Красная Армия в освещении современников
(Белых и иностранцев 1918-1924) - Скерский К. В. - Страница 15

И, наконец, на южном фронте красные части встретили новый —1919 — год на линии, совпадавшей с границами Донской области и остававшейся неизменной до перехода наших войск в общее наступление, начавшееся 4 января 1919 г. Результаты этого наступления определились уже 21 января, когда выяснилось, что воронежская группа донцов отступает, сломлено сопротивление на балашовском участке и нет успеха у белых в царицынском районе. А к половине февраля воронежской и царицынской групп противника — не существовало. На очередь ставилась ликвидация добровольцев на правом фланге южного фронта и захват Ростова и Новочеркасска.

Успехи наши на южном фронте оставались устойчивыми дольше, чем на других фронтах и продолжались до 16 мая. Мы овладели большей частью донецкого бассейна, вышли в тыл донецкой группе войск противника, прервали ее сообщения с Ростовом и подошли на 40 верст к этому городу.

С этой датой—16 мая — связано окончание успехов и начало периода длительных неудач революционного оружия, определившихся то раньше, то позже на всех, кроме северного, фронтах гражданской войны.

На восточном фронте адмирал Колчак сосредоточил значительные силы под Уфою и в начале марта перешел в энергичное наступление. В марте им была занята Уфа и к середине апреля красные войска откатываются на линию в среднем на 50 верст восточное Оренбурга, Самары, Симбирска и Казани. Волжская артерия вновь оказывалась под непосредственной угрозой сибирской контрреволюции. Красное командование напрягало все усилия, чтобы вырвать инициативу из рук белогвардейцев и произвести благоприятный для нас перелом. Пополнения шли из центра, снимались с других фронтов, где только была малейшая для того возможность.

На западном фронте поляки внимательно следили за перипетиями гражданской войны и чутко учитывали обстановку. В марте они начинают сосредоточение на пинском, слонимском и лидском направлениях; на сарненском и коростельском направлениях их деятельно поддерживают петлюровцы, левый фланг — в ковенском и олитском направлениях — обеспечивают бело-литовские части. 15 апреля поляки по всему указанному фронту переходят в наступление и заставляют ничтожные по численности части Красной армии очистить 16 апреля Лиду и Барановичи, а через три дня боев 19 числа — Вильну. С прибытием в июне м-це из Франции дивизий Галлера, поляки возобновляют свое продвижение и, последовательно оттесняя красные части, занимают 5 июля — Молодечно, 10 — Лунинец, 8 августа — Минск, 10 — Слуцк, 28 — район Бобруйска.

Уже упоминавшийся выше «Бюллетень осведомительного отдела штаба верховного главнокомандующего» (в Омске) в статье «Близкий конец» запечатлел августовское положение Красной армии следующими строками[66]: «Красная армия терпит поражения и от поляков и от эстонских войск и на севере у Архангельска, где соединенный отряд русско-английских войск разбил на Северной Двине 6 большевистских полков, взявши в плен 1000 человек и захвативши 12 орудий…

Красная армия расходует старого запаса патроны и, израсходовав их, должна будет сражаться камнями и палками, ибо новых патронов получить большевикам неоткуда.

Неизбежный, скорый конец большевиков не за горами»…

Острота положения усугублялась еще более чрезвычайно интенсивным наступлением войск ген. Деникина. Обстановка на южном фронте еще в мае круто изменилась не в нашу пользу. 19 мая добровольцы энергично атаковали правый фланг нашего расположения на южной окраине донецкого бассейна. В образовавшийся прорыв была брошена белая конница и уже через четыре дня линия фронта откатилась более чем на 100 верст к западу от прежней. 24 мая последовал второй прорыв у ст. Каменской, куда тоже была брошена конница. Нашим частям, занимавшим позиции по Н. Донцу, Дону и Манычу пришлось начать отступательный марш.

К 31 июня мы оставили Царицын, всю Донскую область, станцию Лиски, Харьков, Екатеринослав. В конце августа петлюровцы заняли Киев. После небольшой передышки деникинская армия, отбив наши контрудары, перешла «на московском направлении» в новое наступление, и 21 сентября наши арьергарды оставили Курск, а 14 октября был отдан Орел.

По тылам Красной армии гуляла в это время донская конница, захватившая во время своего полуторамесячного рейда Козлов, Тамбов, Елец и Воронеж.

Белые торжествовали. Их уверенность в близком и неминуемом «конце большевиков» не имела и тени сомнения. Наиболее хладнокровные, умудренные опытом и знаниями, наиболее подготовленные из них утрачивали чувство душевного равновесия. Вот небольшой, но яркий тому пример.

«Большевики[67] бьют смертельную тревогу.

Действительно, — успехи генерала Деникина лишают их всяких дальнейших жизненных перспектив. Вспомним, какие колоссальные усилия были затрачены большевиками истекшей весной для того, чтобы разгромить войска генерала Деникина и, овладев Доном, Сев. Кавказом и Украиной, выкачивать оттуда хлеб, уголь, нефть. Все мечты, все чаяния большевиков рухнули. Их не допустили до Северного Кавказа (нефть, хлеб); их выгнали с Дона и Украины.

Что же касается угля, то с утратой донецкого бассейна положение Советской России действительно безвыходное и ужасающее, так как оставшийся в распоряжении большевиков московский каменноугольный район не дает ныне почти никакой добычи.

Итак, в перспективе на грядущую зиму у большевиков: полная остановка фабрично-заводской деятельности и полная остановка железнодорожного транспорта[68], а следовательно миллионы голодающих безработных и полный паралич производительной жизни страны и товарообмена.

Если к этому добавить — неотступно продолжающееся на всех фронтах наступление освободительных войск… то становится ясно, что часы жизни советской власти в России сочтены»[69]:

Спустя немного времени тот же автор и в той же газете[70], оценивая ход военных событий на всем огромном общем фронте борьбы с большевиками, пришел «к следующим выводам».

«Большевики безусловно проиграли борьбу на своих — западном, юго-западном и южном фронтах.

На западном фронте красные советские войска беспрерывно отступают под напором польских войск…

На юго-западном большевистском фронте войска Петлюры заканчивают ликвидацию красных войск, отрезанных в районе между Днепром и Днестром и стремившихся прорваться на север через район Казатина и Житомира на соединение с большевистскими войсками, отходившими от Киева…

На южном фронте продолжающееся победоносное наступление войск генерала Деникина… ставит большевиков в катастрофическое положение на громадном участке от Коростеня до Балашова.

Таким образом, совокупными усилиями поляков и войск ген. Деникина, в связи с обнаружившимися успехами войск ген. Миллера и Юденича, — большевики, как бы выжимаются из центральной (Европейской) России в сторону востока[71].

Истекший боевой летний период дал большевикам первоначально возможность отодвинуть наш сибирский фронт до р. Ишима и прорваться в Туркестан. Для большевиков как будто стала вырисовываться перспектива, потеряв часть Европейской России, восполнить эту потерю захватом части сибирской территории и Туркестана.

Думается, что за удержание такого положения с перемещением советской территории более к востоку[72] — большевики и будут теперь бороться изо всех сил.

Думается, что, если им придется потерять Петроград и Москву, они переместят свой центр восточнее. Были сведения, что совет народных комиссаров со всеми своими чрезвычайками и преторианцами — латышами и китайцами уже эвакуируется из Москвы в Казань».

Кто же автор столь удачных оперативных предсказаний и пророчеств? Кому принадлежат эти во всех отношениях замечательные стратегические вензеля?.. На нем стоит остановиться.