Дороги своих любят (СИ) - Голякова Елизавета - Страница 18

В кабинет, за тяжелую дубовую дверь, зашли только Мигель и Эверард. Юджин наотрез отказался, а Хьюго решил составить магу компанию, чтобы тот не скучал в одиночестве. Колдуну было неуютно в монашеской крепости - все кругом пугало и настораживало. Доносящийся откуда-то запах благовоний заставлял нервничать и беспочвенно волноваться, отсутствие привычных волн от простейших человеческих эмоций обескураживало, а витающие в воздухе остатки какого-то чужого колдовства непривычно холодили кожу мурашками. Парень весь собрался, готовый в любую секунду выстрелить заклинанием или, на худой конец, уклониться.

Вор заметил его волнение и присел рядом с магом на широкий подоконник.

- Да не напрягайся ты так. Скоро уйдем отсюда, сам же понимаешь.

В окно был виден угол одного из внутренних двориков, ярко освещенных десятком факелов, да древняя стена, поросшая кое-где, как и крепостная, зеленым мхом. Рыжий высунулся по пояс на улицу, нашарил в темноте и отковырнул клок побольше, чтобы швырнуть его в друга. Юджин хмыкнул, и через секунду мох слегка задымился и начал чернеть. Хьюго с ойканьем бросил его себе под ноги.

- Почему не подпалишь сразу?

Маг вздохнул. Из-за двери раздалось громкое «черт побери!» Эверарда, и, секундой позже, звяканье металла. Чем бы там не занимались эти трое, заканчивать они не собирались.

- Силы экономлю. Я много потратил на заговор вашего оружия, а здесь нет привычной мне энергии, чтобы восполнить запас.

- Но ты же болтал с Эвом про какие-то колдовские волны, разве нет? Говорил, что собирался в случае его почерпнуть сил оттуда?..

- Скажи, лис, есть в этом мире такое, чего ты бы не услышал? - Юджин никак не предполагал, что вор слышал тогда тот разговор. Вроде же сравнивал свой кулон с кулоном принца и увлеченно считал царапины, - Эта магия чужая и какая-то непривычная. Никогда еще не встречал такую. Не знаю, как она поведет себя, попробуй я ее поглотить, и, поверь, мне не очень хочется проверять.

Рыжий понимающе кивнул. Сам он мало разбирался в колдовстве и тех, кто его творит, но одно знал точно: какими бы силами не обладал маг, он все равно остается человеком. Со всеми из этого вытекающими.

Пока друзья молчали, зазвонил малый колокол. Через один погасли факелы в открытых галереях, в нескольких окнах тут же задули свечи. Во дворе дежурные тоже погасили огни, и всюду воцарился полумрак. Крепость отходила ко сну.

- Я вдруг осознал, как же все-таки страшно хочу есть, - пожаловался Юджин, - Да и ты, наверное, тоже.

Живот вора красноречиво заурчал.

- Не может быть, чтобы каждый раз монахи бегали в подземелье, если им захочется перекусить, - задумчиво проговорил Хьюго, чуть растягивая слова. В его глазах зажглись азартные искорки, и маг вдруг понял, что лис едва сдерживает улыбку, - А я так голоден, что даже в этом лабиринте найду горячую похлебку по запаху быстрее, чем догорит лучина!

Маг негромко рассмеялся, щелкнул пальцами, и из ниоткуда возникла тоненькая щепочка с алым пламенем на конце. Игра началась.

Вор с воодушевлением взялся за дело. Всезнающего клирика здесь не было, карты или плана крепости, конечно, тоже, поэтому он начал с того, что побежал к окну в конце коридора, из которого обзор должен был быть получше. Так и вышло.

У подножия одной из башен ярко горел прямоугольник окна караульной. Вряд ли монастырская кухня рядом с ней - ведьмачий орден это не то место, где круглые сутки стали бы охранять еду. Стало быть, искать надо в другом дворике, еще дальше от главных башен.

Двое друзей, стараясь не шуметь, открыли массивную двустворчатую дверь в галерею. Там было прохладно - свежий ночной воздух приятной волной окатил приключенцев, слегка вскружив головы и принеся какую-то сумасшедшую уверенность. Хьюго кинулся по галерее и, добежав до конца, с трудом вписался в крутой поворот. Юджин следовал за ним, потихоньку тоже заражаясь его азартом. Вор снова перегнулся через перила. Он быстро окинул взглядом полукруглый двор, не задерживаясь ни на чем в особенности.

- В следующий дворик! - громким шепотом провозгласил пройдоха, накидывая на голову капюшон, - Вперед, за утехой для желудка!

