Забытое сражение Огненной Дуги
(Крушение операции «Цитадель») - Замулин Валерий Николаевич - Страница 67

Согласно архивным документам, которые удалось обнаружить в фонде 72-й гв. сд, ее штаб донес, что в течение 5–6 июля из двух батальонов полка майора Г.М. Баталова в Карнауховке и Масловой Пристани пропало без вести и в дальнейшем не вернулось в полк 686 бойцов и командиров, в том числе из 2-го сб — 169, а из 3-го сб — 517[232]. Если же учесть, что 6 июля эти села по-прежнему оставались в руках немцев, то это количество без вести пропавших с уверенностью можно отнести к потерям лишь за 5 июля.

Вместе с подразделениями 229-го гв. сп в районе Масловой Пристани попала в окружение и часть армейского батальона ПТР. На 8 июля в нем числилось пропавшими без вести 17 человек. Но после того, как во второй половине июля советские войска перешли к преследованию противника, в передовые подразделения начали приходить бежавшие из плена и скрывавшиеся от немцев на оккупированной территории бойцы и командиры. К примеру, 20 июля в 72-ю гв. сд вернулись красноармейцы этого батальона Пивоваров Н.С. и Бережной А.И. При допросе они сообщили, что 5 июля, когда они попали в плен, на окраине села вместе с ними немцы собрали еще примерно 30 красноармейцев и направили под конвоем пешком на западный берег Донца в с. Зиборовка. В этом селе был подготовлен специальный лагерь только для русских военнопленных. К моменту прибытия группы в лагере уже находилось 130 человек. Здесь же располагалась и полевая жандармерия. Пленные использовались сначала в качестве похоронной команды, а примерно с 8–9 июля, когда наступление на Курск стало буксовать, — для восстановления советских инженерных сооружений и окопной линии в тылу войск армейской группы.

Наряду со значительным количеством личного состава стрелковых подразделений, из окруженной Масловой Пристани не вышли и ряд командиров управления дивизии. Так, утром 5 июля в селе находилась группа политотдела соединения, которая занималась разложением войск противника. Пропали без вести старший инструктор политотдела по оргпартработе капитан В.Д. Харитонов, инструктор политотдела по работе среди войск и населения противника ст. лейтенант Я.П. Белик и ряд других офицеров.

К полуночи штабу дивизии с большим трудом удалось наладить связь с командованием своих полков. Но большинство из них не имело точных данных о потерях и состоянии своих подразделений, так как проводная связь с батальонами была прервана почти сразу же с началом артобстрела, а большинство радиостанций вышли из строя уже к середине дня. Поэтому точных данных убыли личного состава за 5 июля штабу дивизии так собрать и не удалось. Сохранились иные цифры, которые дают определенное представление о состоянии соединения — это количество оставленного на поле боя (контролируемого противником) и разбитого вооружения в первый день оборонительной операции. Дивизия потеряла: 4352 винтовок, 2304 автоматов ППШ, 400 ручных пулеметов, 133 станковых пулемета, 53 50-мм, 69 82-мм и 23 120-мм минометов, 76-мм орудий — 36, 46 орудий ПТО, 122-мм гаубиц — 12 и 6823 противогаза[233].

Со средством защиты от химической атаки понятно — оно было громоздким, сумка для его переноски неудобной, и в бою бойцы обычно его просто бросали. Остальные цифры свидетельствуют, что, во-первых, дивизия потеряла значительное количество личного состава, не менее 1500–1700 человек; во- вторых, даже сохранив, условно говоря, 60–70 % активных штыков, она была небоеспособной, так как лишилась возможности вооружить личный состав; в-третьих, потеря такого числа стрелкового оружия связана с тем, что значительная часть бойцов и командиров находилась в оперативном окружении, из них только около 700 человек числилось пропавшими без вести. Во второй половине дня комдив донес, что войска испытывают острую нехватку боеприпасов и подвезти их возможности нет. Исчерпав боезапас, красноармейцы попросту бросали свои винтовки и брали трофейное оружие. В-четвертых, не обошлось без паники и «драпа». Выше уже отмечалось, как из-за трусости командира пулеметной роты враг захватил целехонькими 13 «максимов».

