Большой куш - Эбботт Джефф - Страница 54

— Я знаю. — Клаудия поцеловала его, и он притих, словно до сих пор не мог поверить, что она сейчас снова рядом с ним.

Он задержал ее поцелуй подольше, а потом сказал:

— Мой брат…

— Они найдут его. — Клаудия выпрямилась. — Я как раз и хотела поговорить с тобой о твоем брате.

— Это Зак. Или его дружки. Они, вероятно, бросились за Стоуни, чтобы забрать у него деньги.

— Твой брат знал, что нас похитили, Бен, но он не обратился в полицию. Он вообще никому об этом не сказал.

— Они пригрозили, что убьют нас, Клаудия, если он это сделает.

— Но он согласился или отказался заплатить выкуп?

На лице Бена заиграли желваки.

— Мой брат не мог так поступить с нами.

— На следующее утро Дэнни сказал мне, что Стоуни согласился на сделку, рассчитывая, что ты находишься у него вместе со мной. Поэтому я думаю, что накануне он не собирался платить выкуп.

— Стоуни сказал, что у него полетели компьютерные программы и он не может осуществить перевод денег. Клаудия, мой брат не какой-нибудь бездушный монстр. Ты не можешь так думать о нем.

— Я знаю, что ты любишь своего брата, Бен…

— Но ты ведь сама слышала его, верно? Ты была свидетельницей того, как он по телефону повторял и записывал номера счетов для переводов, Клаудия. Просто у него не было этого воображаемого изумруда, который требовал Дэнни, этот проклятый псих…

— Да, — согласилась Клаудия, стараясь говорить мягко. — Но твой брат все-таки не позвонил в полицию. Ни сразу, ни потом.

— Эти головорезы схватили его, прежде чем он смог что-то сделать.

— Судья — мой друг Уит Мозли — видел его в пятницу утром у себя дома. Стоуни выглядел ужасно. А что, если его вид не связан с вирусной инфекцией, Бен? Может, он просто не хотел расставаться с пятью миллионами?..

— Да нет. Я уверен, что он не мог перевести деньги. Вероятно, Стоуни ждал, когда похитители снова выйдут с ним на связь. А потом дружки Зака схватили его. Это самое простое объяснение. Ты ведь не веришь всему тому, что плел тебе этот псих Дэнни, правда?

— Честно говоря, я не знаю, что и думать относительно Стоуни.

— Мой брат… — Бен осекся, его голос задрожал.

— Прости, если я ошибаюсь. Клянусь, мне искренне хочется верить, что я действительно заблуждаюсь, — тихо произнесла Клаудия.

— Стоуни любит меня.

Клаудия промолчала.

— Стоуни боялся, что бандиты причинят нам вред, если он позвонит в полицию. — Бен изо всех сил старался убедить ее в этом, как, впрочем, и себя тоже.

— Знаешь, Бен, Гар знал, что я коп. Он назвал меня офицер.

Бен невидящим взглядом уставился на простыню, которой его укрыли.

— Ты говорил им, что я коп?

— Нет.

— А твой брат?

— Послушай, я больше не хочу обсуждать это. Пожалуйста. Мой брат — хороший человек, Клаудия. Мы ведь пока не знаем всей правды. — Бен слегка отстранился от нее, сдвинувшись на край кровати. Его нежелание верить фактам было слишком очевидным.

— Я щадила тебя, — сказала Клаудия, — и не хотела причинять тебе боль.

Бен не смотрел в ее сторону, и она чувствовала, как он все больше отдаляется от нее. Он выпустил ее руку, но в ответ она сама взяла его за руку и крепко сжала.

— Не говори так о моем брате.

— Хорошо, — согласилась Клаудия. — Ты сейчас нуждаешься в отдыхе. — Она поцеловала его в лоб. — Я ненадолго уйду, а ты сможешь поспать. Сон тебе необходим.

Бен ничего не ответил, и она направилась к двери.

— Клаудия! — слабым голосом позвал ее Бен. — Если бы Стоуни не согласился платить выкуп, они могли бы прийти и забрать его, так ведь? Они все равно не отказались бы от этих пяти миллионов, если осталась хоть какая-то возможность получить их.

— Надеюсь, что так, Бен.

— Я хочу сказать, что он не думал, будто мы с тобой не стоим этих пяти миллионов. Он смог бы снова заработать их за несколько лет, заключая такие же сделки, как и раньше. Господи, я ведь его брат.

