Большой куш - Эбботт Джефф - Страница 30

— Я сам смотрел на него. Вблизи. Он не настоящий. — Голос его звучал глухо и отчетливо, в нем чувствовалось нетерпение. — Глаз должен быть немного красноватым.

— А я и не знал, что ты у нас являешься экспертом по изумрудам.

— Где он? — не слушая Стоуни, спросил Алекс.

— Лучше ответь, почему у тебя оказались ключи от обоих замков. Мы же договаривались…

— Ты, блин, украл камень, — перебил его Алекс, — и еще смеешь отчитывать меня? — Он покачал головой, словно не верил собственным ушам, и пистолет в его руке на мгновение опустился дулом в пол.

— Я ничего не крал у тебя. — Стоуни посмотрел в окно в сторону бухты. — О Боже, вот они!

Но это был не «Юпитер», а небольшой рыбацкий траулер, проплывавший у ближнего края бухты.

— Пожалуйста, отдай Глаз, — угрожающе произнес Алекс. — Я не стану помогать тебе разбираться с Дэнни и его парнями, пока ты не выложишь мне камень.

— Послушай, я взял его, чтобы защитить.

— Правда? И каким же образом? — поинтересовался Алекс, будто у него было время, чтобы выслушать все подробности.

— Дэнни… — начал Стоуни и запнулся. — Послушай, он знает, что мы проводили раскопки. Он был на месте и видел бумаги о Блэк Джек Пойнте и убийствах. Он знает, что Глаз у нас. Он мог найти, где мы его прячем. — Затем, разыграв приступ ярости, он перешел в наступление. — Слушай, у тебя самого был ключ, о котором я ничего не знал! Так что мы квиты.

— Ни хрена мы не квиты! — Пистолет Алекса поднялся и уперся в грудь Стоуни.

— Если со мной что-то случится, — торопливо залепетал Стоуни, — полиция получит пленку с записью всех наших разговоров за последние пару месяцев. О Пэтче Гилберте. О сокровищах Лаффита, о Глазе Дьявола, о твоем небольшом проколе в Новом Орлеане. Я сделал несколько копий этой пленки и спрятал их в разных местах. В различной форме: магнитофонная лента, звуковые файлы и еще парочка вариантов, о которых ты никогда не догадаешься. Но все это обязательно обнаружится, если я исчезну или умру, Алекс. Я тебе не бессловесный, на все согласный Джимми.

— Ты блефуешь. Ты бы не пошел на то, что может подставить тебя самого.

— Мог и пойти. Для страховки. Я всегда перестраховываюсь.

Алекс опустил пистолет, развернулся и вышел из кабинета.

— Ты куда? — спросил Стоуни. Он последовал за Алексом в большую белую гостиную, где все стены были увешаны старыми морскими картами и повсюду лежали толстые старинные книги в кожаных переплетах. Алекс присел перед выложенным камнем камином и открыл лежавший рядом пенал с декоративными спичками. Эти длиннющие спички могли довольно долго гореть, не обжигая пальцы. Он повертел в руках пенал и, вернувшись к тому месту, где на нижних ступеньках лестницы стоял Стоуни, сильно ударил его кулаком в лицо, разбив губы. Тот упал на спину, и по его подбородку потекла тоненькая струйка крови вперемешку с соплями.

— Уфф, — промычал Стоуни.

Алекс схватил его за грудки, с силой толкнул на ступеньки и процедил сквозь зубы:

— Твоя страховка может обойтись тебе очень дорого.

Стоуни сплюнул кровью.

— Не могу поверить, что ты, ублюдок, ударил меня, — возмущенно сказал он, но легкая дрожь в голосе выдавала его страх.

Алекс легко размахнулся и, словно играючи, залепил Стоуни звонкую пощечину.

— Ты украл Глаз, а потом позвонил мне и рассказал, что Дэнни похитил твоего брата и собирается обменять его на Глаз Дьявола. Значит, мы отдаем им поддельный Глаз, чтобы спасти твоего брата? А я потом так никогда и не узнаю, куда подевался настоящий?

— Можно подумать, что ты позволил бы мне отдать Глаз какому-то Дэнни. Я не настолько наивен. Ты бы никогда этого не сделал. — Стоуни вытер нос. — Ты же слышал, что говорят приятели Дэнни по телефону.

— Ну, слышал. И это не произвело на меня никакого впечатления. У тебя могут быть свои друзья, о которых мне ничего не известно, Стоуни, и которые могут разыграть по телефону весь этот цирк. — Алекс мрачно посмотрел на него и добавил: — И все с единственной целью — одурачить меня. — Он схватил Стоуни за горло. — Говори, где Глаз?

