Большой куш - Эбботт Джефф - Страница 52

— Уит, шутки в сторону. Я серьезно. Я не хочу ставить тебя в неудобное положение.

— Ты имеешь в виду Сюзан?

— Нет, себя.

— Что бы ты ни сделала, я всегда поддержу тебя. Хочешь заниматься экстрасенсорной горячей линией? Прекрасно. Потеряла к этому делу интерес и мечтаешь о чем-нибудь другом? Тоже хорошо. Но неудобно за тебя мне никогда не будет. — Он помахал перед ней своей рубашкой, надел ее и стал застегивать. — Скорее уж тебе будет неудобно за меня.

— Думаю, что ты ошибаешься, — прошептала Люси.

Они заставили его ждать двадцать минут, хотя, насколько ему было видно со стула в шикарной гостиной Стоуни Вона, эти два федеральных агента просто сидели и беседовали, пили кофе хозяина, не предложив Уиту составить им компанию, и беспрестанно делали короткие звонки со своих сотовых телефонов. Уита такое отношение вовсе не удивило, потому что он сразу понял, в чем тут дело. Дэвид, как он догадался, уже успел поговорить с этими людьми и нарисовать им непрезентабельный образ Уита. Вот почему он сейчас сидел тут и бил баклуши.

Когда один из федералов снова налил себе кофе, Уит встал и прошел в кухню.

— Извините, возможно, по пятницам вы обычно прохлаждаетесь, но у меня очень много работы. Либо мы с вами поговорим сейчас, либо встретимся у меня в кабинете.

Они оба посмотрели на него с таким изумлением, будто он в туалете обмочил свои брюки. Но затем один из них улыбнулся, а второй выдвинул стул, жестом предлагая ему присесть. Уит подумал, что Люси, возможно, была права и ему действительно стоило надеть костюм. От этой мысли он разозлился еще больше, но все-таки сел.

У обоих представителей ФБР фамилии начинались на букву «Г»: Граймс и Горделл. Уит тут же мысленно прозвал их люди «Г». Граймс был мускулистый и поджарый, с мощной шеей и накачанными руками; его загорелая кожа приобрела на солнце красновато-коричневый оттенок. Горделл, более широкоплечий, коренастый, но не толстый, казался плотно сбитым. У Граймса был акцент южанина; Горделл разговаривал немного в нос, как в Новой Англии. Люди «Г» были одеты в хорошие летние костюмы, которые, впрочем, все равно оказались слишком жаркими для июльского Техаса. Рубашка Уита, похоже, не давала покоя агенту Горделлу, как кнопка на стуле: он постоянно ерзал и подозрительно косился на нее.

— Судья Мозли, — медленно произнес Граймс дружелюбным тоном, — вы вчера приезжали к мистеру Вону?

Эти люди всегда попусту тратят время, спрашивая о том, что им и так уже известно, подумал Уит и ответил:

— Да. В ходе дознания по поводу двойного убийства, совершенного на прошлой неделе, я обнаружил некоторую связь между Стоуни Воном и одной из жертв. Я хотел расспросить мистера Вона об этом и приехал сюда вчера утром, около восьми тридцати. Мистер Вон выглядел совершенно жутко, будто ему пришлось спать не раздеваясь, и, кроме этого, я уловил исходивший от него запах виски. У мужчины была разбита губа.

— Похоже, что у хозяина дома был напряженный вечер?

— Он совершенно точно не упоминал о том, что его брат и Клаудия похищены. Но он ведь знал об этом, не так ли?

— Мы не уполномочены обсуждать это здесь, судья, — последнее слово Граймс произнес с усмешкой, словно бы после некоторого раздумья. Как будто он даже не был в этом особенно уверен.

— Клаудия Салазар — мой старый друг. Мы вместе работали, расследуя разные убийства. И я весьма отрицательно оцениваю тот факт, что Стоуни, зная об опасности, в которой она оказалась, даже пальцем не пошевелил, чтобы помочь ей.

Люди «Г» вежливо улыбнулись. Судя по всему, его мнение тут никого не интересовало.

— Но ведь по этому двойному убийству уже был выявлен подозреваемый, верно? — спросил Горделл. — Самоубийца.

— Исполняя обязанности коронера, я еще не идентифицировал эту смерть как самоубийство, — заметил Уит.

— И вы, решив, что в управлении шерифа ошиблись, захотели немного покачать здесь свои права? — Горделл уставился на него в ожидании ответа. — Вы не считаете, что ваше поведение слишком самонадеянно?

Дэвид, должно быть, просто обаял их своим докладом.

