Надежда на прошлое, или Дао постапокалипсиса (СИ) - Шкиль Евгений - Страница 107

  - С чего ты это взял?

  - Ходят такие слухи...

  - Иди уже, - мама Хона засмеялась, - любопытство до добра не доводит. Иди, исполняй свое предназначение!

  Гексаграмма 2 (Кунь) - Исполнение

  Отряд остановился в сторожке посреди степи. Рядом был вырыт колодец и поставлен небольшой загон для лошадей. Последние десять-пятнадцать лет подобные перевалочные пункты строились как байкерами, так и демиургцами для того, чтобы путники не мерзли у костра, тревожно высматривая в ночной темноте хищников.

  Четыре байкера, Олег и Цеб расселись на лавках перед растопленной печкой. По рукам шел мех с брагой, и разгоряченные кочевники травили байки. Один из бородачей рассказывал, как прошлой осенью он самолично видел едущих вдоль горизонта на самоходных двухколесных машинах легендарных возлюбленных: Вира Златорукого и Чезету Хмельную, остальные в отрытую потешались над краснобаем, советуя меньше бухать.

  Олег с непривычки быстро захмелел и клевал носом. Номады, ссылаясь на то, что на байкфесте все равно придется пить, убедили бедолагу, что нужно потренироваться.

  Вот и потренировался.

  Сознание гасло, и вместе с ним постепенно глохли вибрирующий смех, непристойные шуточки, уже не казавшиеся смешными, и потрескивание поленьев в печи. Еще немного и Олег ушел бы в забытье, как вдруг его кто-то принялся тормошить. Парень поднял голову, продрал глаза и увидел перед собой раскрасневшееся лицо Цеба.

  - Пойдем, выйдем, - прошептало лицо, - у меня к тебе важное дело.

  Олег резко поднялся, схватился за сумку, проверил, не пропали ли берестяные послания для деда Ури, брата Кассия и будущего тестя Хорекса. Все на месте. Все в порядке. Парень, пошатываясь, последовал за другом к выходу.

  - Куда это вы намылились? - спросил рыжебородый байкер, который больше всех стебал рассказчика.

  - Мы на воздух, - торопливо проговорил Цеб, - освежиться. Мы быстро раз-два и все.

  - Смотрите, ночь уже! - сказал рыжебородый. - А там вердоги бродят. Не боитесь?

  - Вот поэтому мы и идем вместе. Потому что по одному нельзя ходить, - нашелся Цеб.

  - Разумно, - заметил низкорослый номад, сидящий рядом с рыжебородым.

   - Да что с ними станет, - обиженно заметил краснобай, - он же сын колдуна!

  - Вот тебе этот колдун за сына йенг и оторвет, - насмешливо проговорил рыжебородый, - а потом за родного внука Ури пришьет и снова оторвет!

  Байкеры заржали, начали, перекрикивая друг друга, рассказывать, каким немыслимым карам подвергнется краснобай в этой и в грядущей жизни, и совсем позабыли о юнцах.

  Ночной воздух освежил Олега, и он почти протрезвел. Друзья постояли какое-то время, пока глаза привыкли к темноте, а затем Цеб заговорил, запинаясь:

  - Слушай, Олег, я знаю, что твой отец воплотится в небесного коня Феррари и будет равен самому Харлею Изначальному... мне так мой папа говорил. А твоя мать воплотится в Хонду Молниеносную и станет покровительницей рожениц... ей уже сейчас молятся в становищах перед родами... Хонде Небесной молятся, и ты мне можешь отказать... я не обижусь, если откажешь, я все пойму...

  - Ты о чем? - не понял Олег.

  - Я... - Цеб потупился, - я... в общем, если откажешь, мы просто забудем, договорились?..

  - Да, говори уже! - Олег окончательно пришел в себя. Хмель как рукой сняло.

  Цеб закрыл глаза, сделал глубокий вдох и произнес напряженным голосом:

  - Я предлагаю тебе побратимство.

  Наступила тягучая тишина. Первым ее прервал Олег:

  - Почему бы и не исполнить твое желание...

  - Исполнять ничего не надо, - протараторил Цеб, - ты можешь отказаться, я не буду в обиде...

  - Да, заткнись ты уже, - сказал Олег.

  Он вытянул из ножен кинжал и надрезал себе кожу на ладони. Парень неплохо знал обычаи байкеров и оскорблять лучшего друга не имел никакого желания, что бы тот ни говорил о своей необидчивости. Если бы не алкоголь, Плацебо Проворный не рискнул бы предложить такое из-за страха перед отказом. К тому же, почему бы и нет? Уж, если кто и может стать побратимом, так это Цеб.

  - Тогда, - поколебавшись с секунду, Цеб решительно извлек из-за пояса нож и сделал надрез на своей ладони, - дай руку мне!

  Олег, улыбнувшись, протянул руку и сказал:

  - Здесь лишних нет!

  Юноши обменялись рукопожатиями, и кровь их смешалась.

  Вместо послесловия

   Те, кто говорят, что боги наказывают вас, лгут. Только человек, сам человек награждает и наказывает себя. Болезнь безумия никогда бы не уничтожила цивилизацию, если бы задолго до этого безумие не поселилось в головах людей.

  Те, кто говорят, что вкушать плод познания - грех, лгут. Они боятся, что знание разрушит их власть над вами. Грех - быть слепым скотом.

  Те, кто говорят, что вы гордецы и не должны строить вавилонскую башню, которая неизменно разрушится, глупы. Человек не может не строить, пусть даже любое напряжение кажется бессмысленным и мнится суетой сует, все же иного пути у людей нет. Строить, а когда все вдруг разрушится, строить вновь, в надежде однажды дотянуться до звезд. Только в этом случае человек перестает быть тварью и становится Творцом.

  И нет другого творца, кроме вашего разума, и нет других богов, кроме тех, что внутри вас!

  Из выступления Юлия I Демиурга, принцепса Демиургии и великого магистра Ордена десяти тысяч книг