Забытое сражение Огненной Дуги
(Крушение операции «Цитадель») - Замулин Валерий Николаевич - Страница 116

Первоначально наступление ударного клина 3-го тк было назначено на 7.00, но дивизион мортир опаздывал с выходом на огневые позиции, и Хюнесдорф, который лично выехал на своей командирской бронемашине в район исходных позиций боевых групп, перенес атаку на час. А за три часа до этого 6-я тд примерно в течение часа провела разведку боем в направлении Мелехово, в которой участвовало до батальона пехоты и 30 бронеединиц. Она показала, что прорваться к селу решительным фронтальным ударом не удастся, очень мешает сильный огонь артиллерии из района хут. Калинин — с. Шеино и инженерные заграждения на подступах к нему, которые прикрывает пехота.

В 8.00 после сильного артналета по позициям 280-го гв. сп (сначала по левому флангу, а затем в глубь боевого порядка), в котором принимали участие вся артиллерия 6-й тд и приданный тяжелый дивизион, мотопехота со штурмовыми орудиями двинулись на хут. Калинин. Из дневного донесения штаба дивизии:

«Назначенное на 07.00 начало наступления было перенесено на 08.00, так как только к этому времени можно было доставить на позиции поддерживающий мортирный дивизион. Порядок в начале наступления:

справа боевая группа Биберштайна, которая должна с западного склона ручья Разумная выдвинуться через Калинин к Мелехово, далее влево группа Унрайна, между ней и танками 19-й тд — танковая группа Оппельна.

Предпринятое затем наступление гренадеров в 11.00 остановилось у находившегося на высоте северной окраины х. Калинина противотанкового рва. После подрыва участка для перехода необходимо было очистить 2 лежавших один за другим пояса мин. Группа Биберштайна пробилась близко к хут. Калинин, но все же не взяла населенный пункт из-за сильного фланкирования со стороны северной части Мясоедово и высоты к востоку от него»[414].

Одновременно в направлении Дальней Игуменки перешла в наступление танковая группа 19-й тд. Ее 74-й грп уже понес очень большие потери, и мотопехоты в бронегруппе катастрофически не хватало. Поэтому, зная о наличии ПТ-рва и минных полей, которые, естественно, будут прикрыты огнем, Весхофен был вынужден отдать приказ: до особого распоряжения сопровождать танки только саперами. А тем временем гренадеры Рихтера должны были выбить русских из рощ восточнее и юго-восточнее хут. Постников и тем самым обеспечить прикрытие левого фланга бронегруппы. Началу наступления 19-й тд, как и ее соседа, предшествовал сильный артиллерийский огонь по хут. Постников и перед Дальней Игуменкой, который за несколько минут до появления на поле боя танков был перенесен в глубину обороны 92-й гв. сд и уже велся непосредственно по селам. Посмотрим на эту атаку глазами офицеров штаба 47-го гв. оттп:

«С 8.00 8.7.43 г. до 60 танков перешли в наступление на Дальнюю Игуменку из района восточнее Постников. К этому времени в Дальнюю Игуменку прибыл пятый танк „Черчилль“ нашего полка, который занял оборону по указанию гв. майора Леоненко. Немецкие танки без поддержки пехоты шли боевым порядком — „клин“ с большой глубиной. Минометы и артиллерия противника в 8.00 открыли массированный огонь, стремясь нарушить стойкость нашей обороны и обеспечить прорыв танков в село. Несмотря на отсутствие средств усиления и большой перевес противника в танках (60 против 5), атака фашистов была отбита»[415].

Стремление офицеров подтвердить свои лестные слова о стойкости экипажей цифрами понять можно, но нельзя их принимать всерьез при анализе оперативной обстановки в этом районе.

Бронегруппа была остановлена не пятью «Черчиллями», а в первую очередь глубоким противотанковым рвом, обширными минными полями на подступах к Дальней Игуменке и сильным огнем 1/93-го пап из Дальней Игуменки и двух дивизионов 97-го гв. мп «катюш» из Мелехова.

