Большой куш - Эбботт Джефф - Страница 28

— Ну а мне почему об этом не рассказал?

— Ты был слишком озабочен тем, чтобы поделиться со мной своими подозрениями по поводу Люси, — ответил Уит. — К тому же миссис Берд просила ничего тебе не говорить.

— Она обычная алкоголичка.

— Сегодня я получил анонимное уведомление, — спокойно продолжил Уит.

Дэвид положил на тарелку свой початок, по его подбородку потекло масло.

— И скажи после этого, что ты не популярен в народе.

— Я слышал, что Пэтч Гилберт пытался без лишнего шума занять в городе сто тысяч долларов.

— С какой целью? — поинтересовался Дэвид.

— Этого я не знаю.

— Я надеюсь, это уведомление поступило не от чиновника кредитного отдела банка?

— Нет. Поэтому оно и было анонимным, — слегка улыбнувшись, ответил Уит. — Но тебе не кажется, что было бы разумно проверить финансовые дела Пэтча? Посмотреть, не было ли у него долгов, может быть, проигрышей. Ну, не знаю, что еще, но это должно касаться крупных сумм.

— Уже проверяем, — отозвался Дэвид и пробормотал: — Господи, сто тысяч.

— По словам Люси, его вторая племянница, Сюзан, просила Пэтча одолжить ей именно такую сумму. Но в разговоре со мной Сюзан отрицала это. Она заявила, что попросила у Пэтча десять тысяч, но старик отказал ей. И тогда Сюзан, по ее словам, взяла эти деньги у своих друзей. Люси утверждает, что она и ее приятель, бывший уголовник, постоянно имеют проблемы, связанные с игрой.

— Люси, я вижу, неплохо информирована.

— У Пэтча были деньги, — сказал Уит, не обращая внимания на выпад Дэвида. — По крайней мере, у него было много земли. Я не вижу причин, которые побудили его искать ссуду у частного лица.

— Ты точно не в курсе, откуда поступило это уведомление? Это был телефонный звонок?

— Сообщение было анонимным, что тут еще непонятно? — пожав плечами, ответил Уит. Он был обязан Гучу жизнью, и, если Гуч хочет анонимности, Уит предоставит ее. Конечно, лгать было противно, но он все равно не изменил своего решения.

— Но ты все-таки знаешь, кто это был, верно? — Дэвид смял вощеную бумагу, на которой было подано жареное акулье мясо. — Ну ладно. Я не собираюсь ломать вокруг этого копья, судья. Я просто хотел бы напомнить, что ты — судебный чиновник. Лицо официальное и публичное. И ты ни в коем случае не можешь идти на сделку с совестью, тем более если речь идет о правопорядке, сэр.

— Дэвид, отнесись к этому, как к любому другому уведомлению.

— Но оно точно было не от Люси?

— Нет, это была не Люси.

Дэвид вытер рот салфеткой, вынул кусочки мяса, застрявшие в передних зубах, и буркнул:

— Угу.

— Это была не Люси, — повторил Уит.

— Понятно. Но я давно заметил, что в этой семье принято указывать пальцем друг на друга. Может быть, всего чуть-чуть, совсем немножко. Да? — Дэвид показал это жестом, разведя указательный и большой пальцы на сантиметр.

— Я знаю, что на самом деле ты не подозреваешь Люси. — Уит постарался, чтобы его голос звучал уверенно.

— В понедельник ночью она была с тобой?

— Да.

— Чем вы занимались с ней в ночь с понедельника на вторник?

— Ты ее уже спрашивал об этом.

— Я задаю вопрос вам, ваша честь. — Дэвид сделал ударение на последних словах. — Как представителю правосудия.

Уит разломал кусочек картошки пополам.

— Мы ужинали у меня дома. Потом смотрели телевизор.

— Что было на ужин, что за фильм вы смотрели?

«Вот придурок», — подумал Уит, но все же ответил:

— Гаспачо.[19] Жареная форель. Салат. Немного австралийского белого вина, которое она принесла. Рыбу готовил я. Фильм назывался «Влюбленный Шекспир». Люси взяла его напрокат.

— Я и не сомневался в этом. Она не осталась на ночь?

Уит мог воспротивиться и затеять спор, но решил этого не делать. В конце концов, им скрывать нечего.

— У нас у обоих с утра было много работы. Она ушла домой около одиннадцати.

— А ты?