— Возможно, они схватили его, Бен.

Надежда на то, что человека действительно похитили, звучала странно. Но еще более странной казалась мысль о том, что в данной ситуации такой исход воспринимался ими как положительный.

— Но если бы он так и не смог добраться до своих денег, — сказал Бен, — они ведь не убили бы его?

Бена оставляли в больнице, по крайней мере, еще на день. Клаудия чувствовала себя разбитой, но ненавидела эти стерильные белые стены и хотела как можно скорее вернуться в свою квартиру, поэтому выписалась из больницы около полудня. Домой Клаудию проводила ее мать Тина, которая все время суетилась, постоянно взбивала подушки и пыталась накормить свою дочь. Она притащила с собой полную кастрюлю энчилады[32] с курятиной и тарелку с домашним шоколадным печеньем, но ее стряпня совершенно не вызывала у Клаудии аппетита, что казалось весьма странным. Клаудия побыстрее улеглась в постель, стараясь не думать о том, как мог Стоуни предать Бена. Она была все еще измождена и сразу задремала, наслаждаясь ощущением своей подушки, простыни и просторной кровати. Сейчас ее пугали мысли о воде, когда она представляла, что под ногами нет ничего, кроме бездонной пучины моря.

Ее разбудил стук в дверь: зашла Тина с толстым конвертом.

— Что-то с твоей работы. Офицер сказал, что ты просила принести это. Дорогая, я не хочу, чтобы ты сейчас думала о работе и выбивалась из сил.

— Все в порядке, мама. — Клаудия села. — Положи на кровать, я потом посмотрю.

Тина так и сделала и, погасив свет, вышла.

Клаудия ждала. Ее мама тоже устала и была измотана тем, что большую часть ночи оставалась возле нее и ни минуты не отдохнула. Через пятнадцать минут Клаудия встала и заглянула в маленькую комнатку рядом. Тина Салазар лежала на кушетке и тихонько посапывала. Клаудия прикрыла ее легким одеялом, вернулась к себе и раскрыла конверт. Она просила в полицейском участке Порт-Лео собрать для нее все, что удастся получить от полиции Нового Орлеана относительно Дэнни Лаффита и его сообщников, подозреваемых в совершении похищения. Клаудия разобрала бумаги и принялась их читать.

Все утро Алекс оставался один и не торопился к Стоуни. Он поспал немного дольше обычного в своем новом, но по удобству почти таком же номере. Ему снилось, как он вместе с отцом ныряет за сокровищами в мелких водах в районе Флорида-Кис. Спал Алекс плохо. Около полуночи кто-то постучал в дверь, мгновенно разбудив его; он подкрался к двери с пистолетом в руке и, чуть помедлив, все-таки заглянул в смотровой глазок. Там никого не было. Затем он услышал смех в коридоре — скорее всего, это дурачились подростки. Но после этого сон как рукой сняло, и он еще некоторое время не ложился, раздумывая над тем, как переправить своего больного отца в Коста-Рику, не привлекая при этом слишком большого внимания. Затем он погрузился в беспокойный сон.

Утром он принял душ, оделся и посмотрел субботние утренние новости по местному телевидению. Все только и говорили о Стоуни, пропавшем финансисте. Ничего о Дэнни Лаффите и об убийстве в Блэк Джек Пойнте. Но это еще ничего не значило. Ему нужно действовать, а перед этим принять некоторые меры предосторожности.

Алекс подогнал фургон к большому продовольственному магазину рядом с городской пристанью Порт-Лео. Один из супермаркетов «Эйч-И-Би», которых в Техасе была огромная сеть, привлекал покупателей своим ярко-коралловым цветом. Он надел темные очки и бейсболку и зашел внутрь.

В магазине было полно народу: пенсионеры и юные девушки, целые семьи, мексиканцы, вьетнамцы, белые американцы, загорелые янки, которые своими гнусавыми хнычущими голосами спрашивали, где тут можно купить сок. Он взял несколько пончиков, кофе, маленькую упаковку молока и краску для волос. Пришло время менять внешность: коротко остричь волосы и покрасить их, превратившись в яркого блондина — такого же, как уличные девки. Он собирался бросить фургон возле аэропорта в Корпус-Кристи. Кассирша посмотрела на него несколько подозрительно: парень, покупающий осветляющую краску для волос, вызывал недоумение, — но упаковала все это вместе с едой и взяла у него деньги.