Итоги и уроки Великой Отечественной войны
(Издание 2-е, доработанное) - Деборин Григорий Абрамович - Страница 47

Призыв партии «Все для фронта, все для победы!» вызвал дружный отклик в рабочем классе, колхозном крестьянстве и интеллигенции. На заводы шли сотни тысяч пенсионеров, женщин-домохозяек и подростков, которые стремились своим трудом помочь героическим советским воинам в разгроме врага. Основная тяжесть работы в колхозах легла на плечи женщин и подростков. С необычайной энергией и высоким патриотическим сознанием трудились советские люди в тылу.

Проблема соотношения фронта и тыла в любом обществе, разделенном на антагонистические классы, является прежде всего проблемой классовой. Армия, подчиненная эксплуататорам, так же как и их полиция, предназначена не только для внешних, но и для внутренних целей. Она является вооруженным оплотом диктатуры буржуазии. Поэтому даже в тех случаях, когда в силу стечения объективных обстоятельств страна ведет справедливую войну, подлинного единства фронта и тыла не возникает. Его и не может возникнуть потому, что усилия тружеников играют двоякую роль: снабжая фронт, они одновременно обогащают капиталистов — владельцев предприятий. Вот почему в дни второй мировой войны английская и американская буржуазия поддерживала патриотический подъем рабочих и транспортников, заверяла их в скором создании второго фронта, для которого будто бы и производится все оружие. Патриотизм трудящихся коренным образом расходился с «патриотизмом» крупного капитала. Если рабочие думали о том, как помочь своему верному союзнику — СССР, то предприниматели думали о другом: как обратить усилия тружеников в золото военных прибылей, как укрепить свое классовое господство.

В советском социалистическом государстве проблема соотношения фронта и тыла носила принципиально иной характер. И фронту, и тылу была присуща одна и та же классовая природа. Советская армия всегда, а тем более во время войны была частью души и тела народа, выполняла свою миссию во всенародных интересах, а ее освободительная роль была выполнением интернационального долга перед трудящимися зарубежных стран. Вот почему в СССР не могла возникнуть даже тень какого-либо конфликта между армией и народом, они были монолитно едиными. Их объединяла общая классовая природа, общие цели войны, их сплачивала Коммунистическая партия.

О единстве советского народа свидетельствовало и положение на оккупированной немецкими захватчиками советской территории. С одной стороны, эта территория представляла собой тыл немецко-фашистских войск. Но с другой стороны, эта территория была непокоренным тылом немцев и в некоторых отношениях служила даже тылом борьбы против них. Немецкий «тыл» был тылом советских партизан, питал их и всячески помогал. В некоторых случаях с оккупированной территории поступало снабжение для осажденных врагом советских городов, например в Ленинград.

Единство советского фронта и тыла стало одним из важнейших факторов победы над врагом.

Советский тыл питал фронт оружием, боеприпасами, продовольствием, одеждой, поддерживал и развивал возвышенные идеи Отечественной войны. Нескончаемым потоком шли на фронт письма и подарки. Фронт радовал тружеников тыла беспримерными подвигами, неукротимой волей к победе над врагом, тыл вдохновлял воинов трудовыми подвигами и столь же непоколебимой волей к победе. Воля воинов и тружеников тыла, направляемая Коммунистической партией, сливалась в одно единое целое.

Большое значение в ходе событий имело превосходство советской социалистической идеологии над идеологией фашистского империализма. Преданность делу коммунизма, советский патриотизм, неразрывно связанный с интернационализмом и дружбой народов, воодушевляли советских воинов. Им противостояли звериный национализм, проповедь господства высших рас над низшими, отрицание для огромных масс населения земного шара самого права на существование, жестокость, изуверство, вандализм, доведенные до садизма.

Большое значение в утверждении превосходства советской идеологии имела повседневная деятельность Коммунистической партии. Ее идеологическая работа способствовала слиянию фронта и тыла в одно единое целое.

