Мир уже не будет прежним - Марченко Геннадий Борисович - Страница 10

В итоге получился такой вариант… Дело происходит в 1970-х в некоей латиноамериканской стране, где правит проамериканская диктатура. Главный герой Хосе Сальгадо – бедный, но честный батрак, который борется против несправедливого отношения к работникам на плантациях. За это его преследуют власти и наёмные бандиты. Мария Варгас – единственная дочь и наследница богатого фазендейро. Однажды Хосе видит, как к его работодателю приезжают гости – богатый мужчина со своей дочерью-красавицей. Он сразу влюбляется в незнакомку, которая решила прогуляться вдоль реки, где её подстерегала пантера, затаившаяся в ветвях дерева. Но молодой человек вовремя замечает опасность и спасает девушку практически из лап хищника. Та тут же влюбляется в своего спасителя. Отношения между Хосе и Марией развиваются по нарастающей. Приходит момент, когда Мария говорит родителям о своём избраннике, с которым хотела бы связать свою судьбу. Естественно, семья Марии и слышать о подобном не хочет. Но девушка проявляет характер.

Тем временем подлый дядя главной героини Луис-Игнасио подстраивает гибель её родителей и, подделав с помощью подкупленного юриста завещание, прибирает к ру кам наследство. А Марию хочет выдать за своего компань она в грязных делах богатого гринго Джона Форбса.

Дальше множество переживаний, приключений, опасностей… Сначала побег, влюбленные скрываются от дядиных бандитов и продажных властей и знакомятся с подпольщиками-социалистами, которые им помогают. Затем беременность главной героини, появление на свет ребёнка, похищение оного людьми подлого дяди, поиски младенца… В общем, всё, как и положено в мыльной опере. И когда Хосе и Мария наконец находят ребёнка, их захватывает шайка бандитов и коррумпированных полицаев во главе с подлым дядей и его компаньоном, тем самым гринго. Они готовы расправиться с Хосе и Марией и даже обсуждают, не отправить ли на тот свет и сына влюблённой парочки, но тут появляется отряд красных партизан, коих в 70-х в Латинской Америке было пруд пруди, убивает бандитов, полицаев и гринго, а главный герой уничтожает в рукопашной схватке Луиса-Игнасио. Хеппи-энд, главная героиня раздаёт землю батракам, а на унаследованные деньги покупает оружие, и вместе с Хосе уходит в партизаны бороться против власти таких подонков, как её дядя и его компаньон-гринго.

Финальные кадры: Хосе с автоматом Калашникова и Мария с младенцем в переноске идут по горной тропе под песню кубинского композитора Карлоса Пуэблы «Hasta Siempre Comandante». «Смотри, любимая, это заря новой жизни, – говорит Хосе, показывая рукой на поднимающееся над горизонтом солнце. – Мы добьёмся того, чтобы наш малыш жил в ней!» И дальше камера уходит вверх, показывая картинку панорамы гор, заросших лесом, с разгорающейся в небе зарёй.

Сценарий был готов за три дня до отъезда в Венгрию. Я отнёс его Корзину, а уже на следующий день Валерий Алексеевич мне позвонил и довольным голосом сообщил:

– Сергей Андреевич, я ваш сценарий буквально проглотил за один вечер. Уверен, лента будет иметь успех у наших телезрителей. Осталось только завизировать сценарий у товарища Месяцева. А дальше в дело вступит Борис Михайлович.

– А что за Борис Михайлович?

– Борис Михайлович Хессин – директор творческого объединения «Экран». Они снимают фильмы по нашему заказу. Но думаю, здесь придётся привлекать и кубинских кинематографистов, во всяком случае, большинство актёров должны иметь характерную латиноамериканскую внешность. Разве что того самого американского гринго мог бы сыграть наш актёр.

– Есть кандидатура на примете?

– Да вот сам с собой наедине порассуждал, подумал, может, удалось бы уговорить Игоря Дмитриева?..

– Не слишком мягковат для такой роли? Да, внешность, манеры аристократические, но, мне кажется, не хватает в нём, как бы сказать, мерзости. Я когда писал, думал сначала о Янковском, но решил, что для моего героя он всё же слишком молодо выглядит. А потом посмотрел недавно вышедший фильм «Служебный роман» и понял, что роль гринго написана будто для Олега Басилашвили.

