор Зильман поспешил зажать. Слегка приподняв её, он осмотрел её спину.

— Пуля застряла, — прошептал он.

— Она выживет? — еле выговорил я. Страх сковал всё моё тело, и я не был даже уверен в том, что вообще смог что-то произнести.

— Рано ещё об этом говорить, — бросил доктор. В коридоре послышались торопливые шаги, и уже через несколько секунд комната наполнилась дюжиной голосов. — Готовьте операционную. Пулевое ранение в живот около получаса назад. Пуля осталась в теле, — отрапортовал он. Медики сразу же пришли в действие. — Ваше Величество, отпустите её. Вы ей сейчас ничем не сможете помочь и будете только мешать, — я кивнул и нехотя разжал пальцы.

Медленно отступая от её кровати, я налетел на Джейка. Он стоял белее мела и не сводил с неё глаз.

— Она не может умереть, — прошептал он. — Я обещал её защищать.

На лицо Оливии надели маску. Несколько медиков подхватили её и перенесли на каталку. Мы с Джейком вылетели в коридор вслед за ними, но в операционную нас уже не пустили.