Опираясь на поддержку и единодушие советских людей, органы государственной безопасности СССР накрепко закрыли тыл и Вооруженные Силы страны от полчищ вражеской агентуры. Об эффективности деятельности этих органов можно судить по тому, что из 150 групп шпионов и диверсантов, заброшенных в тыл советских войск одним из подразделений гитлеровской разведки — «Абверкоманда-104», выполнили свои задачи только две группы. Из трофейных документов, захваченных советскими войсками в конце войны, установлено, что 90 % агентуры, засылавшейся в советскую прифронтовую полосу, попадало в руки советских органов государственной безопасности[268]. За время войны удалось выявить и обезвредить несколько тысяч вражеских агентов. Одних только агентов-парашютистов было задержано 185[269].

Сотни фашистских агентов, захваченных советскими органами, были использованы для передачи германскому командованию дезинформирующих сообщений. Так было в декабре 1942 г., во время подготовки удара на волховском направлении, когда ложные сообщения поступали к немецкому командованию из Тихвина, Бологого, Вологды, Ярославля, Рыбинска, Бежецка, Калинина. А накануне Курской битвы фашистское командование было обмануто с помощью 10 немецких агентов-радистов, работавших под контролем органов советской контрразведки[270].

Большое значение имела и разведывательная работа органов государственной безопасности. От подготовленных ими разведчиков регулярно поступала ценная информация о дислокации и передвижении немецко-фашистских войск, оперативных планах гитлеровского командования. Так, группа разведчиков во главе с М. С. Прудниковым в июне 1942 г. переправила в Москву из немецко-фашистского тыла 23 совершенно секретные немецкие карты с нанесенной на них оперативной обстановкой. Весной 1943 г. группа «Победители», действовавшая в тылу врага, заблаговременно добыла сведения о переброске гитлеровцами нескольких пехотных и танковых дивизий из Франции, Африки, из-под Ленинграда на курское направление[271].

Беспредельным было мужество советских разведчиков. В. А. Молодцов, организовавший широкую разведку из блокированных захватчиками одесских катакомб, будучи захваченным гитлеровцами и приговоренным ими к смерти, на предложение подать прошение о помиловании ответил фашистам: «Мы на своей земле, и у врагов помилования не просим»[272].

Самые крупные зарубежные специалисты по разведке высоко оценили деятельность советских патриотов. Так, глава американской разведывательной службы Аллен Даллес писал: «Информация, которую добывали советские разведчики во время второй мировой войны… представляла собой такого рода материал, который является предметом мечтаний для разведки любой страны»[273].В успехах советских разведчиков сказывалось высокое патриотическое сознание советских людей, их преданность Родине. В этих успехах проявлялось нерушимое единство фронта и тыла Советского Союза.

2. Борьба с врагом на оккупированной им территории

Проявлением всенародного характера Великой Отечественной войны явилась стойкость населения оккупированных советских территорий в борьбе с врагом, их несгибаемая сила духа, противостоявшая проискам оккупантов.

Народная борьба в тылу врага явилась важной составной частью Великой Отечественной войны. Она носила национальный и классовый характер. Патриоты шли на борьбу против оккупантов во имя независимости своей Родины, для защиты победившего социалистического строя.

Для того чтобы скрыть подлинные причины широкого партизанского движения против немецко-фашистских оккупантов на оккупированной ими советской территории и других славянских стран, в западногерманской историографии выдвинуто положение о «неправильной политике на Востоке». «Оккупационная политика с ее теорией жизненного пространства и рас, — пишет западногерманский историк Г. Якобсен, — вызвала на Востоке такое развитие событий, которое в конечном счете решающим образом сказалось на поражении Германии»[274]. Сторонники этого положения игнорируют социальные истоки движения народных масс, советский общественный и государственный строй, глубокий патриотизм советских людей, воспитанных Коммунистической партией в духе марксистско-ленинского мировоззрения. Они пытаются доказать, что всенародная борьба в тылу немецко-фашистских войск могла и не развернуться, если бы немецкое командование проводило на оккупированной территории более «мягкую» и «гибкую» политику. Это положение некоторые историки ФРГ распространяют и на те страны, в которых развернулось широкое движение Сопротивления.