Повторюсь, что данных о численности исправной бронетехники в 3-м тк до 9 июля 1943 г. в архивных источниках пока не обнаружено. До этого момента сводки дивизий с подобной информацией подавались в корпус лишь один раз в сутки, но и они считаются утраченными. Лишь после того, как утром 9 июля было спущено распоряжение: «…в эти решающие дни боев приказано два раза в день докладывать о положении с танками для информирования высшего командования, офицеры штаба ответственны за точное исполнение этих донесений по радио»[416], появились сводки с более ли менее полной информацией о состоянии танкового парка соединений Брайта. По данным советской стороны, и в треугольнике /иск/ хут. Постников — /иск/ с. Дальняя Игуменка — /иск/ хут. Калинин протяженностью до 4 км утром 8 июля было отмечено примерно до 220 единиц бронетехники, хотя непосредственно в утренних атаках в направлении двух сел участвовали в общей сложности до 160. О концентрации столь значительных сил танков было немедленно доложено в штаб фронта. Сохранилась стенограмма переговоров генерал-лейтенанта С.Г. Горячева с заместителем начальника оперативного отдела штаба фронта полковником Горлычевым в 9.40 8 июля, в ходе которых он и сообщил о начале атаки боевой группы 3-го тк:

«Горячев: …93-я гв. сд двумя хозяйствами (стрелковыми полками. — З.В.)сменила две трети участка Бурдейного, одним хозяйством заняла оборону на участке непосредственно западнее и юго- западнее Гостищево. Противник на ее участке сегодня активности не проявляет. 92-я гв. сд при выдвижении в указанный район одним хозяйством с 19.00 вечера и сегодня утром ведет бой на высотах 2 км восточнее Мелехово. Совместная атака противника отражена. Остальные два хозяйства 92-й гв. сд вышли в указанный район и соединились с 81-й гв. сд… Ищу всю ночь и до сих пор не найду 96-ю тбр и „Черчиллей“. Сейчас получил данные от..? о том, что группа танков около 50, встретив упорное сопротивление Трунинского хозяйства (280-й гв. сп. — З.В.), у Мелехово повернула на Дальнюю Игуменку, принимаем меры к отражению удара. Прошу заставить Бурдейного выполнить приказ хозяина (Н.Ф. Ватутина. — 3. В.)и занять Хохлово и Дальнюю Игуменку. У меня все.

Горлычев: В какое время ушел со старого места Бурдейный и знаете ли Вы, где он сейчас? Сегодня с 6.00 противник из района Лучки, Большие Маячки, Покровка, Красная Дубрава возобновил наступление в общем направлении на Кочетовку — Сухо — Солотино. Всего на этом участке действует до 200 танков, на других участках активных действий не проводит.

Горячев: Я вам говорю: с нового места, ушел вчера в 22.00. Прошу срочно доложить обстановку Иванову (начальнику штаба фронта. — З.В.), так как выдвижение группы танков в Дальнюю Игуменку создает определенную угрозу.

Горлычев: Обстановку докладываю, прошу сообщить о Бурдейном.

Горячев: Сейчас точных данных не имею, как выясню через 93-ю гв. сд, так доложу»[417].

Как видим, даже у старших командиров нашей армии были большие проблемы не только с исполнительской дисциплиной, но и с элементарным знанием своих обязанностей и пониманием значения оперативной информации для вышестоящих штабов, особенно в напряженные моменты. Пять «Черчиллей» 47-го гв. оттп уже на рассвете стояли в Дальней Игуменке рядом с 280-м гв. сп подполковника Н.И. Новикова. Оба полка, ожидая танкового удара немцев, не знали ничего друг о друге. При этом один подполковник (Шевченко), прибыв на новый участок, не удосужился, как требовал того устав, наладить службу наблюдения, разведку и доложить об этом старшему воинскому начальнику, т. е. комкору-35, а второй подполковник (Новиков), уже сутки находясь на этом участке, не установил взаимодействие с соседями, не говоря о том, чтобы сообщить в дивизию о прибытии танков на правый фланг. Поэтому, хотя 47-й гв. отп и находился в обороне с 5.30, об этом, кроме самих танкистов, да еще, может, артиллеристов 1500-го иптап, никто не знал. А генерал Горячев всю ночь разыскивал танкистов, которые стояли у него под боком. Этот случай свидетельствует еще и о том, что командование 35-го гв. ск, напомню, только сформированного в апреле 1943 г., не сумело выстроить работоспособную вертикаль управления войсками. В результате она еще не раз даст сбой в ходе напряженных боев на корочанском направлении.