В конце галереи снова были тяжелые двери, а за ними - ступени вниз, открывающие с одной стороны обзор в соседний прямоугольник между каменными стенами. А в воздухе нестерпимо витал аромат бараньего жаркого. Друзья переглянулись. Цель была почти достигнута. Спускаясь по лестнице, маг и вор уже предвкушали горячую еду и сочное, пропитанное насквозь обжигающим соком мясо... Но не тут-то было! Лестница привела их на следующий этаж и предательски уперлась в каменный пол, как бы намекая, что размечтались путники рано.

Маг шепнул другу, что четверть лучины уже позади. Есть хотелось все сильнее. Лис рванул к ближайшему окну, и, выглянув, тут же отпрянул. Зашипел что-то, круто развернулся к магу и торопливо загасил тусклую лучинку. Теперь коридор погрузился в сплошную темноту.

- Что случилось? - едва слышно выдохнул чародей. Сразу стало как-то не по себе, вернулись подзабытые нотки грызущей тревоги.

- Там, внизу, караульный делает обход, - сообщил вор приглушенным шепотом, - Сейчас он уйдет в башню, и мы спустимся во двор... Да не бойся ты так! За прогулки после отбоя своих спасителей не убивают... - и, помолчав, он добавил: - тем более, сами виноваты, что не покормили.

Монах с факелом, обойдя двор по периметру, зашел в башню, как Хьюго и говорил. Маг снова зажег лучину и теперь с любопытством наблюдал, как рыжий силился что-то разглядеть в темном колодце дворика.

- А ты уверен, что он не вернется?

- Уверен. Ему еще пол крепости нужно обойти до конца смены - работенка не из самых интересных. Да и стал бы ты на его месте возвращаться в уже проверенные места?.. Я тоже нет, так что пойдем.

Хьюго перелез через перила и, подмигнув растерявшемуся Юджину, спрыгнул вниз. Едва слышно приземлившись, он одернул плащ и помахал рукой, мол, спускайся и ты тоже. Маг прыгнул. Приземление, правда, заметно смягчил левитацией, иначе была опасность, что одним колдуном на свете станет меньше. Не всем же, как лису, приходилось всю жизнь по крышам лазать.

Во дворике запах бараньего жаркого стал совсем нестерпимым. Живот вора снова громко заурчал, настоятельно требуя своего. Друзья переглянулись и пошли к единственному освещенному окну - окну кухни. Азартные искры снова плясали в голубых глазах вора, и - о чудо! - Юджин заразился от него этой игрой, этим щемящим и распирающем одновременно чувством хождения по краю, партии в кости с Фортуной...

Скрипнув дверью, пройдоха заглянул во внутрь и присвистнул от радости: на грубом дубовом столе, без изысков и особенного убранства, стояло блюдо жаркого и горячий, только что выпеченный каравай хлеба... И никого. Кухня была абсолютно пуста.

Когда в дверь, щурясь от яркого света, протиснулся колдун, на столе уже ничего не было, а довольный жизнью в целом и собой в частности Хьюго с завидным энтузиастом увязывал хлеб в тряпицу.

- На, это ты понесешь, - он уткнулся последний раз носом в каравай и протянул его другу, - Не переживай, совесть мы задобрим бараниной!

Маг сунул сверток под мышку, вор подхватил накрытое крышкой блюдо, и, окинув внимательным взглядом двор и убедившись, что все спокойно, грабители скрылись в ночи. Снова воцарилась тишина и покой.

* * *

Брат Вит и брат Рамон терпеть не могли дежурить сразу после вечернего звона. Во-первых, если кто-то не успевал погасить свет и отойти ко сну, то непременно начинал уговаривать дежурных закрыть глаза на этот промах. Которые, с одной стороны, не прочь были помочь товарищам, но, с другой - не особенно горели желанием подставляться самим. А, во-вторых, после позднего обхода всегда страшно хотелось есть. И если с просьбами справиться было нелегко, то решение второй проблемы брат Вит и брат Рамон нашли очень быстро. Всего-то и нужно было, что заглянуть попозже на кухню да приготовить себе еды.

В этот раз, правда, закончив с нехитрой стряпней и накрыв стол к запоздалому ужину, товарищам пришлось ненадолго отойти - отец Стратон приказал немедленно занести в комнату гостей постельное белье, воду и новые факелы. Конечно, бегать с такими поручениями - задача не для дежурных, но спорить о такой мелочи с суровым настоятелем не хотелось. Проще сделать побыстрее и продолжить трапезу, как показывал многолетний опыт.