— Я не считаю, что должен согласовывать свои действия с вами, сэр, — вежливо ответил Уит.

— Простите? — переспросил Горделл.

Граймс оторвал свой взгляд от блокнота, в котором делал какие-то пометки, и Уит увидел, как побледнело его лицо.

— Простите… «ваша честь», — поправил его Уит, любезно улыбаясь.

— Ваша честь, — добавил Горделл. При этом он ни секунды не выглядел виноватым. — Я не хотел вас обидеть.

— Хотел. Но не важно, — сказал Уит. — Если я понимаю, что мне для дознания нужна дополнительная информация, я иду и получаю ее.

— Вы ведь не юрист, да? Я хочу сказать, что вы один из тех судей, которым формально не нужна юридическая подготовка, — сказал Горделл с вежливым ехидством.

— Нет, я не юрист. На официальную должность меня избрали, — спокойно ответил Уит.

В темных глазах Горделла мелькнул злой огонек.

— Мне кажется, избиратели могут не одобрить ваше нежелание сотрудничать с ФБР.

— Почему вы решили, что я не хочу сотрудничать?

— Вы слишком самоуверенны. Среди общественных деятелей это не принято, — сказал Горделл.

— Джим, — несколько устало остановил его Граймс.

— Вы не ответили на мой вопрос, — настаивал Уит.

— Давайте не развязывать тут войну, судья Мозли. Вы в ней потерпите поражение, причем жестокое и быстрое. Здесь мы задаем вопросы, а вы на них отвечаете.

Уит мысленно сосчитал до десяти.

— Я думаю, что мой приезд к Стоуни Вону был весьма удачным и своевременным, потому что могу утверждать, что в это время финансист был жив и здоров. Если после этого его похитили или он сбежал, я, по крайней мере, очень существенно сузил для вас временной отрезок, когда это могло произойти.

— Мы вам за это благодарны, — сказал Граймс.

— Но мне все-таки хотелось бы знать, почему были похищены Бен и Клаудия, — продолжил Уит.

— Мистер Вон — богатый человек, — ответил Горделл, пожимая плечами.

— Мистер Стоуни Вон — да. Мистер Бен Вон — нет.

— Похитители думали, что на борту лодки был Стоуни.

— А почему они так считали? Им было известно о его планах?

— Мы этого пока не знаем, судья. — Граймс прокашлялся. — Вполне возможно, что злоумышленники следили за домом и ожидали, когда лодка выйдет в море. А может быть, они просто решили, что если лодки у пирса нет, то хозяин находится на ней.

— Итак, Стоуни Вон имеет смутное отношение к моему делу об убийстве, но при этом получает по физиономии как раз во время похищения. Сейчас он вообще исчез. Я не думаю, что это простое совпадение.

— Вы один из тех, кому не дают покоя закопанные сокровища, да? — спросил Горделл.

— Я предпочитаю рассматривать обнаруженные в земле драгоценности как археологическую находку, — ответил Уит. — И еще меня интересует пресловутый охотник за кладами — Альберт Эксли, или Аллен Экк, или Алекс. Хотелось бы, чтобы вы выяснили, кто этот парень на самом деле.

Губы Граймса сжались в узкую полоску.

— Мы очень ценим ту информацию, которую вы предоставили офицеру Салазар и другим представителям местных властей. Но поймите, пожалуйста, что сначала мы должны разобраться во всех связях этого дела, а потом расставить приоритеты, ваша честь.

— Позвольте мне объяснить, почему важно определить личность названного мной человека. Это Алекс, законченный псих, был в Новом Орлеане в тот момент, когда убили кузена Дэнни Лаффита. Он выбросил одну несчастную женщину в окно только за то, что она случайно услышала, что он «убрал» не того парня. Я думаю, что Дэнни Лаффит связывался со Стоуни Воном за несколько недель до этого, пытаясь договориться с ним о финансировании раскопок клада. Но Стоуни пожадничал и послал Алекса, чтобы тот похитил у Дэнни документы о местонахождении сокровищ и убил его. Только вот Алекс убил в доме Дэнни Лаффита другого человека. Дэнни, по-видимому, позвонил Стоуни после убийства своего родственника, и тот, узнав, что Дэнни жив, начал чудить. — Уит остановился и внимательно посмотрел на обоих агентов. — Так что на вашем месте я бы очень внимательно изучил все записи телефонных разговоров Стоуни Вона, проверил бы, звонил ли он в мотель «Байю Ми» в Новом Орлеане, посмотрел бы, звонили ли ему из Нового Орлеана или Южной Каролины, где находился Дэнни Лаффит, когда был убит его кузен.