— Я не…

Алекс провел кончиком спички — незажженной — по бровям Стоуни и дальше, по краю уха.

— Щекотно?

— О Боже, не надо, — прошептал Стоуни. — Прошу тебя.

— Я не хочу тебя поджаривать. — Алекс чиркнул спичкой по стене, и она тут же загорелась. — Но я это сделаю, а затем потащу тебя на твой причал. Возьму там немного бензина, который, надеюсь, подействует на тебя благоприятно. Заруби это себе на носу.

— Дева Мария, Матерь Божья, не надо, — прохрипел Стоуни.

— Где камень?

Стоуни, не отрываясь, смотрел на огонь.

— Глаз на лодке. На моей лодке. Именно там я его и спрятал. Он попал в руки Дэнни, хотя тот об этом даже не догадывается.

— И они сейчас плывут сюда?

— Да. И теперь ты сможешь получить его.

Алекс задул спичку.

Было уже почти восемь часов.

— Не думаю, что эти плохие парни явятся сюда, Стоуни. — Алекс смотрел на пустой причал через выступающее окно кухни. В умирающих летних сумерках на небе появились первые звезды. — Мне кажется, нас обманули.

— Господи Иисусе. Они же сказали, что привезут моего брата… чтобы получить деньги, после того как убьют Дэнни…

— Что-то ты, приятель, неважно выглядишь.

— Господи. — Стоуни потянулся за бутылкой виски и сделал маленький глоток. Алекс следил за ним. Маленькие глоточки не оказывают действия, пока их количество не перевалило за сотню.

— Я считаю, Человек-кремень, что тебе необходимо приготовиться к плохим новостям. Я думаю, что эти парни убили твоего брата и его девушку. Поэтому они и не показываются. Они просто поняли, что за труп денег не получат.

Стоуни громко всхлипнул.

— Теперь дальше, — невозмутимо продолжил Алекс. — Этот Дэнни. Он ведь по-прежнему где-то тут.

Стоуни посмотрел на него с отсутствующим выражением и опустил голову.

— Допустим, Дэнни все еще жив, — как ни в чем не бывало говорил Алекс. — Но он потерял свои козыри, потому что его головорезы убили твоего брата и девушку. Поэтому ему нужно что-то делать. Он наверняка попытается снова выйти на тебя — ему все равно важнее получить сокровища, чем засадить тебя в тюрьму. Разве не так? Вряд ли он станет обвинять тебя в убийстве, поскольку они сами совершили то же самое. Так куда теперь направится Дэнни?

— Я не знаю.

— У него ведь есть друзья. Ты же знаешь его, Стоуни. Думай!

— Нет… Насколько мне известно, друзей у него здесь нет.

— А другие ребята из Лиги Лаффита?

— Может быть, кто-то в Корпусе. Его у нас не слишком-то любят. Многие считают, что он чокнутый.

— Ага. Тогда сейчас тебе придется взять телефонную трубку и…

В этот момент в дверь позвонили. Стоуни замер у телефона.

— Ни слова. — Алекс вытащил пистолет, торчавший у него сзади за поясом, и прижал дуло к щеке Стоуни. — Или я убью и тебя, и того, кто стоит на крыльце. Ты меня понял?

— Ни… Ни слова, — повторил Стоуни охрипшим голосом.

Алекс тихонько проскользнул к входной двери и заглянул в глазок.

На крыльце стоял, оглядываясь по сторонам, какой-то парень, светловолосый, высокий, в ярко-оранжевой рубашке с тропическим рисунком. Из-за искажения в стекле его голова казалась необычно круглой.

Алекс отодвинулся от двери. Звонок зазвенел снова, после чего раздался стук.

Алекс ждал. Выглянув через окно гостиной и осторожно отодвинув край занавески, он увидел, что парень стоит на подъездной дорожке и разговаривает по мобильнику. Потом он выключил телефон, и через несколько секунд снова раздался стук в дверь, потом звонок.

— Мистер Вон! Это Уит Мозли. Я местный мировой судья. Я знаю, что вы сейчас дома. Откройте, пожалуйста.

Алекс, затаившись, продолжал ждать. В дверь еще несколько раз постучали. Минут через пять Уит Мозли сел в свой «форд-эксплорер», и машина с ревом рванула с места. В холл вышел Стоуни.

Алекс наставил на него пистолет.