Большой куш - Эбботт Джефф - Страница 42

Лови момент, решайся.

Клаудия стала рыться в шкафу. Никакого спасательного жилета — ничего, что могло бы удержать ее на воде. И никаких сигнальных ракет. Она нашла там пару больших синих джинсов и вспомнила рассказанную в новостях историю об одной американской девушке, которая, после того как на Филиппинах затонул паром, спаслась благодаря тому, что приспособила свои джинсы в качестве грубого поплавка. Что ж, попробуем. Она надела джинсы поверх своих шорт и, увидев на кровати маленькую ярко-красную подушечку, сунула себе под футболку. Ее легко будет заметить.

Клаудия протиснулась через иллюминатор наружу и бросилась в зеленые волны, изо всех сил оттолкнувшись ногами от лодки.

Удар о поверхность воды был подобен удару о каменную стену. Воздух выдавило из легких, вода сомкнулась над ее головой, как двухметровый слой плотной грязи. Над ней, разрезая и вспенивая волны, пронеслась «Мисс Катрин». Боги бросили свои игральные кости.

Энергично работая ногами, Клаудия все погружалась и погружалась в зеленую бездну.

Оставайся под водой. Не дай ему заметить тебя. Господи, прошу тебя, подари мне шанс!

Она чувствовала себя так, как будто ее сжимает холодный кулак залива. И, когда уже не было больше сил сдерживать дыхание, Клаудия сильно оттолкнулась ногами и всплыла на поверхность. Волна, ударившая в грудь, опрокинула ее на спину. От соленой воды горели глаза и кожа на лице. Подняв голову над водой, она закашлялась и повернулась в сторону широких бурунов, оставшихся после лодки.

«Мисс Катрин» уходила от нее, Дэнни стоял на мостике и направлял лодку, лавирующую между пенными верхушками волн. Похоже, он не собирался останавливаться и поворачивать назад. Он не видел ее.

Клаудию начало трясти. Волна вынесла ее на гребень и уложила на спину. Руки и ноги так болели, будто ее только что распяли. Она чувствовала острую, жгучую боль в руке, а повязка из разорванной чужой футболки окрашивала воду вокруг нее в розовый цвет. Из прошлой жизни, которой она жила до вчерашнего дня, Клаудия вспомнила блестящих акул, бешено набросившихся на приманку, к которой их привела кровь.

Она постаралась сориентироваться по солнцу и повернулась в ту сторону, где, по ее представлению, должен был находиться берег. «Уже пытаешься предугадать свое будущее?» — подумала Клаудия, но затем увидела два распущенных паруса и разрезавший волны прогулочный катер.

Он наверняка направляется к берегу. Значит, ты не очень далеко в заливе. Этого не может быть, верно?

Клаудия вытащила из-под футболки яркую красную подушечку и, повернувшись лицом к лодкам, стала размахивать ею каждые десять секунд: оттолкнулась от воды — помахала, снова оттолкнулась — и снова сделала несколько взмахов. И так до тех пор, пока оставались силы.

Снова. Снова. Снова.

Лодки отдалялись от нее. Когда Клаудия начала плыть, на нее медленно и жутко накатилась фатальная тяжесть бессилия.

Глава 23

— Не нравится мне, что тут рыскает этот судья и что-то вынюхивает, — сказал Алекс.

— Он же безобидный. — Стоуни стоял перед выступающим наружу окном и смотрел в сторону бухты.

— Но он уже дважды приходил сюда.

— Он встречается со всеми, кто знал Пэтча Гилберта. Это ни о чем не говорит.

— Может быть.

— Послушай, он ведь меня практически ни о чем не спрашивал — только о том, как и где я познакомился с Пэтчем. Вот и все. Ни о закопанных сокровищах, ни о Лаффите даже не упоминалось. Верно? Я вышел к нему, потому что должен был как-то от него избавиться. Не могли же мы допустить, чтобы он торчал здесь, когда приплывет Дэнни. Да и тебя ему видеть не стоит.

— Согласен. — Алекс снял свои очки в металлической оправе, протер их краем рубашки и снова надел. — Если Дэнни убил твоего брата, как ты собираешься объяснять мотив убийства?

— Пропала моя лодка. Он был на ней. Откуда мне знать, что там произошло. Дэнни — помешанный псих, который в конце концов сорвался. Он испытывает ко мне необъяснимую неприязнь. Почему я еще должен что-то объяснять?

— Знаешь, а ты все-таки полный мерзавец, Стоуни.

— Я не хочу вреда своему брату.

