Итоги и уроки Великой Отечественной войны
(Издание 2-е, доработанное) - Деборин Григорий Абрамович - Страница 19

«Наша партия, — говорил Л. И. Брежнев, — предвидела возможность военной схватки с силами империализма, готовила страну и народ к обороне. Социально-экономические завоевания предвоенных пятилеток, идейно- политическое единство советского общества, выкованное в ходе построения социализма, заложили основы победы, одержанной нашим народом в Великой Отечественной войне»[96].

Глава четвертая

САМОЕ ТЯЖКОЕ ПРЕСТУПЛЕНИЕ ИМПЕРИАЛИЗМА

1. Начало второй мировой войны

Нападение гитлеровской Германии на Польшу 1 сентября 1939 г. было тяжким преступлением империализма. Это преступление было как проявлением обширных захватнических планов немецких монополий, так и прямым следствием мюнхенской политики. Однако творцы этой позорной политики даже в критические дни начала второй мировой войны не собирались отходить от нее, они думали лишь о том, как ее видоизменить. Правительства Англии и Франции продолжили мюнхенскую политику в новой форме.

Война со стороны Германии, Италии, Японии была по своим политическим целям и характеру империалистической, несправедливой, захватнической на всем ее протяжении. Планы и действия блока фашистских государств выражали интересы самых реакционных общественных сил, противоречащих прогрессивному ходу исторического развития.

Формальный акт вступления Англии и Франции в войну против Германии в сентябре 1939 г. также преследовал империалистические цели. Справедливой война против Германии могла стать только как антифашистская. Но этого-то как раз и не хотели правящие круги западных держав. Они настойчиво продолжали стремиться к тому, чтобы заставить Германию повернуть оружие против Советского Союза, добиться их обоюдного ослабления в кровопролитной борьбе, сохранить и расширить свои позиции в мире.

Эту подлинную цель войны раскрыли сами руководящие политические деятели Англии. В речи Чемберлена по радио главной причиной вступления Англии в войну была названа измена Гитлера его антисоветским обещаниям. Чемберлен говорил: «В течение многих лет он (Гитлер. — Ред.) клялся нам, что является смертельным врагом большевизма, теперь он является его союзником»[97]. Галифакс, выступая в палате общин 4 октября 1939 г., заявил, что, подписав договор о ненападении с СССР, германское правительство «изменило самым коренным принципам своей политики, которые оно в течение многих лет самым энергичным образом провозглашало»[98]. Более подробно этот тезис развивался в брошюре лорда Ллойда, изданной в Лондоне в ноябре 1939 г. с предисловием Галифакса[99]. Наконец, и Черчилль заявил, что Англия объявила войну Германии потому, что Гитлер, обещавший «войну с большевизмом», не выполнил своего обещания и тем самым «обманул западную цивилизацию».

Таким образом, правящие круги Англии и Франции помышляли не о том, чтобы нанести удар фашизму или остановить его агрессию, а только о том, чтобы направить ее в желательном для них направлении. Этим и определялось их нежелание оказать какую-либо помощь Польше, вылившееся в хладнокровное наблюдение со стороны за ее трагическим положением.

Независимо от желаний правительств Англии и Франции объявление ими войны Германии было свидетельством остроты империалистических противоречий. Именно эти противоречия между США, Англией и Францией, с одной стороны, Германией, Японией и Италией — с другой, мешали всякому новому их сговору между собой против СССР.

Вывод ясен: преступление против мира, выразившееся в нападении Германии на Польшу, было одновременно и преступлением реакционных правящих кругов Англии, Франции и США, поощрявших агрессора и согласившихся на мюнхенский сговор с ним. Правда, Германия, Италия и Япония выступили в роли непосредственных зачинщиков войны, но виновность в ее возникновении разделяют и руководители западных держав. Вторая мировая война была порождена всей системой империализма.

После поражения Польши политика правительств США и Англии не претерпела изменений. Они по-прежнему уповали на поход гитлеровской Германии против СССР. Больше того, эти правительства готовили предательский удар по Советскому Союзу с севера (со стороны Финляндии) и с юга (со стороны Ирана и Турции). Характерно, что подготовка нападения на СССР из Мосула против Бакинского нефтеносного района велась британским комитетом начальников штабов по 12 июня 1941 г. включительно![100]

Поведение правительств Англии и Франции было на руку Германии. Она провела необходимые приготовления. 9 апреля 1940 г. немецко-фашистские войска вторглись в Данию и Норвегию, а 10 мая того же года — в Бельгию, Голландию, Люксембург и Францию.

Внутренне разложенная реакционерами-мюнхенцами, Франция не выдержала испытаний войны. 22 июня 1940 г. она капитулировала перед гитлеровцами. Ее национальная трагедия не была случайной. Произошло то, чего и следовало ожидать. Не Германия стала орудием политики империалистов США, Англии и Франции, а как раз эти страны стали жертвами ее политики. Правда, первой пострадала Франция, но на очереди уже значилась Англия, а за ней и США.

Стремясь изолировать и подставить под вражеский удар Советский Союз, правительства Англии и Франции разбили единство свободолюбивых стран и сами оказались изолированными перед лицом немецко-фашистской агрессии. Конечно, военное превосходство Германии, обусловленное лучшим использованием новых возможностей наступательных действий, сыграло известную роль, но одно это обстоятельство без факторов политического характера не было бы решающим. Более того, сама военная стратегия Франции и Англии была детищем мюнхенской политики. Неумолимая логика событий привела к тому, что мюнхенские «миротворцы», занятые организацией войны против СССР, подставили свои страны под удар фашистской Германии и сыграли позорную роль предателей и могильщиков своих собственных стран.

После капитуляции Франции страшная угроза нависла над Англией. Верховным командованием вооруженных сил Германии был разработан план вторжения на Британские острова, получивший наименование «Морской лев». 9 сентября 1940 г. это командование издало «Приказ об организации и функциях военной администрации в Англии». Этот приказ свидетельствовал, что гитлеровцы уготовили для населения Англии чудовищную участь. Немецкие фашисты собирались физически уничтожить всех прогрессивных деятелей, политических руководителей и интеллигенцию. Всех трудоспособных мужчин намечалось выслать из Англии. Всякое сопротивление решено было карать смертной казнью. Германские монополисты разработали и детальный план полного разграбления английской экономики. Для решения всех этих задач предполагалось создание германской военной администрации[101].

Гитлеровский «эксперт по расовым проблемам» Вальтер Дарре с циничной откровенностью говорил: «Как только мы разгромим Англию, мы покончим с англичанами раз и навсегда. Здоровые мужчины будут отправлены на континент в качестве рабов. Старые и больные будут уничтожены»[102].

Афишируя свои приготовления к вторжению в Англию и развертывая против нее войну на море и в воздухе, германское правительство и военное командование и не помышляло о практическом осуществлении десанта. Оно рассчитывало покорить Англию и оккупировать ее и без крупной военной операции. В этом и заключался смысл германских предложений, адресованных Англии и делавшихся одно за другим начиная с выступления Гитлера в германском рейхстаге, отмечавшем победу над Францией. Поясняя смысл этих предложений, адмирал Редер говорил своему штабу: Гитлер «твердо убежден в том, что поражение Англии может быть достигнуто и без десанта»[103].