— Я пошел спать.

— Когда ты увидел Люси после этого, судья?

— Когда она появилась в здании суда, чтобы рассказать мне об исчезновении Пэтча.

Дэвид хмыкнул и неожиданно заявил:

— У нее большие долги. Может, это связано с горячей экстрасенсорной линией? Знаешь, ей звонит масса детей. Родители жалуются, что их затраты на это увеличиваются. В результате народ перерасходует деньги по кредитным карточкам, и те закрываются. Но это не значит, что персонал Люси и ее расходы уменьшаются. Финансово она попала в тяжелое положение. Она говорила тебе, что в прошлом месяце пара кредиторов подала на нее иски?

Уит молчал.

— Значит, не говорила, — подытожил Дэвид. Он облизал масло с пальцев.

— И все-таки я не пойму, почему ты связываешь ее бизнес с совершением убийства? Причем таким способом, каким были убиты Пэтч и Туй?

— Похоже, мне удалось найти твою болевую точку, да? — Дэвид холодно улыбнулся.

Уит видел, что он обижен этими анонимными уведомлениями, звонком миссис Берд, самой мыслью, что у Уита есть перед ним преимущество.

— Я думаю, что у тебя такой же точкой была Клаудия, — сказал Уит, зная, что его слова могут ранить не хуже выпущенной стрелы.

Но Дэвид даже не моргнул.

— Я покончил с Клаудией. Можешь сказать ей об этом, когда увидишь ее в следующий раз.

— И теперь ты хочешь неприятностей для Люси? Хорошо. Не забывай только обдумывать каждый свой шаг. Будь внимателен, Дэвид, потому что, если ты сделаешь ошибку, я так возьму тебя за задницу, что мало не покажется. Я думаю, мне стоит поговорить об этих скелетах непосредственно с твоим боссом, потому что сам ты, похоже, не придаешь им особого значения.

— Я этого не сказал. — Дэвид встал. — Я не отбрасываю ни одной версии. Как и должен делать настоящий следователь. Но тебе, судья, я дам один совет. Я не думаю, что ты можешь позволить себе и дальше встречаться с Люси Гилберт. Пресса не будет к этому снисходительна. Репортерам понравится мысль о том, что такая броская маленькая штучка, как Люси, могла убить двух стариков, чтобы получить деньги для спасения своего бизнеса с телефонными консультациями экстрасенсов.

— Мне кажется, что тебя эта броская маленькая штучка интересует больше, чем поиск истины.

— Ничего подобного, — возразил Дэвид. — А если ты будешь упорно настаивать, чтобы я оставил Люси Гилберт в покое, мне придется выступить с заявлением к прессе. У меня уже созрела парочка подходящих фраз для этого. И ты в два счета предстанешь перед комиссией по надзору за деятельностью судов. А может, тебя вообще переизберут.

— Не нужно мне угрожать.

— Не беспокойся. Если это действительно сделала Люси, я не приду к тебе за подписью на постановление об ее аресте.

После того как Дэвид высадил его у здания суда, Уит поехал домой, в свой домик для гостей, расположенный позади принадлежащего их семье огромного дома в викторианском стиле. Он собирался немного поработать на своем компьютере и взять чистую одежду, прежде чем вернуться в дом Пэтча и остаться там с Люси на ночь. Его отца Бейба и выписанной им из России мачехи Ирины не было дома, и Уит вздохнул с облегчением. Ему сейчас не хотелось ни с кем разговаривать. Он зашел в свою маленькую кухню и, налив себе воды со льдом, упал на диван. С одной стороны, он испытывал желание побыстрее вернуться к Люси, с другой, наслаждался тихим спокойствием настоящего момента.

Он закинул ноги на столик и подумал о том, что скоро поедет к Люси и пораньше ляжет спать, если, конечно, она позволит ему. Завтра будет пятница, долгий, утомительный день рассмотрения дел суда для несовершеннолетних, самая нелюбимая из всех его повседневных судебных забот, а потом он…

Уит вдруг заметил, что дверь его спальни была заперта.

Он никогда не закрывал ее. В летнюю жару кондиционеры, установленные на окнах, превращали запертую комнатку в настоящую Антарктику, тогда как в остальной части маленького дома царил душный, липкий зной. Правда, нужно было быть аккуратным: иногда дверь, старая и немного покосившаяся, могла захлопнуться сама собой, когда он просто проходил мимо.