— Ты и пальцем не пошевелил, чтобы помочь ему, — заметил Алекс. — Неужели семья для тебя ничего не значит?

— Ты, убивший несколько человек, будешь читать мне мораль?

— Я не имел ничего против Гилберта и миссис Тран, — сказал Алекс. — Старики, видимо, прожили хорошую жизнь. Джимми был слишком туп, чтобы жить. Просто я не хотел, чтобы они портили мне жизнь. Но, блин, близких мне людей я бы не убивал.

— Я и так не убивал своего брата.

— Нет, убил. Обокрав меня, ты даже не подумал поделиться с братом хотя бы медной монетой и предпочел его смерть. Ты — настоящая душка. — Алекс развернул жевательную резинку и предложил Стоуни, но тот покачал головой. — Когда Дэнни появится здесь, — продолжил Алекс, — мы встретим его внизу, на пристани.

— Если Бен и Клаудия все еще живы…

— Она должна погибнуть, приятель. Прости. Похитители и Дэнни тоже уже мертвецы. Твой брат… Если ты считаешь, что ему можно доверять, тогда ладно.

— Он будет не в восторге, если ты убьешь его девушку.

— Он будет еще в меньшем восторге, если умрет сам.

— Не убивай его, Алекс. Пожалуйста. — Стоуни посмотрел в сторону берега, переходившего в отмель. — Сюда приближается лодка. Не моя. Для спортивной рыбалки.

— Это наш Малыш Дэнни, — сказал Алекс. — Пойдем, поздороваемся с ним. — Он заткнул пистолет за пояс брюк и надел легкий пиджак, взятый у Стоуни, чтобы прикрыть оружие.

— Ты носишь пиджак летом? Это выглядит подозрительно.

— Может, ты сам пойдешь и пристрелишь его, Стоуни?

Стоуни открыл было рот, но в последнее мгновение решил промолчать. Они стали спускаться по ступенькам террасы к пристани.

Лодка, пыхтя, двигалась вперед, постоянно меняя направление, словно тот, кто стоял у штурвала, был не очень уверен в правильности курса. Утро становилось ветреным, и на поверхности моря появились белые барашки волн.

— Стой у меня за спиной, — приказал Алекс. — Чуть позади.

— Ты собираешься сразу же пристрелить его? — прошептал Стоуни.

— Нет, не собираюсь, — ответил Алекс. — Просто делай то, что тебе говорят.

Катер «бертрам», давно не крашенный, качался на волнах возле пристани, но не швартовался к ней, оставаясь от нее на небольшом расстоянии. Стоуни увидел Дэнни, стоявшего в тени козырька на капитанском мостике; его волосы были взъерошены от ветра и быстрой езды.

Алекс поднял обе руки ладонями вперед, показывая, что они пусты.

На лодке заглушили двигатели.

— Кто ты такой? — крикнул Дэнни.

— Я здесь, чтобы помочь совершить обмен, — ответил Алекс.

— Стоуни, — сказал Дэнни, — ты решил спрятаться за спину этого головореза?

— Так же, как и ты прячешься за моего брата и его девушку, — парировал Стоуни.

— Где дневник и Глаз Дьявола? — спросил Дэнни.

— В доме. А где моя лодка, черт возьми? — вспылил Стоуни.

— Тебя, я вижу, больше волнует лодка, а не твой брат, — усмехнулся Дэнни. — Очень мило.

— Перед обменом мы хотим убедиться, что Бен и Клаудия невредимы, — заявил Алекс. — Это чисто деловая операция.

— Никогда не любил банкоматы, — сказал Дэнни. — Сначала вы покажете мне Глаз и дневник. Потом бросите их мне на лодку. Я отойду немного подальше, а затем дам Бену и Клаудии доплыть до пристани.

— Нет, — твердо произнес Алекс. — Ты сначала пришвартуешься, чтобы мы убедились, что с нашими друзьями все в порядке.

— Будет или по-моему, или никак, — ответил Дэнни.

— Чудесно, — с деланным равнодушием сказал Алекс. — Тогда можешь отчаливать в сторону заходящего солнца.

Дэнни нахмурился.

— Я позвоню копам и расскажу им, что ты сделал. Здесь и в Новом Орлеане.

— Звони, — отозвался Алекс. — Ты — похититель людей. И доказательств у тебя никаких нет. Парень, который убил твоего кузена в Новом Орлеане, мертв. Его звали Джимми Берд. Он застрелился на этой неделе. Он использовал нас и тебя. Стоуни и пальцем не прикоснулся к твоему кузену.