Книга рецептов стихийного мага - Левковская Анастасия "Тирэль" - Страница 14

– Все смешно, – сквозь смех сказал он. – Я-то думал, тебя какая-то посторонняя женщина спасла… Мира, тот отряд, которого ты испугалась, когда выбежала из лесу, – это люди маркизы. Они собирались прочесать лес, потому что твой портал в Храм оборвался именно над ним. И тут сама ты прямо к ним в руки вывалилась!

И опять рассмеялся.

– Погоди, погоди, – медленно произнесла я. – То есть я испугалась тех, кто на самом деле пришел меня спасать, а потом умоляла о помощи командира отряда?

– Именно, – с улыбкой подтвердил Чарли.

Мне стало как-то неловко. Словно я себя дурой выставила… Но быстро пресекла это. В конце концов, я сбегала от погони, а у тех мужиков на мордах не было написано «Пришли спасать переселенку». Стыдиться мне нечего.

Кстати, теперь понятно, почему мои похитители решили перенести ритуал. Осознали, что меня ищут, и заторопились. Удачно же для меня все сложилось…

– Глупо вышло, ну да ладно, – пожала я плечами. – И тем не менее поблагодарить ее все равно хочу.

– Попробую помочь. Начнется учебный год, подойду к ней с просьбой.

– О, я буду тебе очень признательна!

– Лучше опять накорми, – подмигнул мне братец, и я сочла это лучшим комплиментом.

Потом мы решили, что стоит освободить кухню работникам, а то они еще с обедом не успеют. И тогда… наша мать взбеленится. Так что мы попросили сделать нам еще чаю и переместились обратно в мою гостиную. Болтали о всяких пустяках и мелочах. Чарли рассказывал много полезного о месте, в котором мне теперь предстоит жить. Заодно я решила выяснить, на что способна моя новоиспеченная семейка. Наш отец оказался мономагом воздуха, был главой государственного Отдела артефактов. Мать – тримаг, огонь – земля – воздух. Светская львица, занимается в основном благотворительностью и всякими дамскими комитетами. В общем, такая себе типичная леди, жена высокопоставленного лорда. Сам Чарли был, как уже упоминал, тримагом, как мать, но сочетанием вода – земля – воздух. Оно и видно, что огня в нем нет. Спокойный, серьезный, неконфликтный, и вообще – душка.

Чарльз мне нравился. И чем больше я с ним общалась, тем сильнее он мне нравился. Такой… настоящий старший брат. Словно кто-то подсмотрел в моей голове собирательный образ брата мечты и воплотил в этом конкретном парне. И то, что он тянулся ко мне, тоже подкупало. Чарли явно не хватало душевного тепла в этом холодном и заключенном в оковы тысячи правил доме, так что я была намерена стать его личным солнышком. И да, уже предчувствую, что его пассии будут проходить мой тщательный отбор, потому что нельзя, чтобы такой прекрасный мужчина достался какой-то идиотке! Кажется, я это уже говорила?.. Неважно.

Чарли ушел от меня уже ближе к вечеру. У него были дела в городе, плюс мне скоро предстояло выдержать свой первый серьезный бой в этом доме. Чаепитие с… матерью. А значит, надо было настроиться и подготовиться.

Когда часы на стене спальни показали без пяти шесть, в дверь постучали.

– Леди, ваша мать приглашает вас в малую гостиную, – сообщила Рина. – У вас есть еще полчаса до назначенного времени, давайте я все же помогу вам переодеться в подходящий наряд и сделаю прическу.

– Не стоит, Рина, – остановила я ее. – Я не собираюсь переодеваться в какое-то помпезное платье. Пойду так, как есть.

– Но, леди… – растерялась горничная. – Леди Шейла особенно настаивала на том, чтобы я просветила вас по поводу правил, принятых в этом доме…

– Я собираюсь соблюдать только те из них, которые не противоречат здравому смыслу и моим собственным убеждениям, – отрезала я жестко. – А переодевание по сто раз в день – излишество. Тем более что я не на светский прием на сто персон иду, а всего лишь на приватное чаепитие с… собственной матерью.

Нужно привыкать, и побыстрее, называть ее так… Я должна выглядеть адекватной и трезвомыслящей, а не идиоткой, не вышедшей из пубертата, готовой сопротивляться всему только потому, что оно исходит от старших. А сопротивляться мне придется много… Потому должны быть вещи, в которых проявится моя покладистость и способность договариваться.