Положение в 78-й гв. сд складывалось еще хуже. По ее участку нанесли удар две танковые дивизии, поэтому самостоятельно сдержать такой напор она оказалась не в силах. Во второй половине 5 июля в ее полосе вступили в бой части второго эшелона корпуса и подвижного резерва командарма. Благодаря этому противник двумя танковыми группами сумел овладеть лишь позициями полков первого эшелона и занял батальонные опорные пункты Нижний Ольшанец, Дальние Пески, станцию и село Разумное. Фронт стабилизировался по линии: роща южнее НТК — юго-западные скаты выс. 139.9 — /иск/ южные окраины Беловского — местность южнее выс. 164.7 — юго-западные окраины Крутого Лога — Нижний Ольшанец. Благодаря устойчивой связи с полками, оборонявшими главную полосу, и четкой работе ее штаба управление дивизией не было нарушено, поэтому гибели целых батальонов в окружении, как в 72-й гв. сд, удалось избежать. Вырвался из кольца и 1/225-й гв. сп, который был отрезан в с. Нижний Ольшанец. Это существенным образом повлияло на уровень безвозвратных потерь ее частей, которые оказались почти в два раза меньше, чем в соединении Лосева. Согласно сводке, которую подал штаб дивизии «по горячим следам», погибшими 5 июля числилось 383 убитыми и 53 пропавшими без вести[234]. Больше всего пострадал 225-й гв. сп, находившийся на направлении главного удара 7-й тд, он лишился 1278 человек, в том числе погибло — 271 и получили ранение — 1006[235].

Каковы же причины того, что, несмотря на хорошо подготовленную систему обороны главной полосы, которая к тому же была усилена таким труднопреодолимым естественным препятствием, как река Северный Донец, не устоял центр обороны армии. Причин несколько, и почти обо всех них уже упоминалось выше, но в разном контексте. Поэтому суммирую сказанное и дополню данными из архивных источников.

Во-первых, командование 7-й гв. А не совсем точно определило направление главного удара противника и поэтому неверно распределило свои силы и средства. Хотя, надо признать, М.С. Шумилов не был свободен в определении участков, на которых необходимо сконцентрировать основные огневые средства, за него это сделали маршал Г.К. Жуков и генерал армии Н.Ф. Ватутин, командарм, по сути, стал заложником двух взглядов на то, как необходимо строить оборону его соединений. Выполняя решения старших войсковых начальников, М.С. Шумилов сконцентрировал основные силы, в первую очередь артсредства, на флангах, но наиболее точными оказались расчеты командующего фронтом. Именно для прорыва стыка 6-й гв. и 7-й гв. А генерал Кемпф бросил свое ударное соединение 3-го тк. Благодаря высокой концентрации артиллерии, 81-я гв. сд уже в первые часы лишила 6-ю тд самой возможности вести наступление, не только уничтожив все переправы, но и не позволив их восстановить, а просочившуюся через реку пехоту уничтожила. Благодаря той же причине — высокой огневой мощи, выстояла ее оборона и после того, как на левом фланге появились танки 19-й тд. Ни одна дивизия, где 5 июля врагу удалось вклиниться в главную полосу армии, не имела столь высокой плотности орудийных стволов, какая была в соединении Морозова. Это главная причина провала атаки немцев на правом крыле армейской группы и в то же время их определенного успеха в полосе других дивизий.

Вторая причина во многом вытекает из первой, прежде всего это касается 78-й гв. сд. Соединение Скворцова не имело реальной возможности сорвать переправу 19-й и 7-й тд и в то же время единственное из всех дивизий первой линии приняло на себя удар сразу двух танковых полков противника на участке фронта протяженностью всего 4,5 км. Напомню, что к утру 5 июля в качестве средств усиления 78-я гв. сд получила лишь 4-й батальон ПТР и 3/671-й ап (213-ю сд). Не мог кардинально изменить ситуацию с переправами и поворот фронта артиллерии 81-й гв. сд в полосу 78-й гв. сд, так как, во-первых, вначале пушечные и минполки вели огонь по переправам в Белгороде и южной части села Пушкарное в интересах 81-й гв. сд; во-вторых, некоторым артполкам просто не хватило дальности, чтобы вести прицельный огонь и не попасть по своим. К моменту переноса огня в полосу 78-й гв. сд (после рассвета) 7-я тд уже перебросила боевые группы на восточный берег и даже часть танков. Да и огонь велся с закрытых позиций, без корректировки, большей частью по площадям. Хотя в ряде случаев оказался достаточно эффективным. Следовательно, реальной возможности самостоятельно длительное время выдержать такое колоссальное давление у соединения не было. Особенно если учесть, что во второй половине дня при вводе в бой 27-го тп по позициям гвардейцев нанес удар 8-й ак немцев.