– Хм, а что, действительно, можно попробовать Олега Валериановича. Тут, правда, режиссёр ещё должен своё слово сказать, может, у него своё видение актёра. Да и товарищ Месяцев пока резолюцию не наложил. Но я учту ваше мнение.

– Послушайте, Валерий Алексеевич… А если мне самому сесть в кресло режиссёра?

– Но у вас же нет специального образования.

– Так я ведь учусь на Высших режиссёрских курсах, у самого Эльдара Рязанова. Да и, если помните, во время съёмок «Марсианина» частенько бывал на съёмочной площадке, так что меня трудно удивить какими-то нюансами режиссёрской работы.

– Не знаю, не знаю… Если Николай Николаевич сценарий утвердит, я попробую поговорить с Хессиным, но заранее не тешьте себя надеждой.

– Спасибо, Валерий Алексеевич, заранее вам благодарен. А когда можно будет узнать об окончательной судьбе сценария?

– Сегодня отдам его своему непосредственному руководителю, всё зависит от того, как быстро товарищ Месяцев прочитает сценарий.

Глава 4

Ну здравствуй, Венгрия! Здравствуй, светлый город Будапешт! Здравствуй, самая весёлая казарма коммунистического лагеря!

Мы один за другим спустились с трапа самолёта, замыкающим шёл майор Метёлкин. Ярко светило солнце, за территорией аэропорта «Ферихедь» уже вовсю зеленели деревья, и сразу стало душно, так что я стянул с себя куртку. В руке я нёс обтянутый натуральной кожей дипломат. На покупку его меня уговорил всё тот же Виктор Валентинович, заявив на одной из наших последних встреч, что с потёртой сумкой через плечо я выгляжу несолидно. А в братской стране встречают и по одежке тоже. Он хотел заставить меня нацепить ещё и костюм, но тут я уже упёрся, мол, я всё-таки художественный руководитель рок-группы, а не какой-нибудь чиновник. Помимо дипломата я, естественно, захватил и чемодан с необходимыми вещами, который получил после прилёта вместе с багажом своих музыкантов.

Наши гастроли начинались и заканчивались концертами в столице Венгрии. Между этими двумя выступлениями должны были пройти шоу в таких городах, как Дебрецен, Дьер, Сегед, Печ, и… Ну куда же без Бекешчабы – побратима Пензы?! Куда ни плюнь, как говорится.

Встречал нас представитель венгерского министерства культуры, звали его Иштван Надь. Невысокий, лет за сорок, с брюшком и залысиной, при разговоре неистово жестикулировал. Он более-менее сносно говорил по-русски, оказалось, учился когда-то в Московском государственном институте культуры. Заявил, что будет нашим куратором на протяжении всех гастролей. И постоянно косился на нашу длинноногую красотку Ингу Чарскую, которая конечно же чувствовала на себе плотоядный взгляд мадьяра, но делала вид, что её больше интересует окружающая обстановка за окном выделенного нам автобуса.

Кстати, ещё нам придали местного оператора, сказали, что он будет снимать документальный фильм о визите группы «Aurora» в Венгрию. Позже его покажут по венгерскому телевидению. Гляди-ка, какой чести мы удостоились!

Всю нашу делегацию поселили в небольшом уютном отеле «Hid», название которого переводилось как «Мост». Инга разместилась на пару со своей костюмершей, меня поселили с майором, Мелик-Пашаева с Гансом, Кроля с Азаровым, а Ордановского с Блиновым. Пока распаковали вещи, помылись после перелёта, привели себя в порядок – настало время ужина.

Наш провожатый предложил вместо ресторанчика при отеле посетить находящееся неподалёку заведение под названием «Borbirosag». Ресторан предлагал классическую венгерскую кухню и большой выбор вин. Майор Метёлкин с таким подозрением рассматривал карту вин на венгерском языке, словно ему попал в руки зашифрованный документ от перевербованного агента ЦРУ. Естественно, пришлось вступать в дело нашему венгерскому куратору, озвучившему названия напитков, после чего мы смогли выбрать что-то по вкусу.

– Я думаю, ввиду завтрашнего концерта, не стоит злоупотреблять, и нам на всех хватит пары бутылок вина, – мягко, но с нажимом произнёс «второй администратор», обведя нас многозначительным взглядом.