– Вашей матери это не понравится, – несчастно сообщила горничная.

Кажется, она переживала, что ей влетит из-за самоуправства хозяйки.

– Не переживай. – Я подошла к ней и ободряюще положила руку на плечо. – Я не позволю матери тебя обидеть. Не забывай, я переселенка. А значит, у меня особый статус.

– Надеюсь, вы понимаете, что делаете… – прошептала девушка.

– Очень хорошо понимаю, – уверенно отозвалась я и решительно скомандовала: – Веди!

Рина привела меня на первый этаж, так что я почти повторила наш с Чарли утренний путь. Вот только в одном ответвлении в этот раз пришлось свернуть в другую сторону. Буквально минута – и я на месте.

Малая гостиная поражала своими размерами. Здесь можно было свободно закатить вечеринку человек на двадцать. Да еще и место осталось бы, чтобы потанцевать. Интересно, а какова тогда большая?!

– Милая, я так рада тебя видеть, – проворковала леди Шейла, поднимаясь из помпезного кресла, обитого темно-красным бархатом.

Она окинула меня беглым взглядом и недовольно поджала губы.

– Рина, – вперила тяжелый взгляд в мою горничную, – я разве не просила проследить, чтобы леди Мирослава была подобающе одета?!

А звучит-то как! Словно я умудрилась на светский прием в пижаме прийти, честное слово!

Рина стушевалась и принялась бормотать что-то в свое оправдание.

Так, срочно нужно брать дело в свои руки!

– Не беспокойтесь, она мне все передала, – спокойно, но твердо сказала я. – Не переодеваться было моим и только моим решением. Ты можешь идти, – ободряюще улыбнулась я Рине.

Она метнулась взглядом к… моей матери, но та была слишком занята, рассматривая меня, чтобы еще обращать внимание на прислугу. Так что горничная тихонько облегченно вздохнула и торопливо вымелась прочь.

– Мирослава, милая, – вдруг улыбнулась леди Шейла и, подойдя ко мне, взяла под руку. – Я понимаю, тебе сложно… Но для тебя же будет лучше, если ты с первого дня станешь следовать правилам. Проще будет потом, после выхода в свет.

О, начинается. «Нет-нет, у меня нет намерения прогнуть тебя под себя! Просто так тебе будет лучше!»

– Зачем мне выходить в свет? – в лоб спросила я, ошарашив ее.

– Но как же! – воскликнула она. – Ты – моя дочь, часть нашей семьи! Конечно, ты должна участвовать в светской жизни Шейлары.

– Насколько я знаю, для переселенцев это необязательно, – невозмутимо парировала я, сразу показав, что лапши мне на уши навешать не удастся. – И я могу принимать решение сама. Простите, но подобное меня не интересует, так что можете на меня рассчитывать лишь на семейных мероприятиях и на сезонных императорских балах.

Такое ощущение, что «мама» и «мать» окончательно отделились в моей голове друг от друга. И если первое слово так и осталось самым светлым и чистым, то второе… из «мачехи» трансформировалось в «противника». Именно так я и воспринимала эту властную женщину, которая хотела поломать меня под себя прямо сейчас.

– Мне печально, что ты так сразу от нас отделяешься, – скорбно поджала губы она и, вернувшись в кресло, приняла грустную позу. – Я так надеялась, что ты и правда станешь мне дочерью…

Видимо, предлагать садиться строптивой переселенке никто не собирался, потому я решила обнаглеть и присела на диванчик рядом с креслом сама. И доверительно сказала:

– Ну почему же… Я согласна быть вам дочерью. Я даже согласна называть вас матерью. Поверьте, со мной можно договориться. Но договориться, а не иначе. И я вполне могу следовать правилам. Но только в том случае, если эти правила имеют смысл. Например, в том, чтобы называть вас – матерью, вашего мужа – отцом, а сына – братом, я вижу смысл. А в том, чтобы переодеваться в официальный наряд для чаепития с вами, – нет.

Мать все еще изображала скорбь, но я ощущала на себе ее пристальный, тяжелый взгляд.

Леди Шейла Ашай пыталась решить, что теперь со мной делать. Предполагаемый послушный инструмент оказался с характером и претензией. Да еще и права качает.